Некромант Империи. Том 3 (СИ)

Я активировал целительское зрение, погружаясь в структуры тела Северова. И чем глубже я смотрел, тем сильнее хмурился. Клетки одна за другой впадали в анабиоз, их активность падала, метаболизм затухал как догорающий костер.
Сердце едва трепыхалось — не столько билось, сколько подрагивало. Кровоток замедлялся с каждой минутой, органы получали все меньше кислорода. А над всем этим клубилась та самая тьма.
  
— А что мешает поддерживать его состояние на постоянной основе, пока не найдем решение? — спросил я, продолжая сканировать тело.
— Здесь какой-то барьер, — Ефим покачал головой. — Не пропускает магию. Вернее, пропускает, но она тут же гаснет. Даже банальные ожоги снаружи не получается залечить.
Я медленно осмотрелся. В углу палаты, среди прочего оборудования, стоял дефибриллятор. Интересно… под недоуменными взглядами целителей я подкатил аппарат к кровати и включил его в розетку.
— Что ты задумал, Волконский? — прошипел главный целитель. — Немедленно откати аппарат на место! Давай без самодеятельности!
Если магия не может, то эта штука должна помочь. Наверняка на нем печать или что-то похуже, блокирующее магию. Но против обычного электричества у них защиты быть не должно…
В памяти всплывали смутные обрывки знаний из прошлого мира. Как правильно использовать эту штуку? На живом? На мертвом? При полной остановке сердца? Да нет, вроде, когда сбивается сердечный ритм… или нет? Демоны…
Я начал нажимать кнопки на панели, настраивая мощность. Потер электроды друг о друга… вроде нужно так. За спиной Ефим уже срывался на крик:
— Ты что творишь⁈ Д-дима, может не надо!
Я прижал электроды к груди Северова, расплылся в широкой улыбке, которая наверняка показалась окружающим безумной, и произнес:
— Разряд…
  
Глава 6
 
Северова подбросило на кровати. Его спина выгнулась дугой, а седые волосы встали дыбом, превратив некогда строгую прическу заместителя директора в подобие одуванчика. По телу прошла мощная судорога, а изо рта вырвался сдавленный хрип.
Я активировал целительское зрение, погружаясь в глубины человеческого организма. Картина была… впечатляющей. Электрический разряд пронесся через сердечную мышцу, заставляя её сокращаться. Клетки, еще минуту назад пребывавшие в подобии анабиоза, внезапно ожили — их потенциал резко изменился, ионные каналы распахнулись, запуская каскад биохимических реакций.
Мозг отреагировал мгновенно — нейронная активность вспыхнула как новогодняя гирлянда, электрические импульсы побежали по нервным волокнам, пробуждая угасающие нейронные связи. Базовые функции, одна за другой возвращались к норме.
Легкие тоже встрепенулись — альвеолы расправились, жадно впитывая кислород. Газообмен, еще недавно едва теплившийся, резко усилился. Эритроциты, получив долгожданную порцию кислорода, помчались по сосудам, разнося живительный газ по тканям.
А самое главное — там, где проходил электрический разряд, клубящаяся тьма отступала, корчась и распадаясь.
До этого момента я никак не мог засечь главный источник заразы — скверна растеклась по всему телу, глуша попытки её найти.
Ах вот ты где, падаль! Я наблюдал, как тьма отступает от сердца, корчась под электрическими ударами. Она пряталась в самой сердцевине, в проводящей системе миокарда. Занятно… магия, хитроумные печати — всё это оказалось бессильно против простого электричества. Очко в пользу современных технологий.
А ведь эта дрянь засела в самом важном органе, замедлила все процессы так, чтобы целители боялись делать резкие движения, и создала вокруг себя магический барьер. Почти идеальный план… если бы не одно «но» — она явно не была рассчитана на встречу с дефибриллятором.
Краем глаза я заметил перекошенные от ужаса лица целителей. Ну как упустить такой момент для драматизации?
— Мы его теряем! — провозгласил я, демонстративно поднимая электроды.
Северов рухнул на кровать. Секунда тишины… и его глаза распахнулись.
— А нет, не теряем, — я позволил себе улыбку глядя на вспотевшего от волнения главного лекаря.
После, быстрое сканирование показало, что организм Северова стремительно возвращается к норме. Клубы скверны таяли как сахар в горячем чае.
Целители, наконец-то очнувшись от ступора, бросились к пациенту словно стая встревоженных чаек. Их руки засветились целительской энергией — теперь, когда барьер рассеялся вместе со скверной, магия беспрепятственно текла к поврежденным тканям. Ожоги начали медленно затягиваться, хотя процесс явно требовал времени и усилий.
— Ну что ж, господа эскулапы, — я потянулся с показной ленцой, — думаю, дальше справитесь без меня…
Не успел я отойти на пару шагов, как на меня набросились с вопросами:
— Как ты это сделал?
— Ты знал, что это поможет?
— Да ладно, ничего особенного, — я небрежно пожал плечами. — Просто много читал в библиотеке. Безмагичные люди не зря придумали эти штуки.
Главный целитель сверлил меня подозрительным взглядом.
— Что… что происходит? — раздался хриплый голос Северова. Похоже, боль от ожогов и ушиба головы начала отступать. — Как я здесь оказался? И что вообще случилось?
— Вы ничего не помните? — Ефим оторвался от залечивания особенно впечатляющего ожога на плече профессора.
Северов нахмурился, потер висок:
— Помню только, что шел куда-то… думал о том, что пропустил ужин. А дальше — пустота. Видимо потерял частично память.
В этот момент дверь распахнулась с такой силой, что едва не слетела с петель. На пороге возник директор.
— Кто справился с магией, которая убивала его? — первое, что он произнес, даже не поздоровавшись.
Все присутствующие синхронно, словно по команде, указали на меня. Директор окинул меня взглядом, словно прикидывал — то ли вручить медаль за спасение сотрудника, то ли отчислить от греха подальше. Наконец он коротко кивнул и проследовал к кровати Северова.
— Владислав Игоревич, — директор опустился на стул рядом с пациентом. — Нам крайне важно понять, зачем вы пошли в заброшенное крыло. Возможно, вы что-то видели? Слышали? Любая деталь может быть важна.
— Я… действительно не помню, — Северов потер висок. — Последнее воспоминание — иду по коридору, думаю об ужине. Опять его пропустил, а значит Клавдия, душа моя будет ругаться. А дальше — пустота.
— Постарайтесь вспомнить, — директор подался вперед. — Может, были какие-то звуки? Голоса? Странные ощущения? Словно вас туда тянуло…
— Ничего, — Северов покачал головой. — Абсолютно ничего не помню.
— Там произошел взрыв, — директор тяжело вздохнул. — Вас нашли без сознания сразу после него в одной из комнат. Мы пытались держать ситуацию под контролем, но… — он развел руками. — Уже к утру почти все студенты были в курсе произошедшего — слухи в академии распространяются быстро. Гвардейцы уже прибыли, БМБ на подходе… А там недалеко и до доклада в столицу.
И что получится? Почтенный академик, доктор магических наук, подвергся нападению с использованием иномирской магии прямо в стенах академии. Это же скандал! А все иномирцы автоматически попадают под подозрение.
Я мысленно присвистнул. Ситуация складывалась — хуже некуда. Если начнется массовая проверка иномирцев, это может привести к серьезному конфликту. А учитывая, что некоторые из них занимают не последние места в обществе…
Похоже, кто-то очень грамотно спланировал эту провокацию. Ударить по заместителю директора иномирской магией — это как поджечь бочку с порохом и убежать, наблюдая издалека за взрывом. Но если… это дело рук иномирцев, для чего им это? И ведь я даже не могу сказать, что это не иномирец. Потому что та дрянь, которую я выжег из Северова, определенно была не местного происхождения.
— Эй, я на ушном был! — возмутился я, когда Ефим буквально затащил меня в угол палаты прервав мое подслушивание за директором и Северовым.
— Дим! — зашипел он, нервно поправляя очки. — Ты вообще понимаешь, рисковал? Как ты додумался использовать человеческую технику⁈