Русский терминатор

И тут наконец произошло то, чего Джавад столь нетерпеливо дожидался…
В дверях ресторанного зала возникли двое вооруженных пистолетами-пулеметами бойцов: это были «дральщики» из компании Валерки-охранника. Мгновенно просчитав ситуацию, парни с порога открыли огонь.
Север едва успел броситься на пол, избегая свинца, и, уже лежа, длинной очередью скосил обоих бандитов. В двери сунулся третий «дральщик»: его Белов положил, влепив револьверную пулю между глаз.
  
Однако там, в холле перед ресторанным залом, оставалось еще много блатняков. Не высовываясь, они начали наугад лупить в зал из пистолетов-пулеметов. Север понимал: он крепко влип. Надо срочно сматываться, пока «пацаны» не вызвали ментов или подмогу из своих. Но куда сматываться?!
Север торопливо огляделся. В противоположном от входа конце зала виднелась дверь непонятного назначения. Белов ринулся к ней.
Дверь была заперта, но высадить замок короткой очередью труда не составляло. За дверью оказалась лестница, ведущая куда-то на первый этаж. Не раздумывая, Север сбежал по ступенькам.
Внизу оказалась темная кладовка, заставленная ящиками, полными пустых бутылок. Но самое главное — в кладовке имелась дверь на улицу! Подскочив к этой двери, Север очередным выстрелом снес замок и, внутренне ликуя, толкнул дверь — она открывалась наружу.
Дверь не поддавалась.
Север толкнул сильнее. С внешней стороны послышался звон стеклотары, но дверь и не думала открываться. Она сдвинулась едва ли на сантиметр. Север несколько раз ударил ее плечом — без толку…
Окинув мысленным взором все здание «Джанга», Север понял, куда попал. Там, за дверью, в огороженном металлической решеткой закутке, плотной стеной стояли ящики с пустыми бутылками. Поставленные друг на друга, ящики возвышались почти до второго этажа. Сдвинуть эту массу с места дверью было просто невозможно.
Север находился в ловушке…
  
Глава 21
 
Убедившись, что страшный боец, явившийся по его душу, надежно блокирован в кладовке, Джавад, поигрывая пистолетом-пулеметом, вышел наконец из комнаты официантов.
К боссу тотчас кинулся Валерка.
— Вы живы, шеф?! Не ранены?! Все в порядке?! — заискивающе зачастил «дральщик».
В отличие от других бандитских бригадиров спесивый кавказец не позволял «пехотинцам» называть себя на «ты».
— Я-то жив, а вот ты где пропадал, шакал, когда этот ублюдок мочил наших людей?! — рявкнул горец на Валерку.
— Я… не сразу разобрался… — растерялся тот.
— Соображать надо быстрее, дурень! — вспылил Джавад. — Меня тут по твоей милости чуть не убили!
Претензии джигита были обоснованны: среди прочих «быков», не входивших в «элиту» джавадовской бригады, Валерка считался старшим. Теперь, когда «элиту» Север благополучно перебил, «дральщик» автоматически становился вторым человеком в бригаде после Джавада.
Демонстративно помолчав, чтобы Валерка как следует осознавал всю меру своей вины, Джавад перешел к делу:
— Где киллер?
— В нижней кладовке заперт. Оттуда ему дороги нет…
— Как выкуривать собираешься?
— Больно метко стреляет пацан… Нужно вызывать подмогу. Только я не знаю кого: наших или ментов?
— Идиот! — гаркнул Джавад. — Каких ментов ты вызывать собрался?! На хрена нам тут менты?!
— А что ж, своих ребят гнать под пули этого монстра?.. — опешил Валерка.
— Придурок ты все же, Валера. Тухлые мозги, — заявил Джавад чванливо. — Только болтом работать и умеешь… Ты врубись: менты этого парня либо завалят, либо к себе заберут. А мне не терпится узнать, кто его послал… Ментам он не скажет. А мне — скажет.
— Понял, хозяин, — пробормотал Валерка виновато.
Джавад обожал, когда его называли хозяином или господином, поэтому сразу оттаял.
— Я начальнику местного отделения милиции уже отзвонился по трубе, — милостиво пояснил он «дральщику». — Чтобы он своих людей не дергал, даже если будут сигналы. Но у них сигналов пока нет…
— Понял, господин… — вставил Валерка.
Услышав любимое обращение, Джавад и вовсе расплылся.
— Как думаешь брать киллера, когда прибудет подмога? — спросил он уже вполне дружелюбно.
— Дверь кладовки с внешней стороны блокирована ящиками с пустыми бутылками, — начал излагать свой план Валерка. — Когда подойдет подкрепление, ящики надо будет растащить и атаковать паренька с двух сторон одновременно…
— Дело, — кивнул Джавад. — Только пацанов много положим. И киллера могут пристрелить по запарке… Может, лучше обстрелять его газом?
— Кладовка большая, там вентиляция приличная, — возразил Валерка. — Если просто палить из пистолетов, газ не подействует, успеет выветриться. А газовых гранат у нас нет… ни у одной нашей бригады нет, по-моему…
— Действительно, нет… — досадливо цокнул языком Джавад. — Жаль. Что ж, тогда твой план остается единственным. Сейчас я вызову подкрепление.
Он вытащил мобильный телефон, набрал номер.
— Алло, Шалам? Здравствуй, брат, — приветствовал Джавад бригадира бандитской команды, контролировавшей соседний микрорайон. — Мне твои ребята нужны. Человек пятнадцать. Что случилось? Да тут один шакал в чулане заперся и выходить не хочет… Шакал-то? Ой, крутой, просто волчара! Десять моих пацанов положил, прежде чем мы его в чулан загнали, у меня всего семеро осталось… Чей он? Откуда я знаю, чей он?! Видать, кто-то ему меня заказал, он, волчара позорный, за моей жизнью приходил… Я и хочу выяснить, чей он, живым взять хочу… Да в «Джанге» я… Будут ребята? Хорошо, жду.
Он отключил связь и обернулся к Валерке:
— Пусть мальчики пока постреляют внутрь кладовки. Волк наверняка отвечать начнет, не утерпит… Всё патронов у него поменьше останется, может, людей сбережем…
Валерка кивнул и кинулся выполнять.
Бригады Джавада и Шалама принадлежали к одной преступной группировке, и помощь людьми, оказанная одним бригадиром другому, не являлась личной услугой — в подобной ситуации Шалам просто обязан был выполнить просьбу Джавада. Иначе их общий «папа» жестоко наказал бы Шалама…
…Засевший в кладовке Север слышал каждое слово из разговора, происходившего в ресторанном зале: феноменальный организм Белова работал сейчас в боевом режиме, режиме сверхвосприятия. «Может, мне имеет смысл прямо сейчас сдаваться? Возьмут ведь… Или убьют случайно… — напряженно размышлял Север. — Янку я все равно им не отдам, как бы ни пытали, а шанс сбежать всегда остается… Хотя нет, сдаваться не буду, болт им в рот! Пусть попробуют взять сначала! — Север мысленно показал бандитам сжатый кулак на согнутом в локте предплечье, фигуру, символизирующую определенный мужской орган. — Так, подобьем бабки. В зале, считая Джавада, восемь бойцов. Еще пятнадцать подъедут. Всего, стало быть, двадцать три рыла. А патронов у меня куда как больше, чем двадцать три. Да два ствола. Не-ет, мы еще ой как подеремся!»
Повинуясь воле Джавада, «быки» из ресторанного зала методично, хоть и без особого энтузиазма, лупили из пистолетов-пулеметов внутрь кладовки, не высовываясь, однако, даже на лестницу: в исключительной меткости противника они убедились слишком хорошо. Белова пули врагов достать не могли: он надежно укрылся за ящиками. Север не отвечал на огонь: берег патроны. Но приказа своего Джавад не отменял, поэтому вялотекущий обстрел продолжался, раздражая даже самих стрелков звоном разбитых свинцом бутылок.
И вдруг, сквозь мерный рокот очередей, Север услышал звуки, доносившиеся снаружи, из-за двери, ведущей на улицу. Белов сразу определил характер этих звуков: кто-то, стараясь не очень шуметь, не особенно умело, но торопливо и настойчиво передвигал ящики, блокировавшие внешний вход в кладовку, где засел Север.
  
«Неужели пятнадцать бойцов подмоги уже успели приехать? — вздрогнул Север. — Быстро, черт! Что ж… Встречу их очередью из «трещотки», затем из «магнума» прицельно постреляю тех, кого увижу… Еще посмотрим, кто здесь крайний, я или вы, сучня!»
  
Глава 22
 
Мальва, вопреки настойчивой просьбе Белова, не ушла ждать его на улице, а осталась в «Джанге». Уйти сейчас она просто не могла: не пускало странное, непонятное ей самой волнение за этого парня, за этого то ли клиента, то ли неизвестно кого, более всего напоминающего возникшего из небытия, из детских девчоночьих мечтаний заботливого старшего брата — покровителя и заступника, которого у Мальвы никогда не было и которого Мальва всегда хотела иметь… с тех самых пор, пока не выросла, пока не разбила в кровь лицо и душу о взрослую жизнь. Но Север так походил на тот смутный образ из полузабытой мечты! Так походил, что мечта словно обрела живую плоть, и Мальва чувствовала — Север родной ей. «А может, это героин играет со мной свою очередную сатанинскую шутку?» — мимоходом подумала Мальва, но тотчас отбросила дурную мысль. Охватившее девушку чувство родства со случайно встреченным человеком оказалось сильнее.