( Не) везучая попаданка, или Дракон и прочие неприятности (СИ)

Киллана не только нужно было осмотреть, но и «отметить» водянистую сыпь, заодно и изолировать от остальных. И я нисколько не сомневалась в том, что дракон последует за мной. Выбрав дальнюю комнату, вошла в него и начала заправлять постель, словив удивленный взгляд мужа.
− Тебя надо изолировать от остальных. Ты заразен, − вернула я мужчину на землю. – Несколько дней поживешь здесь. Снимай рубашку, я скоро вернусь.
  
Вспомнив про зуд, решила сделать кашицу из петрушки и отвар из крапивы. Насчет температуры позаботится потом Сайман. Нарвав в теплице нужные мне стебли, начала греметь посудой на кухне. На шум пришел Рагдар.
− Папе тоже плохо? – в голосе наследника я слышала беспокойство.
− Твой отец сильный, он справится с болезнью. Мы вовремя его заметили и все обойдется, − попыталась я успокоить мальчика.
− Значит, отец не лишится… − Рагдар не договорил. Оно и понятно. Ему все еще было сложно говорить о своем драконе.
− Думаю, что до этого не дойдет. И тебе стоит перестать переживать. Нужный рецепт мы нашли, и скоро Сайман приготовит необходимое лекарство для тебя. Все будет хорошо, − улыбнулась я мальчику и спутала ему волосы на голове. Сама же направилась спасать его отца.
Киллан послушно дожидался меня в комнате, сняв рубашку. Высыпаний было немного, но они все же имелись.
− Между нами очень много недоговоренностей, Киллан. Давай договоримся так. Я рассказываю тебе все, что знаю сама, в ответ ожидаю того же, − предложила я прямо на пороге, держа в руках отвар крапивы и кашицу от зуда. Только когда дождалась кивка Киллана, шагнула к нему. − Болезнь называется ветряная оспа. В другом мире им болеют в основном только дети и только люди. Раз заболели представители драконов, то получается, что вас заразили специально, добившись мутации болезни. И забегая вперед, хочу подтвердить твои подозрения. Да, я тоже пришла из другого мира, − после моих слов дракон напрягся, но ничего не сказал. Если решит отправить меня обратно, то мне и не придется выбирать. – Там я умерла, и моя душа заняла тело Найтири. Девушка не то покончила с собой, узнав про свадьбу с тобой, либо ее столкнули с лестницы. Пришла я в себя уже после ее смерти и стала дочерью маркиза. В своем мире я была врачом, по-вашему, лекарь, и лечила детей. Обучалась я на эту профессию долго и работу свою любила и люблю, − я все говорила и говорила, нанося зеленую кашицу на водянистую сыпь на теле своего мужа. Но останется ли он им после моего рассказа? − И чтобы у вас ни случилось с Захарием, он хотел как лучше. Я его нисколько не оправдываю, но он сделал здесь больницу, чтобы заболевшие жители Роктора могли обратиться за помощью в любой момент. В моем мире таких лечебниц много. Но в какой-то момент что-то пошло не так… Скорее всего, он перемещался между мирами, откуда и принес эту болезнь. Зеркало – это мой единственный шанс вернуться в свой привычный для меня мир.
Я замолчала, ожидая продолжения от Киллана. Дракон не спешил делиться своими тайнами, но все же пересилил себя.
− Захария появился у нас полтора года назад. Сперва вел себя тихо, лечил, делал снадобья. Мы даже не обратили внимание на то, что чаще всего болели только дети. Лечил их лично Захария с особым рвением. Он всегда первым оказывался возле заболевшего. Потом мне доложили об его экспериментах. Он делал их на детях. Хотел изучить драконью магию, получить их силу. Об этом мы узнали слишком поздно, когда уже непредвиденное случилось. Только вот Захария пропал, мы его так и не нашли. До сегодняшнего дня ничего не знали о месте его нахождения. Теперь уже поиски можно прекратить.
Рассказ Киллана получился краток и сух, но некоторые подробности я уже узнала от Анхеля. Кем же надо быть, чтобы так поступить с детьми? На глазах навернулись слезы.
− У тебя начинается жар. Я пришлю к тебе Саймана, − и я вышла из комнаты Киллана.
Дальше день выдался словно бесконечный. Сайман слетал в замок за Драконьим цветком и вовсю готовил лекарство для Рагдара. И я ему в этом помогала. Уход за Килланом лег на мои плечи. После того разговора мы не перекинулись с ним даже парой слов. Я приходила к мужу, приносила ему еду, «отмечала» на нем новые высыпания, поила отваром и оставляла одного, ловив на себе его задумчивый взгляд. Все свое время я проводила с Рагдаром. Мальчик так прикипел ко мне, что я только с радостью рассказывала ему разные истории. Иногда я ловила на себе тяжелый взгляд Киллана, но мужчина тут же отворачивался. Шли дни, а нерешенный вопрос насчет наших отношений и зеркала так и висел в воздухе.
Новорожденный дракон не заболел. И мы все облегченно выдохнули. Сыпь появилась еще у одного лекаря, кто ухаживал за Рагдаром. Его мы тоже изолировали и поселили в одну из комнат барака. Частое посещение Анхеля вызвало любопытство у остальных драконов. Пришлось признаться, что я открывала здесь лечебницу. Драконы были только рады такому положению дел. Все хотели помочь, что Анхелю пришлось их разгонять. Паломничества нам только не хватало. Киллан и другой заболевший ветрянкой дракон уже были не заразными, но выходить дальше внутреннего двора я им не разрешала. Также написала письмо брату и изо дня в день ждала ответа от Дорна. Хоть и Захария оказался тем еще подонком, но мне хотелось открыть в бараке полноценную лечебницу. Начало уже было положено, оставалось только найти работников и научить их.
Сайман каждый день учил меня, как и я рассказывала ему про разные болезни моего мира. Мы словно обменивались опытом. Анхель внимательно следил за нами, но ничего не говорил. Они вместе с Килланом надолго запирались у него в комнате и что-то обсуждали, решали. На мои предостережения оба закрывали глаза. И я махнула на них рукой.
Болезнь отступила, но меня все равно что-то гложило, словно я ходила по минному полю. Что если Захария после себя оставил «мины» замедленного действия? Как-то же он заразил ветрянкой не совсем людей. Ведь драконы, хоть и считались мифологическими существами, в своей второй ипостаси все же звери. И как найти эти подложки, если таковы были?
− Тебя что-то беспокоит? – в бывший кабинет Захария вошел Киллан.
Я все часто заглядывала сюда и пыталась найти записи сумасшедшего лекаря или личный дневник. В зеркало-портал не заглядывала. Его я сразу завесила плотной тканью. А вот записями Захария заинтересовалась. Должен же он был с кем-то обсуждать. Явно все это делал он один. И я высказала свои подозрения дракону.
− Не думай насчет этого, − и муж присел рядом со мной.
Мы впервые после посещения замка Берризод оказались с Килланом настолько близко и наедине. Я чувствовала его запах. Сегодня он впервые после болезни устроил полет. Звал с собой и сына, но я вовремя успела занять Рагдара делом. Наследник не захотел делиться с отцом своими проблемами, дав обещание все рассказать ему потом, когда он вновь обзаведется новой защитой. Киллан пах природой, горным воздухом. От близости мужчины мои щеки вспыхнули. Но было что-то еще едва уловимое. Кровь?
− Все виновники и участники уже найдены и наказаны, − огорошил он меня и вкратце рассказал обо всем, что успел предпринять Анхель, пока Киллан «прохлаждался» на больничной койке.
Все оказалось до банального просто. Захария обозлился на всех драконов за то, что те не хотели делиться с ним своими тайнами и силой. Нашел таких же себе подобных, которые во всех своих бедах винили крылатых ящеров, и начали действовать. Отец Амели ненавидел мужа своей дочери за то, что тот посмел отнять у него единственного ребенка. Ведь истинность не выбирают. Терентия Савиньон была зла на Киллана за то, что тот когда-то отказал ей, и тут же согласилась на предложение отомстить ему. Захария играл на чувствах и слабостях людей. Ведь и он сам был сыном дракона, но без дара. И от него отказались еще в младенчестве. Мальчик рос, а его ненависть увеличивалась вместе с ним. Но и она же закинула его в другой мир, где магия не работала…
  
− Где твое свадебное платье? – Киллан резко перевел тему разговора.