Если движется небо (СИ)

– Благодарю, молодой человек. Проходите вперёд.
Отступив на шаг, Лейф ободряюще кивнул ей.
– Фелис Шантеклер, резидент Земли. Верно?
Девушка нервно кивнула, наблюдая, как Лейф стоит, раскинув руки в стороны, а двое офицеров водят детекторами по его брюкам вверх-вниз. К счастью, браслет заинтересовал проверяющих не больше, чем дешёвая бижутерия.
– Откройте рюкзак, мадмуазель.
Фелис напряглась. Но послушно расстегнула молнию.
– Это что? – мужчина указал взглядом на кейс.
От волнения девушка едва не лишилась дара речи. Ноги налились свинцовой тяжестью, пальцы будто онемели, язык прилип к небу, отказываясь ей подчиняться. Тысяча мыслей пронеслись в её голове, прежде чем она открыла рот и произнесла вслух:
– Защитный контейнер, не пропускающий радиацию.
– А внутри?
Фелис аккуратно вынула кейс, щёлкнула замком.
– Флешка, – она пожала плечами, удивляясь, как хладнокровно и бесстрастно звучит её голос.
Офицер – кажется, именно он был здесь за старшего – вынул "флешку" из углубления и повертел в пальцах, придирчиво осматривая. Затаив дыхание, Фелис наблюдала за его манипуляциями.
– Осторожнее. Там записана ценная информация, – неожиданно для себя сказала она. И добавила, в шоке от собственной дерзости: – Будет очень досадно, если файлы окажутся повреждены.
– Понимаю, – офицер хмыкнул. – Стали бы вы иначе таскать её в таком кейсе, – держа предмет обсуждения двумя пальцами, он положил его на место. – Можете убирать.
– Спасибо, – моментально растеряв весь свой запал, Фелис поспешно засунула кейс обратно, обернулась – и оказалась лицом к лицу с долговязым длинноносым орниттом.
– Простите, – она поспешно посторонилась.
Орнитт не шелохнулся. В круглых, широко посаженных глазах навыкате мелькнуло узнавание; бестолковый взгляд стал осмысленным, цепким, злым.
– Ви бивать на Альбиедо? – с ужасающим слух акцентом поворковал он.
Фелис отчаянно мотнула головой, делая маленький шажок назад. Кто он? Почему он заговорил с ней?..
– Ви... увиерены?
Взгляд орнитта упал вниз, на рюкзак в её руках. На рюкзак, который всё ещё не был застегнут.
На долю секунды их глаза встретились. Фелис словно приросла к полу, не в силах шевельнуться от обуявшего её ужаса. К счастью, Лейф, мгновенно смекнувший, что к чему, решил проявить инициативу.
– Что стоишь, уснула, что ли?! – бросил он, бесцеремонно хватая Фелис за руку. – Бежим!
  
Глава 14
 
– Галактика Млечный Путь, рукав Ориона, Солнечная система, Земля.
– Маршрут построен. Выполняю.
На борту "Лючии" было холодно: Алан решил не тратить лишнюю энергию на поддержание комфортной температуры. Не до того было. Во-первых, они всё равно в костюмах, во-вторых, система климат-контроля – самая энергоёмкая из всех бортовых систем, ресурс генератора жрёт так, что дай боже. Лишняя энергия – это лишнее время. А инспектор торопился.
– Нуль-переход успешно завершён, – с чувством выполненного долга сообщил бортовой компьютер. – Произвожу расчёт координат. Ориентировочное время выхода в координатное пространство – двенадцать минут.
Алан покосился на напарника. До-фа-соль молчал. Можно было подумать, что он решил вздремнуть, но его выдавали уши: напряжённые, стоящие торчком. Словно он изо всех сил прислушивался к чему-то, доступному лишь абсолютному слуху минора.
Вообще-то До-фа-соль всегда вёл себя так в полёте, но сейчас в его угрюмой задумчивости Алану чудилось какое-то грозное зловещее знамение.
– Что-то ты сегодня сам не свой, дружище, – бросил Алан пробный камень. – Не поделишься?
Минор ответил не сразу.
– Реликтовый фон, – неохотно пробормотал он. – Обычно это просто невнятный белый шум. Но сейчас звук изменился. Он стал выше... И громче. – Он повернулся и посмотрел Алану в глаза. – Вселенная будто стонет. Или... или зовёт на помощь? Не могу понять. И это тревожит меня.
Алану эта новость не понравилась. Игнорировать подобное было бы глупо.
– Может, это как-то связано с аннигилировавшей планетой? – предположил он. – Некие... остаточные эманации.
 
Минор лишь пожал плечами.
– Произведён выход в пространство, – встрял бортовой компьютер.
– Ручное управление, – приказал Алан, беря штурвал.
Но не успели они развернуться, как из динамиков зазвучал совсем другой голос. Не компьютерный. Живой.
– Говорит диспетчер пограничного контроля. "Лючия", снизьте скорость и приготовьте пропуск. Слышите меня, "Лючия"?
– Что? – не понял Алан. – Какой ещё пропуск?
– Со вчерашнего дня Земля объявлена закрытой территорией. Посадка на планету только по пропускам.
Минор едва слышно хмыкнул. Похоже, эта новость его не удивила.
– Я – Алан Рок, старший инспектор отдела "зет", – сказал Алан. – Со мной – До-фа-соль, мой напарник. Передаю ключ-код своего корабля...
– Господин Рок, ключ-кода недостаточно, – терпеливо объяснил голос. – Отныне столица на особом положении. Это не моя прихоть, это постановление правительства Ойкумены. Ввиду последних событий для посадки на планету необходим индивидуальный пропуск.
– Какой, к чертовой бабушке, пропуск?! – Алан задохнулся от возмущения. – Вам недостаточно удостоверения?
– К сожалению, со вчерашнего дня все ранее действовавшие документы упразднены, – динамик устало вздохнул. – Я не могу дать разрешение на посадку без пропуска.
Алан глухо зарычал.
– Тише, – предостерегающе шепнул До-фа-соль.
– В случае неповиновения патрульные будут вынуждены открыть огонь, – устало добавил диспетчер.
– Я лечу на Землю по срочному делу, – отрывисто произнёс Алан, всеми силами пытаясь сохранить остатки самообладания. – Запросите информацию у Люцерны!
– Увы, это невозможно. По вопросу получения пропуска обратитесь к руководству вашей организации.
– Проклятье! Вы понимаете, что мне придётся потерять тонну времени?!
– Мне жаль, но я ничем не могу помочь. У меня чёткие инструкции.
Алан витиевато выругался. До Земли было рукой подать – но даже невооружённым глазом он видел кольцо военных крейсеров: вытянувшись цепочкой, они медленно двигались по орбите. Если военным действительно отдан приказ стрелять на поражение, нет никаких сомнений, что они добросовестно его исполнят.
– Попрошу без выражений, – тут же отреагировал динамик. Алан отчётливо представилось, как сидящий в диспетчерской оператор ханжески поморщился. – Вы не один такой! Половину кораблей приходится разворачивать! Впрочем, после Лаймы это более чем оправдано. Мы не можем рисковать Землёй.
Алан почувствовал, как в груди вскипела ледяная волна.
– После Лаймы? Вы сказали "После Лаймы"? Что случилось с Лаймой?
До-фа-соль деликатно дотронулся до его плеча.
– Полетели отсюда...
– Что с Лаймой? – взревел Алан.
– Сбавьте тон, уважаемый! Я не ваш подчинённый, чтоб вы могли позволить себе повышать на меня голос! Нет пропуска – уходите с посадочной глиссады и не задерживайте очередь!
– Летим, – мягко повторил минор.
– Погоди, дружище, – возразил Алан, отводя "Лючию" в сторону. – Давай попробуем выйти в эфир. Я хочу знать, что происхгодит.
Он переключил приемник на открытую частоту, выкрутил громкость до упора. В окружающем их пространстве было пусто; "очередь" на посадку, очевидно, существовала только в воображении задёрганного диспетчера. Но в пределах досягаемости передатчика дрейфовало с полдюжины автономных баз – таможня, склад и грузовые терминалы, а чуть дальше – станции погодного контроля. Военные тоже, конечно, сидят на это частоте, но они-то вряд ли откликнутся.
 
– Это "Лючия". Слышит меня кто-нибудь? Ответьте.
До-фа-соль пропел то же самое по-минорски.
Некоторое время в эфире было тихо, но потом динамик ожил:
– Эээ... "Лючия"? У вас... всё в порядке?