Дахштайн

Утром случилась досадная радость. Грегор встретился с Филом и Элишкой, которые ждали его в кофейне напротив Дома Фауста. Они не спросили, чем он там занимался всю ночь, а Ниотинский и не собирался посвящать их в тайну разговора с демоном.
– Я сделал несколько звонков.
Кардинал достал телефон, открывая файлы, которые накопали цифровые кудесники из Ордена. В них был перечень рейсов вылета из аэропорта Вацлава Гавела в тот день, когда пропал Дэн.
Чернова и Митсон придвинулись ближе, чтобы видеть экран.
– Из восьмидесяти рейсов вылета, совершенных в тот день, нам подходят три: Рейкьявик, Мюнхен и Зальцбург.
– В Мюнхене нет гор, – посмотрев на Грегора, пожала плечами ведьма.
– Зато есть горнолыжный курорт неподалеку, – возразил Ниотинский, хмуро разглядывая пару ФилЭлишка.
– В Австрии пропала актриса, взамен которой тебя взяли, – осенило Фила, и он возбужденно заерзал на стуле. – Нам нужно в Зальцбург.
– В смысле пропала?
– Схождение лавины.
– Не подходит, – отрезал Ниотинский, но увидев вопросительные взгляды, пояснил: – Нынешняя зима принесла всей Европе резкие перепады температур с сильными ветрами, поэтому лавины в Альпах сходят постоянно.
– Я чувствую, что это Австрия! – настойчиво и упрямо возразил Филипп, взглядом умоляя Элишку поддержать его.
– Тогда мы с Филом едем в Зальцбург, а вы можете проверить другие страны, – отрезала Элишка, хлопнув ладонью по столу.
  
Глава 17
 
 
Amabilis insania.
 
 
Приятное безумие.
 
Через два дня Филипп с Элишкой покинули Прагу, вылетев в Зальцбург. Ниотинский тайно послал с ними служителей Ордена с целью проследить, чтобы эти двое не натворили бед. Грегор хотел немного затормозить поиск потомка, да и открытые врата быстрее бы обнаружили его местонахождение. Однако самой большой проблемой оставалось то, что ведьма, помогавшая запечатать адские двери, – умерла, а ее единственная преемница лежала в психиатрической лечебнице Богнице, куда кардинал и собирался отправиться.
Подъехав к потрепанному временем белому зданию, Грегор припарковал авто. Богнице, основанная в тысяча девятьсот шестом году, до сих пор функционировала и принимала пациентов. Корпус лечебницы напоминал княжескую усадьбу, построенную изломанным полукругом. Неяркий белый цвет фасада перетекал в рыжие крыши, неизменно украшающие Прагу. Напротив главного входа высился костел святого Вацлава, а за ним притаилось кладбище. На заборе, отделявшем тысячи надгробий от парковой зоны, уселись вороны, истошно каркая и разбавляя густую тишину места.
Ниотинского удивляло, что на территории лечебницы до сих пор несколько раз в год проводились шумные музыкальные фестивали. Кардинал размышлял, был ли это способ показать больным, что за оградой есть жизнь и, выздоровев, они вернутся в нее? Или же какой-то трюк, намеренно унижающий психически нестабильных постояльцев? Ведь именно из Богнице постоянно удирали больные. Как минимум раз в месяц в новостях объявляли о розыске беглеца.
На стойке регистрации Ниотинский вписал свою фамилию в бланк посещений. По пути к палате Грегор миновал общий зал, рассматривая пациентов, но Джены среди них не увидел, поэтому продолжал идти за провожатым. В нос ударил запах лекарств и хлорки. Девушка сидела в кресле у окна, уставившись прямо перед собой. Яркие змеиные глаза потускнели, словно в них вставили матовую пленку. Оливковая кожа отдавала желтизной. Грегор ощутил несвойственный ему укол вины. Наверное, он просто привык к язвительной и горделивой ведьме. Однако в кресле перед ним сидела лишь тень прошлой Хокс.
 
– Здравствуй, Джена.
Она не ответила, даже не повернулась в сторону Грегора. Оглянувшись на скудную обстановку и обнаружив стул возле стены, кардинал протащил и поставил тот рядом с ее креслом. Присев, Ниотинский долго вглядывался в девичье лицо, пытаясь найти признаки притворства. Увы, в глазах ведьмы не было и проблеска прежнего огня, как и ясного сознания.
– Джена, мне жаль видеть тебя такой. Я хочу помочь вернуть тебе рассудок.
Глава Ордена достал из кармана камень размером с ладонь. Смолянисто-черный, необработанный турмалин или «ведьмин камень», он носил еще одно название – шерл. Грегор положил его Джене на колени и, подцепив тонкую кисть девушки с подлокотника, переместил на турмалин.
– Шерл поможет тебе. Я буду приходить каждый день. Не знаю, слышишь ли ты, но мне нужна твоя помощь, как и твоей протеже, Элишке. – Немного помолчав, он добавил сварливо: – Слышишь? Давай, выбирайся из кокона и по возможности перестань пить лекарства.
Неожиданно рука ведьмы любовно обвила камень, словно он был самым дорогим ей существом, однако взгляд так и остался мутным и отсутствующим. Кардинал перед уходом спокойным тоном поведал, что произошло за время ее болезни, зная, что Джена, скорее всего, не слышит и не понимает его. Возможно, Грегору просто хотелось выговориться. Впервые за столько лет.
Зальцбург, Австрия
Аэропорт Моцарта встретил Митсона и Чернову шумом туристов, приехавших на горнолыжный отпуск. Люди толкались лыжами и досками для сноуборда в чехлах, смеялись и возбужденно переговаривались, обсуждая предстоящие съезды. Вокруг слышалось приветственное «Хале!» [49], которым обменивались австрийцы.
– По-моему, мы слишком выделяемся, – заметила Элишка, показывая на свое строгое пальто и ботинки на шпильке. Да и Фил не отставал: дубленка, накинутая на плечи, брюки в клетку выдавали в нем скорее ярого горожанина, а не любителя гор.
– Да уж. Нужно будет заехать переодеться после того, как возьмем машину напрокат.
Поиск авто прошел быстро, за исключением спора о марке и модели. Арендовав новый универсал Ауди, они устроили шопинг в торговом центре, а после зашли поесть.
– Откуда начнем?
Элишка сидела в бистро, постукивая ногой о стол и листая на смартфоне сайт по поиску жилья.
– Это ты мне скажи. Ты видела Дэна. Помещение, где он убивал, было квартирой или, скорее, номером в отеле?
Ведьма наморщила гладкий лоб и поежилась, очевидно, вспоминая сумрак комнаты и Дэна. Прикрыла глаза цвета кофе.
– Обстановка не напоминала отель. Просторное помещение, блестящий паркетом пол, белая постель. Скорее, комната в квартире, но дизайн гостиниц невозможно предугадать. Апартаменты могут выглядеть как полноценное съемное жилище. И постель была белой.
– Ну и что? – не понял Фил.
– Обычно в таком цвете заправляют постели в отелях. Не помню ни одних знакомых, кто бы любил белое белье.
– Если отталкиваться от отеля, то, скорее всего, он бы стоял где-то далеко в горах, – заметил Митсон.
– Да. С другой стороны, отель в Зальцбурге тоже неплохо. Толпы людей и туристов. Легко затеряться.
Филип вытащил из бумажника монету в два евро.
– Орел – едем дальше в горы, решка – остаемся в Зальцбурге.
Подкинув евро, Митсон словил ее на правую ладонь и, сжав руку, перевернул, хлопнув на левую. Выпала решка. Элишка насмешливо улыбнулась и разблокировала телефон, чтобы определиться с районом.
– Видение указало на высокие горы. Гугл выдает район Зальцкаммергут. Возможно, он где-то рядом с ледником Дахштайн, ведь именно там самые высокие пики. Хотя я могу ошибаться, видения – штука ненадежная.
– Давай тогда искать жилье в пределах этого района.
Пока они смотрели номера, стало ясно, что пансионы и отели от четырех звезд как раз и были сделаны в стиле дорогих квартир.
Остановив выбор на отеле «Гастхаус Империал» в городке Гозау с полупансионом и видом на одноименное озеро, они забронировали его на трое суток, чтобы потом переместиться в другой, если поиски в округе не дадут результата.