Колдовской час (ЛП)

— Отличный профайл, Лулу.
— Наверное, мне нужно нарисовать тебя.
Я решила не обращать на это внимания.
* * *
Лулу была права — насчет поездки, а не рисования. В этом по-прежнему не было необходимости.
Я приняла душ и оделась, бросила несколько вещей в рюкзак, взяла свою зачехленную катану и вызвала Авто до дома родителей.
Дом Кадогана располагается на роскошной и покрытой растительностью территории в районе Гайд-Парка в Чикаго, в роскошном доме из белого камня, в котором с конца восемнадцатого века живет почти сотня вампиров. Я жила там, пока в девятнадцать лет не переехала в Париж, исследовав десятки комнат и коридоров, каждый сантиметр холмистых лужаек и садов, и даже несколько туннелей, которые проходят под Домом и ведут в разные точки Чикаго.
Авто высадило меня перед внушительным черным забором, и я подошла к воротам, улыбнувшись охранникам.
— Элиза Салливан, приехала навестить родителей.
— Родителей? — спросил охранник справа, бледный молодой мужчина, который усомнился в моем заявлении. Он был молодым и человеком, какими часто бывают охранники Дома, и, возможно, был не в курсе.
— Серьезно, Курт? — сухо спросила другая охранница, соблазнительная женщина с темной кожей и короткими волосам. — Она ребенок боссов.
— Вампиры не могут иметь детей, — сказал Курт.
Женщина извиняясь посмотрела на меня и нажала на кнопку, чтобы открыть ворота.
— Пожалуйста, прости его. Он будет лучше знаком с историей семьи, когда ты отсюда выйдешь.
— Что ты… — начал он, но женщина оборвала его.
— Спасибо, — крикнула я и проскользнула в открывающиеся ворота. Тротуар и лестница вели к арочному портику, который ограждает входную дверь, и я прошла внутрь к стойке приема посетителей, добавленную моими родителями после слишком большого количества нарушений безопасности.
— Я…
— Конечно, вы, — произнес мужчина за столом, прежде чем я успела ответить. — Вашим родителям уже сообщили о вашем прибытии, мисс Салливан. Они в его кабинете. — Он величественно махнул рукой в сторону коридора.
Очень деловито, но из-за этого Дом Кадогана стал похож скорее на отель, чем на дом. И это укрепило мое решение жить вне Дома. Я люблю родителей, но в Кадогане просто страдаю от удушья.
Я зашла в папин кабинет, готовая пропихнуть идею моего присутствия на инициации а качестве своего рода дипломатического атташе, и увидела, что он разговаривает с Роджером Юеном, у обоих в руках бутылки, а также на обоих надеты шорты для бега, майки и кроссовки.
— Эй, — произнесла я, встретившись с ними взглядом, потому что это было менее травмирующим.
— Лиз, — произнес мой папа. Он высокий и стройный, со светлыми волосами, почти доходящими до плеч, сейчас завязанными сзади. У него такие же зеленые глаза, как у меня. — Я бы обнял тебя, но мы только-только закончили пробежку.
Юен поднял руку.
— Привет, Лиз.
— Привет, — произнесла я, а потом снова, когда в помещение зашла моя мама с бутылкой крови в руке и гораздо более одетая — в майку, обрезанные леггинсы и кроссовки. Она стройная, как и мой папа, ее длинные темные волосы были собраны в конский хвост, что является частью ее униформы. У нее бледная кожа и светло-голубые глаза.
— Никаких обнимашек, — сказала она, указывая на себя. — Я воняю.
— Я поняла. Тренировочная пробежка?
— Мы собираемся участвовать в Чикагском Марафоне, — ответил мой папа. — Появилась новая Сверхъестественная группа.
«Хорошая идея, поскольку Суперы — в том числе вампиры — могут легко обогнать людей».
— Круто. Как сегодня прошла пробежка?
— Не так быстро, как мне хотелось бы, — ответил он, и скользнул взглядом по маме.
— Я обогнала его на четырнадцать секунд, — сказала она с ухмылкой. — Четырнадцать восхитительных секунд.
Больше двадцати лет вместе, а мои родители все еще очень влюблены друг в друга, с юмором и конкуренцией, которые всегда были частью их отношений.
— Они оба меня сделали, — произнес Юен. У него смуглая кожа, темные волосы, темные глаза и, как и у моих родителей, телосложение бегуна на длинные дистанции. — Но я буду в человеческой группе, — по-философски сказал он.
 
— И у тебя все получится, — произнесла моя мама, делая глоток крови. Потом она посмотрела на меня. — Как прошла вечеринка?
— Хорошо, — ответила я. — Лулу закончила роспись, и, кажется, все хорошо провели время. Собственно поэтому я здесь.
— Ты слишком хорошо провела время? — спросил папа, изогнув бровь.
— Нет. Коннор пригласил меня в Гранд-Бэй, штат Миннесота, чтобы принять участие в инициации Стаи.
В помещении воцарилась тишина, и реакция была бесценной. Мама выглядела довольной. Папа выглядел рассерженным. Юен выглядел счастливым.
— На настоящую инициацию? — спросил он.
Я кивнула.
— Его родственника. Этот клан базируется в Нортвуде, поэтому он пригласил меня поехать с ним.
— Я разрываюсь между тем, чтобы указать на то, что ты уже взрослая, — произнес мой папа, — и тем, чтобы поехать к нему домой и хорошенько припугнуть его волчью задницу.
Мама прыснула со смеху.
— Это не очень-то поможет отношениям Стаи с Домом.
— Это не те отношения, из-за которых я переживаю.
— О, Боже мой, — пробормотала я и почувствовала, как у меня загорелись щеки. — Я здесь только для того, чтобы поговорить о политике. Я не собираюсь обсуждать остальное.
Мама ухмыльнулась мне.
— Я хочу обсудить остальное. Ты и Коннор! Отправляетесь в поездку! Мне нужно позвонить Мэллори.
Мэллори — это мама Лулу.
— Ни в коем случае, — проговорила я. — Слушайте, то, что вампир собирается на мероприятие Стаи — очень важное событие, поэтому я сперва хотела посоветоваться с вами, получить ваше согласие. — Я улыбнулась Юену. — Очень удобно, что вы уже здесь. Не придется ехать.
— Я тоже ценю эффективность, — сказал он с улыбкой.
— Рискуя поставить вас в затруднительное положение, вы не против? Мне придется пропустить несколько рабочих ночей. Не уверена, сколько, но, думаю, как минимум три — две на дорогу, одну на мероприятие.
— Мы будем скучать по тебе в офисе, — произнес Юен, — но это фантастическая возможность укрепить наши отношения и узнать больше о Стае и церемонии. Я слышал, она великолепна.
— Она будет прекрасна, — сказала мама с улыбкой. — Так всегда бывает.
Юен посмотрел на моего папу.
— В том районе есть вампиры?
Папа нахмурился.
— Около Гранд-Бэя? — повторил он, а затем задумался. — Кажется, там недалеко есть небольшой клан. Насколько я знаю, его Мастер — Ронан.
Кланы — это общины вампиров Бродяг, которые живут вместе, но не входят в состав официальных Домов, признанных Ассамблеей Американских Мастеров.
— У него будут проблемы из-за моего пребывания в том районе? — спросила я.
— Я так не думаю. У него репутация честного человека, который принимает обдуманные решения. Но еще он особо заботиться о репутации своей общины, о людях, окружающих его. Поэтому, пока ты не начнешь устраивать хаос, у тебя все будет хорошо.
— Устраивать хаос не совсем в моем стиле, — сказала я. — Но Коннор говорил, что в клане есть какой-то конфликт, и он хотел услышать мнение постороннего.
Мой папа, кажется, заметно расслабился.
— Так это рабочая поездка.
— Конечно, — ответила я, прекрасно понимая, что это то, что ему нужно услышать. Мама просто похлопала его по руке.
— Это будет действительно хорошая возможность для тебя, — произнесла она. — Вы с Коннором сможете получше узнать друг друга, — папа откашлялся, громко, — и у тебя будет прекрасная возможность получить новые знания. Мое мнение — дерзай.
— Я неохотно соглашаюсь, — сказал мой папа, но в его глазах читалась насмешливость.
— Согласен, — произнес Юен. — Как твой работодатель, — добавил он с улыбкой.
Я посмотрела на часы на стене.
— В таком случае, мне пора идти. До восхода осталось всего несколько часов, а еще нужно доехать.