Русский терминатор
— Мальва! — ахнула Яна.
— Ты с ней знакома? — напрягся Север.
— Лучше, чем с кем-либо еще из «Джанга»… — прошептала Яна обреченно. — Уж Мальва-то меня точно опознала…
— Кто она, эта Мальва?
— Моя типа подруга… Наркоманка из «Джанга». Шлюха…
— Проститутка?
— Ну, не совсем… А впрочем — да, проститутка. Она за дозу с кем угодно… Постоянно не работает, но когда ее ломает… Халдеи — те самые, трое, Денис, Сема и Сивый, они в «Джанге» всем заправляют — как заметят, что Мальвинку кумарит, сразу предлагают ей обслужить клиента. Мальва — девка смазливая, яркая, еще не очень потасканная, клиенты находятся… — Яна печально вздохнула.
— Да, выглядит твоя Мальва вполне свеженькой, — согласился Север, заполняя паузу. — Продолжай.
— А что продолжать? — Яна пожала плечами. — Мальва работает, деньги с клиента получают халдеи, а Мальвинке выдают вожделенную дозу… Разницу берут себе. У них много таких девок, на все готовых…
— Отличные парни эти халдеи! — с подъемом подхватил Белов. — Принцы на белых «Мерседесах»!.. Но меня другое интересует: насколько хорошо твоя Мальва знает тебя?
— Ей, как и другим, обо мне тоже ничего не известно, кроме имени. А еще Мальва уверена, что я колюсь. Я сама ее в этом убедила.
— Чтобы стать своей в «Джанге»?
— Ну да. Я познакомилась с Мальвинкой якобы случайно, пару раз подкинула ей бабок на героин, Мальва и ввела меня в джанговское «светское общество»… Ну, поручилась за меня. Потом было уже не сложно завоевать доверие халдеев и получать порошок в долг.
— И скрывать при этом свой настоящий адрес? — уточнил Север.
— Конечно, — кивнула Яна. — Иначе ради чего ж я Мальву охмуряла?
— Подставила ты свою Мальву, Яночка… — вздохнул Север. — В полный рост подставила.
— Как подставила?! — Яна даже остановилась.
— Идем, идем… — Север повлек девушку дальше. — А вот так, подставила. Теперь, если тебя не найдут, все твои долги спросят с Мальвы.
— Да как же?.. — Яна не находила слов. — Почему же?..
— Она ведь выступила как бы твоим поручителем, — Белов развел руками. — Ей и отвечать… Квартира у нее есть?
— Нет… Продала давно, за долги по героину… Ее родители теперь в деревне живут, вынуждены были уехать…
— Худо… Где ж сама Мальва обретается?
— Снимает, когда может… А нет — ночует по наркоманским притонам, перебивается… А то — у клиентов… Ой, что же я наделала?! — Яна схватилась за голову. — Ведь убьют теперь Мальвинку!..
— Не убьют, — успокоил Север. — Пока, по крайней мере, не убьют. Она же навела на тебя блатных. Так что пока ей ничего не грозит. А дальше разберемся.
Глава 14
Семен, халдей из «Джанга», возвращался домой под утро. Он отпахал ночную смену: ресторан работал круглосуточно. Усталость и раздражение от общения со всякой швалью, наркушами позорными, которых и за людей-то считать нельзя, поскольку на все способны ради героина, уравновешивались в душе Семена наличием в его кармане одной легонькой бумажки — стодолларовой купюры — итога сегодняшней «работы». Хорошо, что есть на свете всякое человеческое дерьмо, готовое добровольно травиться «дурью» да еще платить за это деньги, думал Семен. Спасибо московским господам демократам — раньше, при социализме, Сема о нынешних доходах даже и мечтать не мог. Кому нужен был тогда героин? Разве только вшивым блатнякам…
Семен гордился домом, где жил, — дом считался элитным. Ну, полуэлитным… Охранник при входе, четыре лифта, на многих этажах всего по одной квартире. Именно в такой квартире, занимающей целый этаж, и жил Сема: торговля отравой приносила официанту весьма неплохие доходы…
Кивнув охраннику, Семен вызвал лифт и поднялся на свой этаж. Халдей сейчас ничего не боялся: кто посмеет его тронуть, такого крутого? Да еще на собственной территории?
— Привет выблядкам рода человеческого! — весело сказал Север, за шкирку выволакивая Сему из лифта. — Красиво живешь: один на этаже! Красиво жить не запретишь!
Семен раскрыл было рот, чтобы заорать, и тут же получил страшный удар под дых. Халдей сложился пополам и без сил опустился на колени. Из его глотки вместо вопля вырвался только слабый хрип.
— Шуметь пока не рекомендуется, — заметил Белов наставительно. — Вот зайдем к тебе — там хоть оборись. У тебя ведь звукоизоляция, да?
Звукоизоляция в квартире Семена действительно имелась — халдей любил порой устраивать у себя громкие сексуальные оргии, а его соседи снизу были людьми небедными и могли при желании обеспечить официанту неприятности. Вот Сема и подстраховался — на свою беду…
— Ключи давай, — продолжал Север. — Плохо ты, Сема, гостей принимаешь, не радушно. Гляди, обижусь. А обиженный я злой становлюсь…
— Ты чей, парень? — простонал Семен.
— Я советский! — заявил Север возвышенно. — А у советских, как известно, своя гордость! Ключи доставай, полудурок, пока не взбесил меня! — закончил Белов резко.
Для профилактики Север врезал Семену ладонями по ушам: боль это причиняло феерическую. Сема взвыл, однако воя не получилось: Север тотчас мертвой хваткой сдавил горло халдея, встряхнул мужика и швырнул на пол.
— Я же просил не шуметь, — произнес Север ласково. — Ключи доставай, голуба!
Семен поднялся на колени и полез в карман. Однако не за ключами: в кармане у официанта имелся револьвер «магнум», довольно крупнокалиберная, но небольшая по размеру «пушка», купленная недавно Семой за полторы тысячи баксов — скорее для понта, чем по необходимости.
…Выслеживал Белов Семена три дня. И знал теперь об официанте все, что было нужно для нынешней акции. Проникать по ночам в «элитный» дом через окно подъезда Северу труда не составляло. О наличии звукоизоляции в квартире халдея Белов догадался по известным ему признакам. И сейчас желал только одного: побыстрее уединиться с Семеном в его жилище, чтобы без помех хорошенько расспросить Сему…
…Щелкнув предохранителем, Семен выхватил револьвер из кармана. И сразу хлесткий удар ребром стопы вышиб оружие из руки официанта. Север нанес еще два удара — ладонью и тыльной ее стороной по обеим щекам Семена. Полуоглушенный, халдей вновь опрокинулся на спину.
Север шагнул к отлетевшему револьверу, поднял его, осмотрел.
— Красивая «волына», — заключил Белов. — Только капризная, как миллионерша-перестарок. Ухаживать за ней надо каждый день: чистить, смазывать… Американское дерьмо, короче. Запомни, Сема: Соединенные Штаты не производят вообще ничего, кроме дерьма. Вонь от них по всему миру… Запомнил?
Семен в ужасе смотрел с пола на спокойно и даже благостно рассуждающего человека, в любой момент способного прикончить его, Сему.
— Так запомнил?! — рявкнул Север.
— Запомнил… — пробормотал Семен.
— Тогда доставай наконец ключи. И без шуток мне больше! А то осерчаю. Сердитый я знаешь какой злой становлюсь — кошмар просто!..
Семен не понимал, что над ним откровенно насмехаются — слишком был напуган.
Через пару минут Север и Семен уже сидели в квартире последнего — за столом, друг напротив друга. Перед Беловым лежал снятый с предохранителя «магнум». А сам Север вещал.
— Я, Сема, человек крайне сентиментальный, — втолковывал он халдею. — И как всякий сентиментальный человек я очень жестокий. Ну очень, поверь, Сема! Я сам себя по вечерам боюсь, как Жека Евтушёнко. Знаешь Жеку Евтушёнко?
— Какой еще Тушёнка? — спросил Семен обалдело. — С Милославской, что ли?
— Малограмотный ты урод, Сема! — заключил Север напыщенно. — Евтушёнко — это такой типа поэт. Стихи у него, правда, совсем дрянные, зато известен был Жека на весь Советский Союз. Неужели ты про Евтушёнку не слышал?
— Да слышал, слышал! — отозвался Семен плаксиво. — Скажи лучше, чего тебе от меня надо! Ты вообще кто?!
Северу не хотелось избивать или пытать Семена — не имел Белов природной тяги к подобным мероприятиям. Поэтому Север давил официанта морально. И чувствовал — дело продвигается успешно: запуган Сема до смерти.