Красный мотор (СИ)

Ну еще бы. Я знаю. Если не выполню задание, меня не пощадят. Мои недруги во главе с Рыковым не упустят возможности меня уничтожить. Да и сам Сталин тоже по голове не погладит.
…Вечером мы со Звонаревым стояли на площадке. Закатное солнце золотило стрелы подъемных кранов, готовых к началу масштабных работ.
— Знаете, Леонид Иванович, — вдруг сказал он, — я ведь чуть не отказался от распределения сюда. Хотел в Москве остаться, в проектном институте.
— И что передумали?
— Почувствовал, что здесь будет что-то грандиозное, — его глаза загорелись привычным огнем. — Кстати, у меня появились новые идеи по оптимизации свайного поля.
Я слушал его. Да, Серго прав. Такие люди нам нужны. Именно они построят новую промышленность. А мои знания из будущего помогут направить их энергию в нужное русло.
На следующий день, едва июльское солнце поднялось над горизонтом, я опять приехал на стройплощадку. После утверждения метода Звонарева для укрепления грунтов нужно срочно начинать масштабные работы. Время поджимало — по контракту с Фордом первые машины должны сойти с конвейера через полтора года.
Я поднялся на небольшой холм, оглядывая раскинувшуюся внизу панораму будущего завода. Более трехсот гектаров земли предстояло превратить в современное производство. Пока здесь виднелись только колышки разметки да наспех сколоченные времянки. Вдалеке урчали первые экскаваторы «Марион», прибывшие по контракту с американцами.
— Как успехи? — спросил я подошедшего Воронцова, главного инженера строительства. Он с кряхтением забрался вслед за мной.
— Честно говоря, не очень, — он перевел дух и протянул мне сводку. — Грунтовые воды заливают котлованы быстрее, чем мы успеваем их рыть. А метод Звонарева хорош, но для всей площадки нужно время, чтобы его внедрить.
Я бегло посмотрел бумаги. Хотя и так знал их содержимое.
— Время — это как раз то, чего у нас нет, — я развернул принесенные чертежи на походном столике. — Смотрите, что предлагаю.
Снизу к нам подтянулись прорабы и начальники участков. Даже вечно встрепанный Звонарев примчался, услышав про новые технические решения. Сначала все тяжело дышали, потом успокоились.
— Ваш метод укрепления грунтов — отличная основа, — я кивнул молодому инженеру. — Но чтобы ускорить процесс, нужно добавить еще несколько решений. Во-первых, водопонижение с помощью иглофильтров.
— Это как? — заинтересованно подался вперед Звонарев, его зеленые глаза загорелись привычным азартом.
Я набросал схему:
— Опускаем по периметру котлована трубы с фильтрами и откачиваем воду насосами. Техника несложная, но эффективная. Насосы уже заказаны в Германии, через две недели будут здесь.
— А бетон? — спросил Воронцов. — При таких объемах обычные смеси слишком долго набирают прочность.
— И тут есть решение. — Я достал результаты испытаний из лаборатории Величковского. Он их провел специально по моему заказу. — Добавляем в смесь молотый шлак из мартеновских печей и увеличиваем долю цемента. Прочность выше стандартной, и что важнее всего схватывается за пять дней вместо обычных двадцати восьми.
Инженеры удивленно переглядывались.
— Но это же… — начал было Воронцов.
— Да-да, я знаю, «авантюра», — улыбнулся я. — Но все проверено в лаборатории. К тому же у нас есть опыт укрепления грунтов по методу Звонарева. Чем это рискованнее?
Мирослав просиял от упоминания своего метода. А я продолжил:
— Теперь главное, это четкая организация труда и всего процесса. Нужны три бетонных завода, в центре и по краям стройки. Работа круглосуточно, в три смены. Электричество дадим от временной станции. И самое важное — все материалы должны поступать точно по графику, никаких простоев.
В этот момент снизу донесся крик:
— Товарищ Воронцов! В третьем котловане опять прорыв воды!
Мы все посмотрели вниз, под холм.
— Вот видите? — я свернул чертежи. — Каждый день промедления стоит стране десятки тысяч рублей. Давайте начинать. Звонарев, вы со своей группой занимаетесь укреплением грунтов. Воронцов, на вас организация бетонных заводов. Остальным развернуть подробный план работ к вечеру.
  
Я спустился с холма, направляясь к котлованам. Нужно лично проверить, как идут земляные работы.
В голове уже складывался план следующего этапа, организации скоростного монтажа конструкций. Но это потом. Сейчас надо заложить надежный фундамент. В прямом и переносном смысле.
К вечеру мы снова собрались в бараке технического совета, просторной времянке, наспех сколоченной из свежих досок. Пахло смолой и махоркой. За длинным столом разместились все ключевые фигуры стройки: прорабы, начальники участков, снабженцы.
Я разложил схемы и графики на столе. Карташов, все еще сомневающийся в успехе наших экспериментов, хмуро разглядывал расчеты по новому бетону.
— Товарищи инженеры и строители, — начал я. — Ситуация требует нестандартных решений. Мы уже доказали эффективность метода Звонарева для укрепления грунтов. Теперь предлагаю следующий шаг — новую организацию бетонных работ.
— Это авантюра! — резко поднялся Студеницкий, главный технолог строительства, бородатый мужчина лет пятидесяти. — Леонид Иванович, я тридцать лет в строительстве. Нельзя так экспериментировать на важнейшем государственном объекте.
— Петр Захарович, — я старался говорить спокойно, — давайте обратимся к фактам. Вот результаты испытаний нового состава бетона. Молотый шлак и увеличенная доля цемента дают прочность на двадцать процентов выше стандартной.
— А долговечность? — подал голос Морозов, седой прораб из Москвы. — Кто гарантирует, что через год не пойдут трещины?
Звонарев, сидевший рядом со мной, не выдержал:
— Так мы же испытали образцы на ускоренное старение! По методике профессора Величковского.
— Молодой человек, — поморщился Студеницкий, — ваших экспериментов с грунтами нам уже достаточно. Хотите теперь и бетон испортить?
— Товарищи, — я постучал карандашом по графику. — Давайте смотреть шире. При традиционных методах мы потратим на фундаменты минимум восемь месяцев. А сроки поджимают. Форд не будет ждать.
— Вот именно! — неожиданно поддержал меня молодой инженер Мамаев. — Нам нужно строить завод современными методами. Американцы давно используют скоростное строительство.
— Америка далеко, — буркнул кто-то из угла.
— Зато результаты испытаний прямо здесь, — я выложил на стол акты лабораторных исследований. — Смотрите: прочность, морозостойкость, схватываемость, все параметры лучше стандартных.
В бараке повисла тишина. Все склонились над документами.
— Допустим, — медленно проговорил Карташов. — Но организация работ? Три бетонных завода одновременно, круглосуточная работа… Это же огромный риск.
— Риск просчитан, — я развернул еще один чертеж. — Вот схема поставок материалов. Железная дорога рядом, склады оборудуем здесь и здесь. График поставок составлен так, чтобы все происходило в точные сроки.
Следующий час я объяснял детали организации работ. Постепенно я видел, как меняются лица слушателей, от полного отрицания к заинтересованности.
— А ведь может получиться, — задумчиво протянул Морозов. — Только вот что, Леонид Иванович… Давайте начнем с одного завода. Проверим на малом объеме, а потом уже развернем все силы.
— Нет времени на эксперименты, — твердо ответил я. — Либо мы начинаем сразу по-крупному, либо не укладываемся в сроки. Но я готов лично отвечать за результат.
— Хорошо, — неожиданно сказал Студеницкий. — Я все еще считаю это авантюрой. Но… ваши аргументы убедительны. Рискнем?
Он обвел взглядом собравшихся. Постепенно все начали кивать.
— Тогда за работу, товарищи инженеры, — я собрал чертежи. — Завтра в восемь утра жду начальников участков с детальными планами работ.
Когда все разошлись, ко мне подошел Звонарев:
— Леонид Иванович, а я придумал, как еще ускорить укладку бетона! Если использовать вибраторы для уплотнения, можно выиграть пятнадцать процентов по срокам.