Колдовской час (ЛП)

— Она тебе не подчиняется, — сказал он, практически зарычав. — Сделай это.
Кэш подло улыбнулся.
— Если ты настаиваешь. Старейшины Клана Нортвуд требуют Обсидео.
В воздухе замерцала магия, сгущая его, искажая. Стало трудно дышать, и мне пришлось потрудиться, чтобы остановить растущую панику — и моего монстра — поскольку мои легкие сжимались. Пальцы Коннора сжали мое плечо.
— Дыши медленно, — тихо сказал он. — С воздухом все в порядке; ты просто чувствуешь магию.
Но мое зрение затуманивалось, сужалось, по краям вспыхивали маленькие искорки света.
Кэш невесело ухмыльнулся.
— Твоей вампирше не нравится магия обязательств.
Мы с монстром оба подались вперед, и на этот раз меня пришлось удерживать и Коннору, и Алексею.
— Отпустите меня, — выдавила я, борясь с ними, и на этот раз мне было все равно, посеребрятся мои глаза или покраснеют. Мне было все равно, увидят ли они, насколько я на самом деле отличаюсь. Я поймала обеспокоенный взгляд Джорджии и отвернулась. Сейчас мне не нужна была жалость. Я хотела драться. Я хотела воздуха, не испорченного магией, и честной битвы с кровью и сталью. А не этого фарса.
Затем магия вокруг меня вернулась в норму — и я снова смогла дышать. Я втянула воздух и, когда перестала сопротивляться, почувствовала, как пальцы Коннора ослабили хватку.
«Магия обязательств — та еще сука», — подумала я, заставляя свое сердце замедлиться, снова осаждая монстра.
Магия не могла меня подчинить; это была магия оборотней, и, как отметил Коннор, Стая не имеет власти над вампиром. Но если я правильно предположила, это свяжет его с кланом до тех пор, пока не разрешится «кризис». Я заметила блеск в глазах Миранды, задаваясь вопросом, сможет ли она удержать его навсегда и очистить себе путь к Апексу.
— Ты в порядке? — спросил Коннор.
Я кивнула для проформы, потому что сейчас было не место и не время вдаваться в подробности. Но я была не в порядке. Я была зла. Я не собиралась поддаваться этому фарсу, замаскированному под правосудие. Они чертовски хорошо знали, что мне пришлось обратить Карли, что того требовали «смягчающие обстоятельства». Поэтому было абсурдно, что он подвергал себя опасности — сдавался на милость клана — вместо меня. И это было оскорбительно. Я могла постоять за себя, особенно против Кэша, которого еще не видела участвующим в сражениях.
— На тебя возложены обязательства, — сказал Кэш.
— На меня возложены обязательства, — согласился Коннор и повернулся, чтобы уйти.
Я пошла сразу за ним, потому что нам с Коннором Киином нужно было перекинуться парой слов.
  
Глава 17
 
Мне удалось подождать, пока мы не вернулись в хижину и не вошли внутрь, прежде чем я яростно посмотрела на Коннора.
— Я просто… постою снаружи, — сказал Алексей как раз перед тем, как я захлопнула дверь.
Я была в бешенстве, ярость била таким горячим фонтаном, что у меня было такое ощущение, будто моя кровь может на самом деле закипеть. Даже монстр был зол, и я позволила ему присутствовать. Разрешила ему подняться на поверхность, сквозь обиду, смешанную с остаточной виной за то, что я сделала прошлой ночью.
— Что, черт подери, это было? — спросила я.
— Элиза… — Он поднял руку.
— Нет, — произнесла я, ткнув в него пальцем. — Теперь моя очередь говорить. Во-первых, ты почти не разговаривал со мной со вчерашней ночи. Считаешь, я не знаю, о чем ты думаешь? Что ты злишься из-за того, что я причинила Карли боль? Что я причинила боль тому, кого ты любишь? И что ты наконец-то увидел во мне монстра, которым я являюсь?
В его глазах вспыхнул гнев.
— И во-вторых, — быстро произнесла я, боясь дать ему время ответить. — Я сама сражаюсь в своих чертовых битвах. Мне не нужно, чтобы кто-то заслонял меня, и уж точно не чертов оборотень. Мне не нужно, чтобы кто-то соглашался быть связанным с этим кланом, который может катиться прямиком в ад. И мне не нужно, чтобы ты застрял в Гранд-Бэй, штат Миннесота, на всю оставшуюся вечность, потому что думаешь, что я не могу постоять за себя. Какого черта ты согласился на это?
 
— Ты хочешь, чтобы я тебе ответил, или продолжишь свою гневную тираду?
Я на самом деле почувствовала, как скривились мои губы. Я шагнула ближе к нему.
— О, я только начала.
В ответ его глаза загорелись.
— Тогда позволь мне ответить на первый залп, — произнес он. — Во-первых, мои чувства не переключаются по щелчку, как чертов фонарик. Это оскорбительно для нас обоих. Я видел тебя в роли человека, и в роли вампира. Я видел твоего монстра и видел, как ты сражаешься. А еще я видел, как у тебя из носа выливается молоко.
— Мне было десять, — ответила я.
— Может, и так, но это отпечаталось в моей памяти. Все это — часть тебя. И я не имею ничего против всего этого. — Он придвинулся на шаг ближе, так что между нами практически не осталось расстояния. — Ты спасла жизнь девушке, которую я знаю с детства. Если бы не ты, она была бы мертва.
Я вытаращилась на него.
— Я думала… после того, как ты увидел меня с ней… после того, что я сделала…
— Нет, — произнес он, это слово было таким простым, таким честным, что оно ослабило хватку страха, сковавшего мое сердце. — А что касается прошлой ночи… Я пытался перехитрить Кэша — выяснить, что он может сделать, как он может попытаться извлечь выгоду из этой ситуации, и как уберечь тебя от этого. Мне жаль, что это отдалило нас друг от друга. — Он подбоченился — Похоже, мне не очень удалось уберечь тебя от опасности.
— Похоже, что так, — сказала я, все еще пытаясь справиться с новой информацией. — Я понимаю, что ты альфа, Коннор. Но и я тоже. Я сама могу за себя постоять. Я люблю отбиваться.
Он выгнул бровь.
— Ты не спорила, когда я помогал тебе с фейри.
— Помогал, — подчеркнула я. — Это была не помощь. Это ты закрыл меня собой и принял удар на себя — не только из-за Карли, но и потому, что стоишь в очереди на трон.
— Он бы не остановился на тебе, — сказал Коннор. — Он игнорирует уничтожение его клана членами этого же клана, потому что решил, что мы враги.
— Из-за Миранды.
— Отчасти, — произнес он. — И отчасти потому, что он предпочитает в это верить. Альтернатива — признать, во что он позволил превратиться клану. Он подлый, Лиз. Он бы призвал Обсидео, даже если бы ты взяла над ним верх. Я бы предпочел, чтобы ты попутно не пострадала.
Я задрала подбородок.
— Не тебе было выбирать.
Его взгляд впился в меня, словно он мог заглянуть сквозь кожу и кости прямо в мою душу, в саму суть меня.
— Выбора не было. Неужели ты думаешь, что я позволил бы им тронуть тебя хоть пальцем?
Вопрос был тихим, напряженным.
— Миранда… — начала я, но он покачал головой.
— Неужели ты думаешь, что я не начал бы войну ради тебя?
У меня просто не было слов, я не знала, как можно ответить на нечто столь ошеломляющее.
Его глаза подернулись яростью.
— Ты очень интересная крошка, Элиза Салливан. Даже если мне потребовалось двадцать лет, чтобы это осознать. Прошлой ночью тебе пришлось сделать трудный выбор, и ты его сделала. Ты спасла Карли, хотя знала, что это нарушение правил, будет рискованно для нее, будет рискованно для меня. — Уголок его рта слегка приподнялся. — Я могу только представить себе, какие мысленные дебаты ты вела, прежде чем это сделать.
— Было много факторов, которые необходимо учитывать, — тихо сказала я.
На этот раз его улыбка была широкой и искренней.
— Ты поступила правильно, — сказал он, и остатки напряжения улетучились. — Но в том, что здесь происходит, нет ничего правильного. Они используют тебя, потому что ты здесь, потому что ты удобный громоотвод. И это неправильно. Их проблемы — это мое бремя, а не твое.
Я видела страдание в его глазах. Ему удалось скрыть большую его часть, но он разочаровался в своих людях, в хаосе, который они допустили, и боли, которую они причинили.