Если движется небо (СИ)

– Знаешь, я тут подумала... – неуверенно начала Фелис. – Мне кажется, всё это как-то связано. Нет, только не смейся. Я подозреваю, что этот прибор имеет какое-то отношение к трагедии, произошедшей на Альбедо.
Вдвоём они подошли к лестнице, синхронно посмотрели вверх. Тихо. Темно и тихо.
– Вполне возможно, – протянул Лейф таким тоном, словно эта гипотеза заставила его сильно усомниться.
Поднявшись, они остановились и, не сговариваясь, ещё раз внимательно огляделись.
– Вызови такси, – Лейф перешёл на шёпот. – У меня нет телефона.
– У меня тоже. Потеряла.
– Плохо. Ну да ладно.
– Надо выйти на людные улицы, – Фелис осматривалась, тщетно пытаясь сориентироваться. Без карты, в незнакомом городе, на незнакомой планете это было проблематично.
– Здесь технические кварталы. По ночам здесь никого нет.
– Я прибежала вон оттуда. И флаер там оставила.
– Пошли.
Но не успели они пройти и полсотни метров, как воздух рассёк уже знакомый Фелис свист.
– Это они, – просипела она. – Те орнитты. Бежим!
Сзади что-то бахнуло, взрывная волна чуть не сбила их с ног. Но швырнуло их почему-то не вперёд, а назад.
– А вот это уже не шутки, – на бегу выдохнул Лейф. – Кажется, ты умудрилась перейти дорогу матёрым бандюганам.
Локальная гравитационная аномалия, свёрнутая в компактную упаковку размером с обыкновенную ручную гранату, распространялась со стандартной для такого оружия скоростью. Пара шагов – и обоих беглецов прижало к земле собственным весом, увеличившимся десятикратно.
– Нам конец, – пискнула Фелис, тщетно пытаясь подняться на ноги. – На помощь... Кто-нибудь...
Но вместо крика получился лишь сдавленный хрип.
– Что ты успевать услышать? – гаркнул один из орниттов на ломаном юнивёрсе. – Что есть вам известно?
Они остановились шагах в десяти, за пределами радиуса действия гравитационной гранаты.
Фелис инстинктивно отпрянула назад; Лейф же, напротив, что было сил рванулся вперёд, к врагам.
– Ах ты... – он выругался непозволительно грязно даже для взрослого. – Слишком далеко...
К счастью, орнитты на него не смотрели; всё их внимание было приковано к девушке.
– Я ничего не слышала! Я ничего не знаю! – отчаянно воскликнула Фелис, теряя последнюю надежду выбраться из переделки живой.
Где полиция, чёрт бы их побрал, когда они так нужны?! Хоть бы один патруль!
Лейф подполз ещё ближе. Зачем-то вытянул вперёд левую руку, неудобно вывернув в плечевом суставе.
– Чего вы ждёте? Покончите с ними! – раздался голос откуда-то сзади. – Надо убираться отсюда.
– Нет! Пожалуйста!.. – взвизгнула Фелис, но Лейф внезапно шикнул на неё:
– Заткнись!
Он сделал последний рывок и громко отчеканил, как можно чётче проговаривая слова:
– Вы бросите оружие на землю.
– Что? – Фелис ахнула. Что он городит?! Эти отморозки сейчас мокрого места от них не оставят!
Но, вопреки её ожиданиям и наперекор здравому смыслу, бандиты послушались мальчугана беспрекословно – повторять приказ ему не пришлось.
– Вы не причините нам вреда, – спокойно продолжал Лейф. Он по-прежнему лежал, придавленный сверхгравитацией к земле, но в голосе его звучала стальная, непоколебимая уверенность. – Вы не позовёте на помощь своих, вы не станете предпринимать никаких действий и не тронетесь с места.
Как ни странно, орнитты не перечили ему и не предпринимали ни малейших попыток к сопротивлению. Они замерли где стояли, бестолково переглядываясь и, кажется, ждали новых распоряжений. У Фелис мелькнула безумная догадка, что Лейф каким-то непостижимым образом сумел подчинить себе их волю.
– Можно ли деактивировать гравитационную гранату? – спросил Лейф. И тут же поспешно добавил: – Вы ответите на все мои вопросы. Вы скажете правду.
– Нет, это есть невозможно, – пробубнил тот из орниттов, что стоял ближе всех. – Это дешёвая одноразовая модель. Её действие скоро сойдёт на нет.
Фелис потрясённо наблюдала за этим диалогом. Поверить в происходящее было куда сложнее, чем в рассыпавшийся на её глазах многотонный монумент.
 
– Что вам нужно от нас? – продолжал допрос Лейф. – Почему вы хотели нас убить?
– Девушка подслушать нас. Она свидетель, – монотонно пробормотал орнитт.
– Что вы украли из полицейского управления?
– Носитель информации. Базу данных.
– Какую базу?
– Имена, биологический код и паспортные номера людей.
Фелис почувствовала, что к ней понемногу возвращается способность двигаться.
– Зачем?
– Нас наняли. Нам заплатили.
– Кто?
– Я не знать. Я не видеть его, – от волнения язык у орнитта начал заплетаться. – Мы разговаривать только раз. По телефону.
– Человек? Орнитт? Кто?!
– Орнитт, – уверенно сказал он. – Чистая речь, без акцента. Чужие так не суметь.
– Ну-ка, не выражаться! – прикрикнул на него Лейф. – Вы вернёте всё что украли.
– Это невозможно, – безразлично сообщил орнитт. – Мы уже передали его заказчику.
Лейф недовольно нахмурился.
– Вы сейчас же отправитесь в ближайшее отделение полиции и расскажете там всё то, что рассказали мне. Вперёд, марш!
Повинуясь его приказу, орнитты послушно повернулись и, словно марионетки, бодрой трусцой припустили к подземному переходу. Они уже скрылись из глаз, а Фелис всё ещё сидела на земле. Где-то далеко взвыла сирена, и это вывело её из оцепенения.
– Что это было... Как ты это сделал?.. – она с опаской посмотрела на своего юного спасителя.
Лейф ответил ей мрачным взглядом.
– У меня есть нейромодулятор, – неохотно сказал он.
– Что? – не поняла Фелис.
– Вот, – он задрал рукав и продемонстрировал ей тонкий браслет из серебристого металла. – Видишь?
Фелис скептически прищурилась. Он хочет сказать, что этот кусочек металла превратил банду орниттов в безвольных марионеток? Невероятно.
– Ни разу не слышала про такие технологии, – призналась она. – Как он у тебя оказался?
– Скоммуниздил из правительственного арсенала. Ещё на Монтане.
Фелис представлялось весьма сомнительным, что столь мощный прибор можно вот так запросто взять и "скоммуниздить".
– А... это вообще законно?
– Нет, – спокойно сказал Лейф. – Но без него нас бы убили эти бешеные немытые птеродактили.
– Спасибо... – Фелис почувствовала укол совести.
– Не за что. Я не только тебя спасал.
– Но ты спас и меня, – поднявшись на ноги, она принялась отряхивать одежду от земли.
– Нечего здесь торчать, – Лейф огляделся. – Я не знаю, как долго продлится действие нейромодулятора на орниттов. Они могут оклемаются и вернуться с подкреплением. Идём.
– Куда?
– В безопасное место.
Он сделал несколько шагов, но Фелис не спешила следовать за ним. Заметив это, Лейф вернулся к ней. На его лице было написано с десяток самых разных эмоций, но сказал он лишь краткое:
– Мне кажется, нам стоит доверять друг другу. Так будет проще для нас обоих.
Фелис не спешила с ответом. Её терзали сомнения; привычка осторожничать была слишком сильна. Но в одном Лейф был прав: оставаться здесь не стоило.
– Это недалеко, – бросил он, переходя на быстрый шаг. – В паре кварталов. Не дворец, конечно, но перекусить и отдохнуть – сойдёт.
– Что ты намерен делать?
– Сейчас или вообще? Я хочу добраться до Земли. Лайма мне не нравится. Не знаю, почему. Но у меня такое чувство, что я должен улететь отсюда как можно скорее. Словно бы... – он ненадолго задумался. – Это трудно объяснить.
– Что будет с теми орниттами?
Лейф презрительно фыркнул.
– Мне всё равно. Но надеюсь, они окажутся в руках правосудия до того, как придут в себя.
 
– Придут в себя?
– Продолжительность действия нейромодулятора не бесконечно. Мозг человека возвращается к нормальному функционированию примерно через час-два, но у каждой расы свой период остаточного воздействия. Иные восстанавливаются раньше, иные позже.