Маэстрине некогда скучать (СИ)
Откланявшись, мы с Гришкой побрели в общежитие. Все такое же, и все немного другое. Тихо. Гулко. Жутковато немного. И да, учитывая, что я без верхней одежды, идти пришлось этими дурацкими длинными коридорами. Хотя по улице было бы явно быстрее и короче.
В моей комнате было… пусто. И тихо. И неприбранно и пыльно. Потратив немного времени на уборку, проверила списки дел, записи, набросала новые планы. После чего переоделась в более удобную одежду, собрала сумку и приготовила томик с рецептурами. Отправлюсь сейчас снова в главный корпус, мне нужны лаборатория и библиотека. Пока вынужденный простой в лекциях, успею почитать и найти что-нибудь полезное. И наготовлю эликсиров. Надо отпоить Артура, мастера Ханка, себя и немолодых преподавателей. Мы все, конечно, маги крутые и сильные (кроме Ханка), опытные (кроме меня), но никто не умеет готовить такие классные эликсиры, как я. И это без ложной скромности.
Вот и займусь тем, что в этом мире хорошо умею делать. А потом проведаю студентов. Узнаю, как они. Соберу все новости и сплетни. И вообще…
Услышала, как кто-то заскребся в дверь. Открыла и увидела Барона. Кот заглянул в комнату и вопросительно мяукнул.
— Заходи, друж…
Договорить я не успела. Гришка увидел своего рыжего приятеля, по которому успел соскучиться, взрявкнул всеми тремя головами и рванул вперед. Уже через минуту мурчащая жертва гронховой привязанности была обслюнявлена и зализана.
Бочком, вдоль стеночки и косяка прошмыгнула в комнату крыса. О! И эта красавица тут. Артур сказал, что за ней присматривают, я думала, кто-то из студентов или преподавателей. А весь зверинец, оказывается, опять ко мне прибился.
— Гриша, ну все, все! Остановись! Ты так Барона до смерти залюбишь! — попыталась я отпихнуть соскучившегося гронха. Но куда там… — Гриша, а с Анфисой не хочешь поздороваться?
Клянусь, выражение лица, то есть морды, в этот момент у грызуна стало укоризненное. Мол, тетка, ты чего, сдурела? Меня, такую маленькую, да вот этими всеми тремя слюнявыми огромными языками⁈
— Надо спасать кота, — шепнула я ей, присела и погладила пальцем по серой спинке.
В общем, Григорий был очень рад встрече. Барон и Анфиса познали это сполна. Зато умываться им теперь не надо.
Зелий и эликсиров я наготовила в промышленных масштабах. Какая уж там разница, какой объем варить. А так на многих хватит. Закончив, перелила все это в большие бутылки, так как флакончиков не хватало. Сунула в карман чайную ложку. И отправилась потчевать всех подряд. Пожилых магистров одними препаратами. Нервных, задерганных женщин из обслуги и из кухонного персонала — другими. Мужчин, коим досталось побоев и довелось самим немного сражаться — третьими. Студенток, напуганных, паникующих и рыдающих — четвертыми. Ханку пришлось выпить несколько разных магических составов, потому что ему досталось и так, и эдак. А он мало того, что не маг, так еще и не очень юн. И напоследок жених мой, который скоро сознание начнет терять от переутомления.
Его пришлось отлавливать дольше всех, пока я не сообразила попросить Барона, чтобы отвел к хозяину.
И вот там-то я заставила ректора принять один препарат, запить вторым. Потом зажмуриться, выдохнуть и заправиться третьим. Отшлифовать четвертым. Потом поцеловала и сообщила, что буду ждать вечером на ужин и беседу в его апартаментах. Я ведь все еще имела туда доступ, даже не пришлось ключ заново просить.
— У меня? — озадаченно спросил он.
— Да. Я соскучилась и хочу пообщаться, — подошла я ближе и расправила ему воротничок.
— Но у меня еще…
— Ничего страшного, дела подождут. У тебя целая толпа помощников, уж как-нибудь переживут твое отсутствие часок-другой.
А чтобы закрепить желание провести время в моем обществе, я привстала на цыпочки и поцеловала его. Тут уж он, конечно, поддержал.
В общем, вечером я принесла в его покои добытую в столовой еду. Такую, чтобы накормить голодного мужика, который уже забыл, когда он нормально ел. Мясо, овощи, немного сладкого, фрукты. Нажористо, вкусно и полезно. Сплошной ЗОЖ и никакого алкоголя. А то если Артур выпьет, то его сразу вырубит.
Вечером за заработавшимся мужчиной пришлось отправить Барона и Гришку. Выдала им записку с сообщением, что я жду, и велела животным без Артура не возвращаться.
Хе-хе, зная своего гронха, уверена, ректор прибудет на ужин, хочет он того или нет. Я оказалась права. Артур был сопровожден добровольно-принудительно. Причем его это смешило, но справиться с дружелюбным исполнительным Гришкой он не смог. А Барон поддерживал своего трехголового приятеля, так что магистр был доставлен. Слегка помятым и взъерошенным, но веселым и смирившимся.
— Мари, ну нельзя же так! — со смехом вошел он и оглянулся через плечо. — Ну, звери! Я вам это припомню!
Гронх шумно фыркнул в три пасти и изобразил жутенькие клыкастые улыбки. Кот мяукнул. Анфиска, которая оставалась со мной, пискнула, соскользнула на пол и шустро посеменила к друзьям. Я с ними всеми договорилась, что вечером и ночью они развлекают себя сами в моей комнате на первом этаже. Я же остаюсь на свидание с женихом, а потом спускаюсь к ним.
— Проходи, я тебя уже заждалась, — подошла я к Артуру. Кивнула зверям, уже выбравшимся в коридор, и закрыла дверь. — Иди умойся и к столу.
Ел Артур аккуратно, но быстро. Видно было, что он и сам не знал, насколько голоден, пока не увидел на своей тарелке еду и не почувствовал ее аромат.
— Хорошо-то как, — откинулся он на спинку стула. И тут до него дошло: — О боги! Мари, прости, пожалуйста. Я как дикарь накинулся на пищу и даже не уделил тебе внимания.
Лицо у ректора стало виноватое и крайне сконфуженное. Он подался вперед, чтобы то ли подлить мне напитка, то ли положить чего-нибудь в тарелку. Но я только рассмеялась и легонько отмахнулась.
— Мама права: я совершеннейший солдафон, — смущенно прокомментировал он. — Сначала служба, а потом вот сюда прибыл, а все никак не перестану жить словно на передовой.
— Ты ведь не был на передовой. Сейчас нет войны, — отозвалась я и сама пододвинула к нему ближе виноград и сыр.
— Да, но я участвовал в некоторых операциях и… Так, прости, это закрытая информация, я не имею права о своей прежней службе даже вскользь упоминать.
— А о нынешней? Вы разобрались? Что-то сверх уже рассказанного можешь поведать? И кто меня звал? Что за женщина? И откуда орденцы узнали о моем неместном происхождении?
— Да, пожалуй. Ты ведь в курсе уже про Лорэйн Дельс и о ее роли в произошедшем. У нее имелись мощные артефакты. Разные, начиная от подслушки, заканчивая путающими пути. Это она отправила тебя в пентаграмму после Белого Бала. Эстрелла Нервуд была ее пособницей, но ей пришлось уволиться, а вот магистр Дельс осталась. И еще трое, но ты вряд ли их знаешь, они из обслуги и поддерживающего персонала. Только они все мертвы уже.
— Эстрелла Нервуд ведь тоже мертва, я помню, что нашли ее тело.
— Да, вероятно, она слишком много знала или же стала шантажировать орденцев.
— Но что им всем нужно было здесь, кроме тонкой грани между мирами? И зачем им я? Вот это меня больше всего озадачивает.
— Ты удивишься, Мари. Сначала-то тебе была отведена роль жертвы в пентаграмме. Новенькая, ни с кем близко не знакомая, одинокая, без семьи и влиятельной родни. Никто не стал бы расследовать твою смерть. Но когда ты умудрилась поладить с демонами, тобой заинтересовались с другой точки зрения. Как же тебе это удалось, что за скрытые таланты? И вот тогда как раз Лорэйн и выведала твою тайну. Где-то мы были неосторожны. И ты стала ценной добычей, поскольку, по их версии, обладала редкими ценными знаниями и могла послужить проводником еще в один мир.
— Смешно… — мрачно прокомментировала я. — Каким образом я могу им показать путь на Землю, если меня саму сюда затянуло против моей воли, да еще и в чужое тело?
Гресс развел руками и продолжил ощипывать виноград. Он сам не замечал, но подъедал его потихоньку, пока рассказывал мне.