Колдовской час (ЛП)

— Можешь присаживаться, — сказал он и указал на диван. — Хочешь что-нибудь выпить?
— Нет, спасибо. Обойдусь.
— Я возьму корневое пиво. У нас есть немного «Гуз Айлэнд» [33] из Чикаго.
— Тогда я меняю ответ, — произнесла я с улыбкой. — С удовольствием выпью.
Он кивнул, достал из холодильника две охлажденные бутылки, открыл крышки и вернулся.
— Ты живешь здесь один? — спросила я, сделав глоток напитка, который был очень холодным и вкусным.
— С моей девушкой, — ответил он. — Она работает в ночную смену в Гранд-Бэй. Я работаю на клан здесь, на курорте. Я электрик.
Я улыбнулась ему.
— Очень удобно иметь штатного мастера.
— Это действительно очень удобно, — произнес он и сделал глоток своего напитка. — Она была моей младшей сестрой, — спустя мгновение добавил он, указывая на фотографию над камином.
Я встала и подошла к нему. Данте и Пэйсли стояли перед озером, держа в руках огромную рыбу. Она была похожа на брата — темно-коричневая кожа и глаза — и почти такие же короткие косички. Она широко улыбалась, явно гордясь уловом, а брат смотрел на нее, положив руку ей на плечо.
— Она любила рыбачить? — спросила я, оглянувшись на Данте.
— Не знаю, нравилось ли ей это. Она была в этом хороша. — Он нахмурился. — Пэйсли имела подход практически ко всему. Она обладала чутьем, быстро училась. Тогда она впервые пошла со мной на рыбалку. Лет пять-шесть назад. Она поймала этого большого парня за пятнадцать минут. — Он удивленно покачал головой, все еще улыбаясь, но в уголках его глаз появилась печаль.
— Мне очень жаль, Данте.
Он кивнул, поджав губы.
Я поправила фотографию, а потом вернулась и села на диван.
— Ты ведь знаешь, что Лорена убили, и смерть была… нелегкая.
Он кивнул.
— Слышал.
— Ты знаешь, о чем она говорила с Лореном перед смертью?
— Нет. Лорен был старейшиной. Пэйсли была из молодняка, но, полагаю, ты бы сказала, интересовалась политикой клана. Не уверен, об этом ли они говорили, но такое возможно.
— Насколько я понимаю, она погибла на старой главной дороге. Часто она там ходила?
— Конечно, — ответил Данте. — Она была бегуньей. В тот день она занималась, как она это называла «длинной пробежкой».
— Она готовилась к забегу?
— К какому-то марафону, — ответил он. — Или к 50К. Так ведь говорят?
— Да. Это бег на длинные дистанции.
— Ага, думаю, это оно. Это был день длинной пробежки, и она любила бегать по главной дороге. Открытая местность, хорошая видимость, хорошее дорожное покрытие, но мало машин. В тот день она была чем-то расстроена. Я говорил об этом Кэшу, но нет никаких доказательств того, что ее смерть как-то с этим связана.
— А ты не знаешь, из-за чего она была расстроена?
Он покачал головой.
— Она бы рассказала Лорену?
Данте открыл было рот, но закрыл его.
— Не знаю. Возможно. — Он задумался, кивнул, казалось, испытав облегчение от такой возможности. — Да. Не исключено, что именно об этом они и говорили. Она хотела обсудить с ним какие-то проблемы. Что-то, что ее беспокоило. — Он прищурился, уставившись в пол. — Может, что-то связанное с кланом, с политикой. Она интересовалась такого рода вещами — как управлять кланом.
«Или», — подумала я, «она обсуждала с ним нечто, что он сделал, и ее это беспокоило. Спорила с ним об этом. Но мне не нужно говорить ему об этом сейчас».
— Она с кем-нибудь встречалась?
— О, конечно. Она встречалась с Трэйгером. Одним из молодых оборотней. Они встречались около двух или трех месяцев.
Я впервые узнала, как они связаны. «Почему это заняло так много времени? И, учитывая, что Трэйгер, похоже, не один из самых больших фанатов Лорена, то что это значит?»
— Я скучаю по ней, — сказал Данте, и я посмотрела на него, увидев в его глазах вновь появившееся горе. И мне стало стыдно, что я его всколыхнула.
— Похоже, она была замечательным человеком. И, похоже, у вас были прекрасные отношения.
— Так и было, — ответил он. — Прекрасные. Мне жаль, что она погибла. Я думаю, клан из-за этого многое потерял.
 
* * *
Я спросила у Данте, как найти хижину Трэйгера, потом вышла на улицу, вдохнула свежий воздух и попыталась прочистить разум.
По дороге я размышляла о том, что за убийством Лорена может стоять Трэйгер. Возможно, о том, что они с Пэйсли встречались, знали не все, но это кажется странным в таком маленьком сообществе. С другой стороны, в клане, похоже, многие страдают равнодушием.
Я пересекла площадку с песочницей для игры в «подковки» [34], горсткой ржавых шезлонгов и детским игровым комплексом. И тогда они преградили мне дорогу.
— Так, так, так, — произнесла Миранда. — Похоже, мы ее нашли.
Мэйв и Джэй — женщины, которые помогали Бет после нападения — стояли позади нее. Все трое носили свой гнев, как боевые доспехи. Все трое выглядели готовыми к драке.
«А что это будет за драка?» — задалась вопросом я и осторожно проверила магию в воздухе. «Не такая сильная, как у Коннора», — прикинула я, «но здоровая и невредимая. Среди них нет испорченной магии».
— Привет, Миранда.
— Что ты здесь делаешь, вампирша? — спросила Миранда. — Снуешь вокруг нашего лагеря? Копаешься в том, что тебя не касается?
Моя кровь воспламенилась, начала нагреваться. Миранда выбрала не ту ночь, чтобы заманить меня в ловушку. И не я одна была раздражена. Монстр зашевелился, пробудился, почти лениво предложил присоединиться, разобраться с проблемой. Напомнил мне об обещании, которое я дала. Предоставлении воли, которое я обещала.
«Пока не твоя очередь», — сказала я ему.
— Это не твоя территория, — произнесла я. — И как тебе прекрасно известно, мне здесь разрешено находиться, так что мне не нужно сновать тут вокруг.
— Что ты делала в доме Данте? — спросила Джэй, и я перевела взгляд на нее.
Я хотела было ответить саркастически, но поняла, что это не самый мудрый ход. И по крайней мере одной из нас нужно обдумать свои решения.
— Он согласился поговорить со мной о смерти Пэйсли.
— А что насчет нее? — спросила Миранда.
Я подумала о том, что Коннор говорил об уликах, и решила не раскрывать свои карты.
— Разобраться, что к чему, — загадочно ответила я.
Она прищурилась и сменила тему:
— Ты устроила настоящее шоу в домике. Прямо небольшой спектакль.
— Я не считаю поцелуй с Коннором спектаклем, — спокойно ответила я, но, конечно, так оно и было. И это явно задело ее за живое, подтвердив мою теорию, что Миранда хочет не только Стаю — она хочет и его тоже.
— Ладно, значит, это тактический ход, да?
Я мгновение наблюдала за ней, отметив надменный наклон подбородка, покалывание раздраженной магии, задор в ее глазах.
— Тактический ход? — спросила я.
Ее глаза засветились.
— Ради большей известности. Ради острых ощущений. Чтобы разозлить папочку. Встречаясь с оборотнем. Так рискованно. Так опасно.
Я ничего не могла с собой поделать; я расхохоталась, отчего выражение ее лица стало еще более кислым, а Мэйв и Джэй подошли ближе.
— Ты думаешь, что мой отец — который организовал союз между Домом Кадогана и Стаей, и которого Стая выбрала в качестве личной охраны на созыве — стал бы злиться из-за того, что я встречаюсь с оборотнем?
Ее взгляд не изменился, оставшись твердым и холодным, как стекло.
— Скорее, виснешь на нем. Его маленькая принцесса, растрачивающая всю эту магию. Растрачивающая все эти политические возможности.
Это задело сильнее, и мне это не понравилось.
Миранда сделала шаг вперед.
— Ты не останешься с ним, ты же знаешь, что не можешь. И ты знаешь, что он не может быть с вампиром. Не в том случае, если он хочет Стаю, а он хочет. А это значит, что ты просто тратишь его время.