Халим. В плену у шейха
ГЛАВА 3
Разлепила губы спустя целую минуту.
– Простите я… Не могу. Я на работе, – промямлила еле слышно, потому что до сих пор не была уверена, что его приглашение – нет, требование, потому что прозвучало именно так – предназначалось мне. Он же шейх! А я, Ира Милованова, пока ещё даже не переводчик. Так, фикция.
– Простите нас великодушно, на пару слов. Сейчас всё решим наилучшим образом, – плебейски заулыбался от уха до уха Виктор Степанович и, как только я перевела эту фразу на арабский, дёрнул меня в сторону. – Ты что, девка, одурела?! – зашипел на меня злобно, продолжая всё так же улыбаться. – Да ты знаешь, кто он?! Это же сам Хамад! Быстро пошла и согласилась на всё, а то я тебя удавлю! – в один миг добрейшей наружности человек превратился в разгневанного тирана. Я даже рот открыла от таких перемен. – Я сюда тащился через полмира не для того, чтобы всё обосрала какая-то девка! А-ну! Пошла! И не забудь о нашей фирме ему по ушам поездить, поняла?
– При всём уважении, Виктор Степанович, – зашипела уже я, очухавшись от такого «наезда», – я здесь в качестве переводчика, и никакие ужины с нужными вам людьми в мои обязанности не входят, если там не будет вас!
– Слушай меня, девочка! Если ты ему сейчас откажешь, я от тебя мокрого места не оставлю, поняла?! Ты не то что переводчицей, ты даже уборщицей не устроишься в моём городе! Поняла? Быстро пошла к шейху и согласилась на всё, что он тебе скажет! – после такого внушительного аргумента меня ещё и в спину пнули, как надоевшую собачонку. И пока я ковыляла в сторону ожидающего меня темнокожего телохранителя, в спину мне вонзался сердитый взгляд Виктора Степановича. Вот козёл.
Так и быть, на ужин соглашусь. А вот о его фирме принципиально и слова не скажу. Да ещё и Катьке всыплю по первое число, как приеду. Хотя это, конечно, я очень зря. Катька тут при чём?
Шейха уже не было. Видать, не дождался. И я малодушно порадовалась, что ему не понравилось моё поведение и от ужина господин отказался. Ну и ладно, ну и хорошо. Хотя, конечно, ужин с самим шейхом эль Хамадом был бы неплохим таким пунктиком в моём послужном списке. Никто из моего курса, да и из всего иняза даже мечтать о таком не помышлял.
Однако телохранитель всё же ждал меня, а значит… Что это значит?
И вообще, как-то всё некрасиво вышло. Сам шейх подошёл, а мы его оставили и убежали ругаться. Что он теперь о нас подумает?
– Вы готовы? – спросил меня телохранитель, и я непонимающе захлопала ресницами. – Прошу за мной. Эмир уже вас ожидает, – мужчина повернулся и зашагал в сторону лестницы, по которой чуть ранее спустился шейх.
Что? Сейчас? Ужин прямо сейчас? Но как же?
Я в панике обернулась на Виктора Степановича, а тот затряс кулаком, явно настроен не очень дружески.
За телохранителем я всё же пошла. Сначала по лестнице, потом по длинному, широкому коридору, слабо освещаемому старинными канделябрами. Но рассмотреть дворец получше не могла, потому что на каждом шагу подгибались коленки и тело сковывал страх. Как же я буду с шейхом общаться? А если что не так скажу или сделаю? А если…
Поток мыслей оборвался, и в голове зазвенела тишина. Телохранитель открыл дверь какой-то комнаты и жестом приказал войти. В комнате было мрачновато, но шейха я заметила сразу. Он в своём белоснежном костюме восседал во главе длинного стола и смотрел на меня каким-то жутким взглядом. То ли он был голоден, то ли я надела слишком откровенное платье. Хотя мы с Катькой при его покупке учитывали тот факт, что я не на пляж еду, а на приём для высокого общества, где вызывающие наряды неприемлемы. К тому же общество в большинстве своём – арабы. А это вам не шутки.
– Проходи, – проговорил он на ломаном русском, а я удивлённо приоткрыла рот.
– О, вы говорите по-русски? – я всё-таки шагнула, и дверь за мной сразу же закрылась. Почему-то стало страшно. Словно птичку в клетку заманили и захлопнули.
– Кое-что знаю. В России у меня были друзья, – ответил он будто нехотя уже на арабском. – Если ты не против, будем всё же говорить на моём языке.
– Да, конечно, закивала я.
– Присядь, – он кивнул, и из тёмного угла комнаты вдруг появился человек в серой униформе. Я вскинулась, но быстро совладала с испугом. – Я не люблю яркий свет, – пояснил мне шейх, и я молча кивнула, присаживаясь на отодвинутый для меня стул.
Суп из моллюсков, огромные блюда с разнообразными морепродуктами, перепелами, что-то из национальной кухни и море яств, о которых я ничего не знала. Я старалась запомнить как можно больше, чтобы потом рассказать тёте Глаше и Катьке (кроме них-то мне вряд ли кто-то поверит), но в голове ничего не откладывалось из-за взгляда шейха. Шейха, чьё имя я вспоминала с трудом. Куда уж мне названия блюд запомнить.
Старалась смотреть в свою тарелку, помня о правилах приличия и о законах Эмиратов. За слишком вульгарное, непристойное поведение женщину здесь могут даже в тюрьму упечь. К тому же я сижу за одним столом не с каким-нибудь простеньким арабом. Да и понятия о непристойном поведении у наших народов разные.
– Как тебя зовут? – спросил он, а я вскинулась, вспомнив, что, и правда, не представилась. Как невежливо…
– Ирина. Меня зовут Ирина, – улыбнулась, не поднимая глаз. Где-то сбоку что-то шевельнулось, или мне показалось?
Повернувшись на звук, прищурилась. Из полутёмного угла, противоположного тому, откуда приходил и куда уходил мужчина-официант, на меня уставились два светло-голубых глаза. Я сглотнула и, забыв о правилах приличия, уставилась на шейха.
– Там…
– Моя кошка, – невозмутимо произнёс тот и, не прерывая зрительного контакта, положил себе в рот ложку супа.
– Кошка? – недоверчиво улыбнулась я. Судя по глазищам, там никакая не кошка.
– Пантера, – уточнил шейх, и я вмиг прилипла к стулу. Прилипла в прямом смысле слова, потому что меня бросило в ледяной пот. – Не бойся её, Ирина. Она тебя не тронет. Без моего приказа, – зачем-то добавил шейх, будто пытался нагнать на меня ещё больше жути. – Ешь, Ирина. Ночь будет долгой.
Последнее предложение я пропустила мимо ушей. А зря.
ГЛАВА 4
Пантера. Настоящая пантера! Огромная, сопящая и скучающе вздыхающая зверюга.
Разумеется, после такого открытия я не смогла проглотить и куска, хотя честно пыталась. В итоге поклевала супа, даже толком не ощутив его вкуса, и потянулась за стаканом с водой.
Шейх всё так же наблюдал за мной, но теперь уже без прежней серьёзности. Скорее, с интересом. Разглядывал меня так, как я, должно быть, разглядывала бы пантеру, если бы та не пряталась в тёмном углу. Смотрел, как на диковинку, и как-то странно улыбался. Еле заметно, почти незримо. Но я всё же уловила, как дрогнули уголки его губ, когда мы встретились взглядами.
Я тут же опустила глаза, застеснявшись, а он наполнил наши бокалы вином и повелительным жестом подвинул мне мой. А я думала, шейхи не обслуживают женщин. У них, вроде как, наоборот принято. Вокруг правителя вьются красавицы в волшебных нарядах, а он лишь принимает из их рук виноград. Похоже, я сказок начиталась. Или всё же шейх необычный слегка? Как много арабов говорят по-русски? Странно, да.
Странным, в принципе, было здесь всё. От хозяина дворца до его большеглазой необычной кошки. А ещё покоя не давал тот факт, что шейх пригласил на ужин меня. Не одну из тех изысканных дам из зала, а меня – простую, ничем не примечательную девушку. Почему? Я мало похожа на девушку, от которой мужчины (а тем более такие!) сходят с ума.
– Ешь, Ирина, – требует вдруг он, а я уже привычно растягиваю губы в смущённой улыбке.
– Спасибо, – его взгляд волнует и настораживает. Кажется, что этот мужчина что-то задумал… Что-то очень нехорошее. Но ведь бред. Кто он, а кто я? Накручиваю себя просто. А тут ещё и киса эта, сопящая. Дрыхнет она там, что ли? Почти успеваю обрадоваться этой догадке, но вдруг до ушей начинают доноситься чавкающие звуки, и мне только остаётся гадать: то ли она вылизывает себя, то ли что-то ест… Или кого-то. Жуть какая.