Инопланетный мясной рынок (ЛП)

Его запах вторгся в ее нос, железистый, феромонный, доводя возбуждение Бетани до еще больших высот, когда она застонала вокруг доминирующего члена.
Аргат толкнулся еще глубже, пока ее губы не встретились с выпуклостью его узла.
— Бе’тани, — прорычал он. — Посмотри на меня.
Ее глаза наполнились слезами, но она сумела поднять их и встретиться взглядом с капитаном.
— Богиня, — пробормотал он. — Ты так прекрасно выглядишь вот так, Бе’тани, когда твои губы обхватывают мой твердый член.
  
Ее киска сжалась от слов одобрения.
Аргат держал ее так еще мгновение, плачущую, пускающую слюни, изо всех сил старающуюся не подавиться. Затем он дернул ее голову назад, и она оторвалась от него, задыхаясь, струйки слюны дугой стекали с ее подбородка на член.
Он опустил ее голову и снова проник в нее. Но на этот раз, вместо того чтобы двигать ее головой, он удержал ее на месте и толкнулся тазом, трахая ее рот своим членом.
Ракша зарычал. Бетани скользнула руками вверх по его бедрам, чувствуя, как под пальцами подергиваются мощные мышцы.
Член дернулся внутри нее, наполнив рот потоком густых сливок.
Бетани проглотила их. Вязкая жидкость скользнула по ее горлу и согрелась в животе.
Аргат отпустил ее, и она рухнула обратно на пол, тяжело дыша, из уголков ее рта текли струйки слюны и горячей спермы.
Встав на четвереньки над ней, ракша заслонил верхний свет, подобно грозовой туче, заслоняющей солнце. Его единственный глаз уставился на нее сверху вниз, как зловещая оранжевая звезда.
Казалось, что тело Бетани вот-вот воспламенится от возбуждения. По ее коже побежали мурашки, и все тело покрылась бисеринками пота. Соски были твердыми, как камешки, лоно влажным и ноющим от желания.
— Трахни меня, Аргат, — захныкала она. — Пожалуйста, трахни меня…
ГЛАВА 33: Бетани
Бетани корчилась в тени Аргата, извиваясь на жёстком полу тренировочного зала. Вкус сладкой спермы пришельца все еще ощущался во рту. Он пропитал ее язык и покрыл блеском дрожащие губы, которые произносили отчаянным, жалобным тоном, повторяя одни и те же три слова снова и снова, как заезженная пластинка.
— Трахни меня, — умоляла она. — Пожалуйста, трахни меня, пожалуйста…
Ей пришло в голову, насколько безумно звучала эта просьба. Насколько жадно. Инопланетный самец только что дважды эякулировал в течение пары минут — один раз на ее кожу и один раз ей в рот — и оба раза количество его выделений было, мягко говоря, обильным. Наверняка у него не осталось ни капли жидкости в этих гладких, тяжелых яичках, свисающих с основания оранжевого хрена. Человеческому мужчине наверняка потребовалось бы некоторое время, чтобы восполнить запас.
Странная манера Аргата морщить нос и хмурить брови, казалось, подтверждала эту мысль — он, вероятно, думал, что Бетани совершенно не в своем уме.
Однако мгновение спустя, когда он заговорил, Бетани поняла, что это не так.
— Что ты сказала? — спросил Аргат. — Я не понял твоих слов, Бе’тани.
Конечно! Несмотря на все часы, проведенные Бетани с языковой программой, она так и не научила его слову «трахаться». Фактически, до сих пор она не учила его никаким глаголам, связанным с половым актом, грубым или иным. И, учитывая различия в сексуальном поведении их видов, замешательство Аргата было понятно.
Он буквально не знал, что делать.
Бетани подавила смешок.
Аргат был альфа-самцом во всех смыслах этого слова. Он был физически устрашающим, нагруженным толстыми пластами мышц и оснащенным клыками и втягивающимися когтями. Его лицо было великолепным и скульптурным, но в то же время повязка на глазу и шрамы говорили о жизни, полной насилия, боли и сражений. И вдобавок ко всему этому, он был капитаном звездолета, рассчетливым и уверенным в себе лидером, которого уважала и которому подчинялась вся команда.
И все же, когда дело доходило до секса — по крайней мере, до человеческой версии секса, — он все еще оставался девственником.
Ему нужно было, чтобы Бетани объяснила ему. Так что именно это она и сделала.
— Я хочу, чтобы ты засунул свой пенис в меня, Аргат.
— Внутрь тебя?
Бетани схватила его твердый, скользкий член и нежно потянула, направляя между своих широко раздвинутых бедер.
— Да, — прошептала она. — Внутрь моей киски.
Этот последний термин был частью лексикона устройства-переводчика: она уже объясняла его Чейлу раньше.
У нависшего над ней Аргата отвисла челюсть, и он уставился на нее, не веря своим ушам. Казалось, он был шокирован ее словами. Возможно, даже потрясен странностью, полной чуждостью того, что она предлагала.
Но постепенно эти эмоции переросли во что-то вроде любопытства, которое, в свою очередь, уступило место голодному животному желанию.
— Вот как ваш вид спаривается? — спросил он. — Самец входит в тело самки?
— Да, — выдохнула Бетани.
От того, как просто и прямолинейно Аргат сформулировал это, у нее по рукам и ногам побежали мурашки. Она хотела, чтобы он вошел в нее. Она так чертовски сильно этого хотела.
Удерживая свое тело на весу левой рукой, Аргат обхватил член правой и направил его вниз, проводя кончиком по каналу вульвы Бетани. Его истекающая щель смазала ее влажные лепестки остатками семени. Слегка заостренный кончик нашел ее дырочку и надавил туда, проникая внутрь всего на сантиметр или два.
Ракша колебался.
— Идея войти в тебя доставляет мне удовольствие, Бе’тани. Она доставляет мне огромное удовольствие. Но твоя киска такая маленькая и такая тугая. Боюсь, я никогда не влезу в тебя.
Он выразил обоснованную озабоченность.
В отличие от Аргата, Бетани не была девственницей — ни в коем случае. Но ни один из человеческих парней, с кем она была на Земле, и близко не приблизился по длине и обхвату к Аргату. Даже отдаленно. Член Аргата был пугающе большим. Достаточно большим, чтобы разорвать бедного маленького человечка надвое.
Бетани было все равно. Каждая клеточка, каждый атом ее существа кричал от первобытной потребности проникновения и желания быть оттраханной этим доминирующим инопланетным мужчиной.
— Все в порядке, — сказала Бетани. — Моя киска, эм, растянется для тебя.
Это было все, что требовалось Аргату для убеждения.
Но он не стал входить в нее прямо на полу. Вместо этого одним быстрым движением он оторвал тело Бетани от пола и приподнял ее. Она обвила руками его шею, прижимаясь к нему, а ее ноги сомкнулись вокруг его стройной талии. Инопланетянин был настолько силен, что легко поддерживал тело Бетани одной рукой, в то время как другой рукой прижимал твердый член к ее мокрой киске.
— Ты готова, Бе’тани?
Она кивнула, и Аргат прижался губами к ее губам, казалось, не заботясь о том, что ее рот все еще был испачканы его собственной теплой спермой. Он осторожно опустил ее на свой эрегированный столб возбуждения, и ее киска растянулась, приспосабливаясь к нему, как она и говорила.
При первом проникновении было больно — обойти это невозможно, — но удовольствие намного превосходило боль. Постепенно сила тяжести прижала ее к нему, и твердый член полностью заполнил ее. Наконец, он весь был внутри — весь, за исключением более широкого узла у основания.
Аргат почувствовал боль Бетани.
— Тебе больно, Бе’тани? — спросил он.
— Немного, — прошептала она ему в губы. — Но и приятно тоже. И приятных ощущений больше. А как это ощущается для тебя?
Аргат ответил словом, которое не поддавалось переводу.
— Зерай.
— Что это за слово? — спросила Бетани. — Я не поняла.
  
— Зерай. Это место, куда отправляются хорошие ракши, когда умирают.
Ах, рай.
Аргат обхватил ладонями ягодицы Бетани и приподнял ее до тех пор, пока член почти не выскользнул наружу, затем снова опустил. Со вторым толчком вся боль Бетани исчезла, и все, что осталось, — это блаженство от их соединения.