Не приближайтесь ко мне (СИ)

— Простите, мой господин, — отгоняя мысли о Гермионе, Северус опустился на колено и прислонился губами к краю темно-зеленой мантии.
— Посмотри мне в глаза, мой верный слуга, — приказал Воландеморт тоном, от которого даже Снейпа бросило в озноб. Собрав все свои мысли воедино и заменив их на придуманные образы, зельевар столкнулся с кровавыми и жестокими глазами.
Сначала все шло по плану: Воландеморт наслаждался ментальной ложью, псевдо собраниями, на которых обсуждали лишь учебную программу, паникой Минервы, как Невилл рассказывал о Темном Лорде и всякая другая чушь. Воландеморт мягко бродил по чертогам разума, пока что-то не щелкнуло. Тогда все барьеры Северуса рухнули, и вся информация о его гриффиндорке представилась в ярком свете.
— О, так ты остепенился, — весело проговорил Лорд, сверкая гневным взглядом. — И что же ты к ней испытываешь?
Снейп и сам не заметил, как непроизвольно сжал мантию Воландеморта, понимая, что вопрос был риторический и ответа вовсе не требовал. Присутствие мага было почти не ощутимым, из-за чего нельзя точно сказать, что из его мыслей и чувств узнали.
Зрительный контакт прервался, и Северусу оставалось лишь гадать, что именно узнал этот паршивец о Гермионе. Уже через четверть часа они аппарировали в Лондон к магглам, где устроили погром. Дома горели, а вместе с ними и люди, поглощенные пламенем. Пожарные не успевали тушить. Духовники орудовали слаженно, и даже псевдо-Лорд не смог бы на них повлиять. Об этом Реддл позаботился. Погруженный в свои мысли Северус стоял, прижавшись к дереву, и печально смотрел на зарево кровавого неба.
Легкие шаги пронеслись по поляне. Девушка и две, как видимо, младшие сестрички непринужденно веселились и радовались жизни, ничего не подозревая, что вот-вот наткнутся на пожирателей, притаившихся за деревьями. Вот они вскрикнули от испуга и попятились назад. Четверо мужчин-садистов предпочли подарить им мучительные смерти, о которых Северус старался не думать. Северус достал палочку, но опоздал.
— Экспелиармус! — заклятье полетело в пожирателя и свалило его с ног. Откуда ни возьмись явился пятый упивающийся. Он то и вступился за девочек.
— Круцио, — вмешался Снейп, четко выговаривая — Сектумсемпра, Петрификус Тоталус.
Спустя нескольких долгих минут пожиратели пали. Беспардонно Северус подошел к своему союзнику и сорвал с него маску. Сколько было боли в голубых глазах. Северус мгновенно ворвался к нему в разум, и боль поглотила его.
— Идиот. Аппарируй с ними, — прошипел Северус Тому Мэдиссону.
========== Разговор ==========
Звук самый типичный, какой производится от соприкосновения стеклянного стакана с толстым слоем древесины стола. Щелчок. Крышка бутылки открылась,и янтарная жидкость наполнила сосуд. Северус уселся в мягкое кожаное кресло, возглавляющее директорский стол, и скептично посмотрел на Альбуса Дамблдора, который оставался абсолютно безучастным к его действиям.
— Альбус, изобразите хотя бы жалкую пародию участия и интереса к нашим жизням насущим, — иронично протянул Северус, не замечая усталость, накопленную за этот день.
Старик улыбнулся доброй улыбкой, которая, по задумке, должна была всех согреть. Вот только это ни капли не подействовало. В прочем, они были одни, а вернее существовали в этом кабинете исключительно Северус и портрет. А на первого это никогда не действовало.
— Я предлагаю тему Гермионы, на которую ты вряд ли ответишь, а также план дальнейших действий с Воландемортом, который ты уже давным давно придумал. Ммм… Разговоры по душам? — губы волшебника дрогнули, словно он дивился последнему своему слову.
Огневиски приятно обожгло горло, прежде чем Северус ответил:
— Избавьте! — то ли театрально, то ли по-настоящему взмолился зельевар, а затем продолжил уже серьезно:
— Когда-нибудь дитятки Темного Лорда атакуют и Хогвартс, причем неимоверно скоро.
Сегодняшний погром был лишь маленьким началом предстоящего катаклизма. Духовники будут атаковать каждый дом и сжигать, подобно муравьёв под увеличительным стеклом. Питались ли они страхом или маниакальным удовольствием от разрушения - Северус не знал. Но, как бы то ни было, это ужасало.
  
— Возможно, следует воздействовать на твоего псевдо — господина, чтобы тот попридержал их?
Тонкие длинные пальцы волной пробежались по столу. Северус наклонил голову, а его бровь приподнялась вверх.
— Ах, какие надежды вы возлагаете на великую пародию Темного Лорда! Не смешите, — бросил Северус, смотрящий в окно, в котором небо окрасилось оттеночными лентами заката. — Даже наш злодей не властен над ними, пока не завершится ритуал воскресешения.
— Тогда следует устроить им засаду. Расставить ловушки вдоль границ Хогвартса, усилить защиту и напасть. Ты же это понимаешь, Северус.
Понимал ли он? Великолепно! Особенно те риски, которые грозили школе в случае поражения. Однако это отличный шанс лично познакомить с творцом этих тварей, коих и осталось совсем не много.
— Конечно, никого отправлять и эвакуировать не нужно, — услышал нынешний директор, — это привлечет внимание, да и упивающиеся поймут, что мы слабы.
Северус нахмурился и оглядел кабинет. Как давно он не слышал этот тон, наполненный цинизма и безумия? Год? Убить манипулятора, как видимо, мало. С ним не разговаривай, дай марионеток, чьими жизнями можно пренебречь во имя той самой “виктории”, которая и вовсе не прекрасное создание слабого пола, а холодная абстракция, тешущая лишь тщеславие и дающая славу. Поджатые губы зельевара еще долго не выдавали ответа.
— Я не намерен рисковать жизнями детей, Альбус. Что за наклонности и жажда крови? — наконец прозвучал ответ.
Раздался звук встречи уже пустого стакана и одинокой поверхности стола: Северус не любил загромождать свой стол ненужным.
— Это война, мой мальчик. Она требует жертв, ради спасения и мира.
В голосе мертвеца не было слышно ни одной эмоции, но Северус и не нуждался в этом: практика и знание психологии позволяли читать людей и по другим критериям. Даже великий волшебник и манипулятор всея-Хогвартса являлся для него открытой книгой. Ох, как Северус устал! Устал от этих дум, стратегий, жертв, от чужих боли и страданий. В принципе, тут и психология не нужна, а лишь умение мыслить логично, чтобы понять состояние старика.
— Вы жалеете, не так ли? — протянул зельевар, заглядывая в блестящие глаза, словно белая и лазурная краски случайно скатились с кончика кисти, упав в глазницы старика. Северус редко видел слезы мертвецов на полотне. Еще реже он видел слезы Дамблдора. Но сегодня, видимо, комбо, видимо, разговор по душам.
— Именно, - прошептал Альбус, — это… тяжелое бремя. Манипуляции во имя всеобщего блага помогают выиграть, но их последствия, — голос волшебника дрогнул, — последствия будут терзать твою душу, как дикие псы терзают раненую плоть.
И вновь повисла тягучая тишина, в которой каждый думал о своем. Душа Северуса имела удовольствие быть знакомой с дикими псами.
— Но дети не должны страдать, — бросил Снейп после размышлений, еще больше хмурясь. Он закрыл за собой дверь, оставив портрет в темноте и одиночестве.
— В любом случае это случится, — горько прозвучало в тишине кабинета.
***
“В любом случае это случится. Даже косвенно”, — рассуждал Северус, шествуя вдоль тёмных коридоров замка, пострадают все даже с минимальными потерями - стресс, сломанные психики, судьбы, жизни, тяжелая скорбь по мертвым героям. Но он должен сделать все возможное, чтобы сократить эту общую боль. Дамблдор, конечно, прав: любая манипуляция, хоть и является коварным деянием, к победе ведет. Старик разыграл чудесную партию, пожертвовав всеми конями, ладьями и даже не побрезгав королевой - Поттером. Но что из этого вышло? Он жалеет? Альбус, ты сделал то, что сделал, уже поздно что-либо возвращать. Хоть ты и мерзавец.
Ветер обжег кожу холодом, пока мастер зелий тихим шагом приближался к своей цели. Как же ты, Альбус, умудрился попасть в гриффиндор с таким-то расчетом? Наверно, гриффиндорство - все-таки болезнь, являющаяся доминирующей над всякой жестокостью и хладнокровием. Чего стоит его чудачество? Ох уж эти гриффиндорцы! Кстати о них.