Русский терминатор
— Точно не знаю, но, кажись, русский, — ответил Джавад, морщась от фамильярности парня. — По крайней мере, защищает этот чмырь интересы чисто русских девок, местных.
— А-а! — радостно оскалился Тухленко. — Тогда позволь взять его моим парубкам! У меня все прошли школу УНА-УНСО, все ветераны войны в Чечне, били москалей поганых вместе с чеченскими братьями! Мы этого кацапа драного враз повяжем! Не таких в Грозном из бэтээров выкуривали да шкуры с живых сдирали!
— Вы только его не убейте, он живой мне нужен, — предупредил Джавад.
— Тоже хочешь сперва шкуру содрать с мальчика?! — восторженно ухмыльнулся Тухленко. — Понимаю, босс! Одобряю! Москалей нельзя просто так отпускать на тот свет! Нет, мы его не убьем сразу, только ручки-ножки прострелим — и все! Доставим тебе паренька свеженьким, как огурчик!
— Действуйте, — согласился Джавад.
— Только ты отправь еще одну группу, пусть ворвется с заднего входа, а мы зайдем с парадного, — предложил Тухленко. — Вряд ли вторая группа понадобится, мои хлопцы сами справятся, но для подстраховки отправь. И еще. Пусть твой «бычок», — он без всякого уважения ткнул кулаком в бок Валерку, — поорет немного в матюгальник, чтобы внимание клиента отвлечь…
— Принято, — кивнул Джавад. — Валера, ты слышал? Лезь за громкоговорителем!
Валерка сжался: Север мог запросто его прикончить, едва он высунется из кустов, — парень это прекрасно понимал. Но делать было нечего — приказ есть приказ.
Валерка кубарем выкатился из кустов на открытое место, схватил мегафон и моментально закатился обратно. Конечно, Белову хватило бы и этого краткого мига, чтобы влепить пулю в бандита, но Север сейчас был занят другим: ударами сапога он вышибал оконные стекла потайной комнаты, чтобы лучше видеть и слышать врагов.
Между тем Джавад по рации типа «уоки-токи» вызвал командира второй группы приданных кавказцу «соседских» бойцов, некоего Адиля. Ему Джавад и приказал ворваться с адилевской группой «быков» в особняк через задний вход. Своих собственных оставшихся семерых пацанов Джавад под пули посылать не хотел, берег.
Выслушав приказ и подтвердив готовность его выполнить, Адиль исчез.
— Давай, начинай орать, — толкнул Джавад Валерку.
— Эй, ты, пидор гнойный!.. — завел «концерт» Валерка.
На сей раз Север выстрелил дважды, ориентируясь на звук усиленного мегафоном голоса. Первая пуля разнесла «матюгальник», вторая — Валеркину башку. Джавад шарахнулся в сторону от трупа — настолько, насколько мог это сделать лежа. «Ну и стрелок засел в моем доме! Ну и враг у меня!..» — запаниковал Джавад.
А Север тихо ликовал. Любимый револьвер опять был в его руках! И работал! И патроны в поясе-патронташе оказались боевыми! Север уже успел надеть пояс на себя. «Теперь мне ничего не страшно!» — торжествовал Белов.
Однако долго предаваться восторгам было нельзя. Север не просто так заткнул Валерке глотку пулями. Белову нужна была тишина, чтобы на слух определить, что затеяли бандиты.
И он определил, явственно услышав крадущиеся шаги у парадного и черного входов в особняк. «Ясно, затеяли штурм, — понял Север. — Так-так-так, что делать? Их ворвется человек двадцать… правда, с разных концов, двери разнесены… Но даже десятерых парней с автоматами я в открытой сшибке не завалю, меня завалят… А на смерть я права не имею… Значит, надо думать… Думай, Север, думай… Та-ак… Какие у меня есть преимущества? Темнота? Нет, темнота мне преимущества не дает, все бандиты в американских очках ночного видения… Стоп!.. Вот оно!.. В американских!.. Спасибо вам, придурки убогие, за вашу любовь ко всему импортному! Теперь я запросто скормлю вас Костлявой, солью ей ваши вонючие жизни! Спасибо вам, пацаны, за вашу безмозглость, за вашу спесивую дурь!»
Оба револьвера — и личный беловский, и «магнум» — Север зарядил полностью. Теперь промедление становилось смерти подобно. Белов быстро и беззвучно сбежал по лестнице со второго этажа на первый — в холл, куда вел с улицы парадный вход особняка. Нырнув под лестницу, Север затаился. Он успел в самый последний момент — дюжие хлопцы из УНА-УНСО уже высаживали дверь…
Они ворвались в дом бешеным смерчем — разом все десятеро. И тут же в холле первого этажа особняка резко вспыхнул электрический свет — это Север оружейным дулом нажал выключатель. Парубки мгновенно ослепли — американские очки ночного видения в отличие от аналогичных русских работали только в темноте, при свете превращаясь в форменные шоры, которые и снять-то не особенно просто…
— Получайте, мразь! — выкрикнул Белов, открывая огонь по-македонски — с двух рук, из обоих стволов.
Кто-то из хлопцев вслепую шмальнул очередью на голос, но Север сразу после своего выкрика прыгнул в сторону, приземлившись на колени, и продолжал стрелять…
За считанные секунды команда украинских националистов, бандитов-бендеровцев, патологически жестоких и тупых подонков перестала существовать. А первым пал их идейный вдохновитель, «батько-атаман» Леонтий Тухленко — протух в полном соответствии со своей фамилией…
Покончив с этой поганью, Север взлетел по лестнице обратно на второй этаж — Белову еще предстояло отбить нападение группы Адиля.
Однако Адиль почему-то не спешил нападать…
Глава 30
Адиль возник перед Джавадом неожиданно — он умел появляться как из-под земли.
— Что случилось, Адиль? Почему ты не выполнил приказ? Почему вернулся? — сурово спросил кавказец.
— Ты мне не босс, Джавад, — без тени почтения напомнил Адиль. — Мой босс — Шалам.
— Шалам велел тебе выполнять мои приказы! — вскипел Джавад.
— Да, велел, — согласился Адиль. — Но он не велел мне класть всех моих ребят подчистую!
— Что ты говоришь, Адиль? — прищурился под очками Джавад. — Неужели ты струсил? — он попытался изобразить презрительную усмешку.
— На «слабо» меня брать не надо, ладно? — спокойно отозвался Адиль. — Я не щенок малолетний и не «бык» безмозглый. И не комплексующий отморозок! Я офицер армейской разведки.
— Бывший офицер, — поправил горец насмешливо.
— Пусть бывший… — несколько сник татарин. — Но присяги я не нарушал! И не сам увольнялся из армии — меня уволили демократы твои обожаемые!
— Чего-то я не пойму, о чем ты, Адиль, — покачал головой Джавад.
— А вот о чем. Знаешь, какой приказ у нас был в Афгане? Беречь людей, беречь простых солдат, не подставлять их дуриком под пули!
— И чего?
— А того, Джавад. Этот твой так называемый чмырь — никакой не чмырь вовсе. Он всех тухленковских хохлов единым махом положил. Мы с пацанами даже чихнуть не успели.
— А что вы успели? — спросил Джавад пренебрежительно.
— Там у тебя в доме, — продолжал Адиль, игнорируя вопрос, — на второй этаж ведут две лестницы — от парадного входа и от черного. Но выходят эти лестницы наверху в один коридор. Если крутой боец засядет в этом коридоре, то сможет продержаться сколько угодно. Живым его точно не возьмешь, да и завалить будет сложновато — он может в комнатах прятаться и стрелять оттуда. А стреляет этот якобы чмырь — упаси бог… На прицеле твоего чмыря не попрыгаешь… Словом, профессионал он.
— Короче! — бросил Джавад раздраженно.
— Короче так, Джавад! — разозлился и Адиль. — При варианте быстрого штурма этот твой чмырь положит половину моих людей, если не всех! Меня это не устраивает, если короче.
— Тухленко думал иначе… — вновь попытался поддеть Адиля Джавад.
— Тухленко был дурак, — вздохнул Адиль устало. — Тухленко ради того, чтобы взять одного ненавистного ему москаля, готов был положить всех своих парубков. Да, Тухленко послал бы хохлов на лобовой штурм коридора, чмырь скорее всего пострелял их всех, но на их плечах, под их прикрытием мои парни повязали бы чмыря… Я так рассчитывал. Однако чмырь оказался хитрее и проворнее — он перебил хохлов раньше, в холле, внизу. Во главе с дураком Тухленко, кстати…
— Что ты предлагаешь? — спросил Джавад.
— Хочешь лобового штурма — посылай вперед своих ребят! — отрезал Адиль. — Мои пойдут следом.