Инопланетный мясной рынок (ЛП)

Пальцами левой руки Залерос коснулся скользких розовых лепестков плоти и осторожно раздвинул их, открывая беспрепятственный доступ к центральному отверстию. Затем средним пальцем правой руки он осмотрел это отверстие, проведя кончиком по внешнему краю. Существо заскулило — жалобный, сдавленный звук.
Залерос начал вдавливать кончик пальца внутрь.
— Вы уверены, что это безопасно, доктор?
  
Это был Аргат.
— Безопасно? — спросил Залерос. Он был так сосредоточен на анатомии существа, что почти забыл о четырех других ракша, находившихся с ним в комнате.
— Я имею в виду, это похоже на маленький рот… или что-то в этом роде, — сказал Аргат.
Да, конечно. Капитан был прав. Залерос был неосторожен. Насколько он знал, там могли быть зубы. Или клюв. Синтетическая кожа, покрывающая его пальцы, обеспечивала минимальную защиту, и сегодня он не был заинтересован в том, чтобы потерять палец.
— Хорошее замечание, капитан, — сказал он. — Процветание, пожалуйста, сделай мне внутреннее сканирование нижней части живота и тазовой области образца.
Роботизированная рука, торчащая из потолка, мгновенно выполнила команду Залероса. После еще одного быстрого лазерного сканирования на настенном мониторе появилось изображение внутренних полостей существа.
Не было никаких признаков опасности.
Хорошо.
Залерос медленно просунул кончик среднего пальца в отверстие. Оно плотно облегало, но ободок был гибким и растянулся, чтобы ему было удобно. Существо застонало в ответ на вторжение.
Залерос протолкнулся глубже. Даже с синтетической кожей, покрывавшей его палец, он мог сказать, что внутренний канал был чрезвычайно мягким, теплым и влажным.
— Как… каково это? — спросил молодой Драмьен.
— Хорошо, — мечтательно ответил Залерос. — Действительно чертовски хорошо, — он внезапно взял себя в руки и вернулся к холодному профессиональному тону. — Здоровое, я имею в виду. На ощупь вполне здоровое. Теперь я просто проверю, нет ли там каких-либо внутренних структур, которые не отображаются на мониторе.
Залерос засунул костяшку пальца глубоко между раздвинутых ног существа. Он покрутил пальцем туда-сюда, проверяя мягкие, влажные внутренние ткани. Тем временем самка продолжала стонать.
— Оооо…оооо… — вдруг резко вскрикнула она. — Ах!
Казалось, Залерос что-то нашел. Нежное местечко на передней стенке этого маленького мясистого туннеля. На ощупь оно не отличалось от любой другой части этих внутренних мембран. Но когда он прикоснулся к нему снова, то смог извлечь тот же резкий крик из прекрасного рта существа.
— Кажется, я нашел еще одно чувствительное место.
Он снова и снова поглаживал ее переднюю стенку. Самка стонала и причитала, и ее мышцы сотрясались. Если бы она не была пристегнута ремнями к столу, Залерос был уверен, что ее руки и ноги бы дико дергались.
Еще больше влаги вытекло из отверстия, обволакивая палец Залероса и вязкими струйками стекая на пол. И без того узкий туннель стал еще теснее, когда стенки налились жидкостью, сжимая его, как крошечный мокрый кулачок.
Залерос знал, что ему следует остановиться. Но он чувствовал, что женщина приближается к чему-то, к какой-то кульминации, и ему нужно было увидеть, как это произойдет.
Он просунул еще один палец внутрь, поглаживая особое местечко двойным движением.
Высота криков существа стала выше. Ее пальцы на руках и ногах согнулись и сжались. Залерос мог сказать, что она была уже близко. Но близко к чему именно?
Внезапно все тело самки напряглось и расслабилось спазматическими волнами, и рваные рыдания вырвались из ее рта. Звуки были громкими и резкими в замкнутом пространстве медицинского кабинета.
— Процветание, дай мне гормональный анализ образца! — рявкнул Залерос. — Быстрее, быстрее!
— Да, доктор.
Сканер осмотрел все тело инопланетной самки, и настенный монитор заполнился списком химических веществ, циркулирующих в ее крови.
— Именно так я и думал. Невероятно высокий уровень эндорфинов.
— Что это значит? — спросил Аргат.
— Эндорфины — это гормоны, участвующие в ощущении блаженства. Предполагая, что ее физиология похожа на нашу, я бы сказал, что прямо сейчас она испытывает сильное физическое удовольствие.
Во всяком случае, Залерос надеялся, что это так. Самка-инопланетянка кричала так, словно он пытал ее, но все остальные признаки указывали как раз на обратное.
Он продолжал ласкать ее, наблюдая за тем, как исказилось красивое лицо во время стона. Его член теперь был таким твердым, что казалось, будто выкован из цельной стали. Он болел от мучительного желания.
Залерос все еще продолжал гладить ее внутри, пока она выла, блеяла и стонала.
— О! Аааа! Ооо…
Внезапно звуки, слетающие с губ существа, изменились. Она что-то дико болтала — быстрая последовательность резких слогов, которые могли быть только языком. Залеросу даже не пришлось обращаться к компьютеру, чтобы подтвердить это.
Он тут же смягчил поглаживания и убрал пальцы из ее розовой щели.
— Богиня, — выдохнул он. — Она говорит.
ГЛАВА 13: Бетани
— Стой! — закричала Бетани. — О боже, пожалуйста, хватит! Я больше не могу!
Слюна стекала из уголка её губ, а по вискам катились горячие слёзы. Но слёзы эти были не от боли или страдания. Совсем наоборот. Бетани не знала, каковы были намерения этого инопланетного доктора, но она знала одно.
Он заставлял её чувствовать себя хорошо.
Слишком хорошо.
Пальцы инопланетного доктора были намного больше, чем у обычного человека, и он засунул два из них глубоко в киску Бетани, которая практически плакала от постыдного возбуждения. На Земле она встречалась с парнями, которые так и не нашли ее точку G — большинство из них даже не пытались, — но этот инопланетянин сразу же нашел ее, и теперь он гладил ее там интенсивными двойными движениями, от которых по тазу прокатывались волны мучительного блаженства.
Он заставлял ее кончать. Жестко.
Пальцы в перчатках были безжалостны, поглаживая, поглаживая, поглаживая нежное местечко, подталкивая от одного сводящего с ума оргазма к следующему. Сколько раз он уже доводил ее до пика? Бетани даже не была уверена. Она сбилась со счета. Она также потеряла чувствительность в пальцах рук и ног.
Чувства, бурлившие в ее душе, были невыносимы. Удовольствие было мучительным, киска казалась сверхчувствительной, и ее покалывало от перевозбуждения.
Вплоть до этого самого момента голос Бетани продолжал подводить ее. Что бы ни было в той инъекции, которую ей сделали люди-тени, это было сильное средство. Она даже начала беспокоиться, что никогда больше не сможет говорить. Но теперь, после потрясения этой ошеломляющей чередой оргазмов, ее голос наконец-то восстановился.
— Пожалуйста, прекрати! — закричала она. — Пожалуйста, пожалуйста, я не могу этого вынести. Я не могу…
К счастью, лысый инопланетный доктор убрал пальцы из ее киски и удивленно уставился на нее. Он действительно понял ее? Нет, Бетани так не думала. Но, по крайней мере, он, казалось, понял, что она говорит, а не просто издает глупые животные звуки.
Он понял, что она разумна.
— Спасибо, — невнятно пробормотала Бетани.
Благодарила ли она его за остановку или за то, что он заставил ее кончить сильнее, чем она когда-либо кончала в своей жизни? Бетани не была уверена.
Мгновение она просто лежала на столе, тяжело дыша. Обнаженные груди блестели от пота. Соски были тугими, как пара спелых ягод. Ее руки и ноги все еще были прикованы к металлической поверхности, но это не имело значения. Даже если бы ее не сковали, она была слишком измотана, чтобы двигаться.
  
Другие инопланетяне столпились позади доктора, их мускулистые фиолетовые тела заполнили тесное пространство комнаты. Пронзительные оранжевые глаза уставились на нее с благоговением и изумлением.