Барон Дубов 11 (СИ)

— Кто его слушать-то будет?
— Как бы то ни было, — слегка поклонился Мышкин, — спасибо вам, барон, за возможность доказать свою верность императорской семье.
А волос седых у него и правда больше стало. Полоса, которая была шириной в пару пальцев, увеличилась вдвое.
После он ушёл, по пути передав мой приказ накачивать воду и начинать её греть. Конечно, это не банька с вениками, но горячая купель на свежем воздухе, особенно когда опустится ночная прохлада, иногда даже лучше! Да и на закат полюбоваться можно прямо отсюда.
  
— Скоро купаться? — в нетерпении дёрнула меня за рукав Мита.
— Скоро. А купальник у тебя есть?
— Купальник? Какой купальник? Я думала мы будем голышом купаться… Специально ничего не надела из нижнего белья.
— Пойдём, — взяла за руку Миту княжна, — подберем тебе купальник. Вероника из паучьего шёлка такие вещи делает, что все мужики просто с ума сходят.
Ну, не знаю… Взглядом я проводил Миту и Василису. Обе девушки были в лёгких платьишках. Фиолетовая типа дриада в чёрном в красный горошек, а Василиса в белом с небесно-голубыми цветочками. И да, если представить, что под платьем ничего нет, есть от чего сойти с ума. Фигурки у них что надо. У Онежской более изящные и хрупкие формы, а у Миты узкие плечи, зато прекрасные, манящие бёдра.
Вскоре чаша набралась, и вода в ней нагрелась. Пришла прохлада, от воды потянулся пар, а большая часть, можно сказать, жителей крепости собралась возле каменной чаши. Поверхность воды была чёрной, отчего казалось, что у чаши нет дна.
Ко мне подошёл барон Маститов. Бородач с кучей шрамов задумчиво глядел на воду.
— Скажи, что ты собираешься эту воду превратить в кислоту и сбросить на головы тех, кто будет штурмовать крепость снизу, — сказал он. — Иначе я не вижу в этом смысла.
Люди начали раздеваться и опускаться в горячую воду. Женщины стонали от удовольствия, мужчины испускали вздохи облегчения, а дети уже вовсю плескались. Вернулись и девушки, приведя с собой остальных. На миг, заглядевшись на их тела, едва прикрытые купальниками, забыл, что там говорил Маститов. Но всё же отвёл взгляд и вспомнил.
— О нет, поручик, — ответил ему, ставя на землю контейнер с солью, похожей на осколки синего стекла. — Я превращу эту чашу в кое-что получше. В кислотную ванну для всех нас!
И махом высыпал соль в чашу. Вода забурлила, пошла молочными пузырями и слегка едким дымом.
— Муаха-ха-ха! — захохотал я в небо.
А затем закричали люди в чаше.
  
Глава 19
 
Кричали женщины, дети и несколько стариков, которых мы вытащили из плена османов. Кричали студенты и солдаты Маститова, которые успели залезть в чашу с горячей водой.
А потом крики смолкли. И нет, не потому, что все люди в чаше умерли и растворились в кислоте. Хотя в какой-то мере всё-таки растворились. От кайфа. Спустя миг вместо криков над водой поднялись вздохи облегчения и удовольствия. Даже дети распластались в позе морской звезды и просто плавали на поверхности, счастливо улыбаясь. Вода, кстати, перестала пузыриться и источать едкий аромат. Она стала синей, как лёд на солнце, и запахла свежестью и озоном.
— Что… Что ты сделал? — поражённо прошептал Маститов.
Он успел сперва напрячься, когда люди закричали, а потом расслабился и просто удивлялся происходящему.
— Только хорошее, барон! — похлопал я бородача по плечу и вкратце всё объяснил.
«Синяя соль» или, как её ещё называли, «синий лёд» — старый рецепт Дубовых ещё с тех времён, как баронство было большим и имело добротную дружину. Для лечения и профилактики всяких мелких болезней и травм предки готовили эту соль и делали на её основе лечебные ванны. Принцип достаточно простой. Растворяясь, соль превращала воду в слабый кислотный раствор с кучей полезных веществ, насыщенный маной.
Кислота сперва растворяла омертвевшие клетки кожи, а по сути — весь верхний слой, отчего кожа становилась тоньше и намного чувствительнее. Люди резко начинали чувствовать, что вода «стала горячее», поэтому кричали. А потом сквозь новые клетки кожи в организм начинали поступать полезные вещества и мана.
Больше пользы из такой ванны получали, конечно, аристократы, но и простолюдины подлечивались и оздоровлялись. Всякие простуды и болезни как рукой снимало. И был неплохой шанс, что у человека, который вроде как простолюдин, вдруг проснётся мана-способность. Или Инсект. Но последнее — это совсем уж редкость, и в архивах рода упоминался всего один такой случай. Кстати, то был человек из рода Быковых. Прапрапрапра какой-то там дядя Никона.
— Ну, — пожевал губы барон и басовито прогудел: — звучит, как что-то очень полезное. — И резко стянул с себя броню, бросил её рядом, следом полетели рубаха и штаны.
— Хоть трусы оставьте! — только и успел крикнуть я.
Ну как успел. Голожопый поручик уже прыгнул в воду и поднял тучу брызг, чем изрядно повеселил детей. Эксги… кто-то там… Извращенец, короче.
— Ладно-ладно, — вынырнул он через секунду и подплыл, чтобы забрать бельё, — просто забылся. Дети тут всё-таки.
Трусы он надел прямо под водой и отправился дальше наслаждаться лечебными процедурами. Кожа его, кстати, изрядно порозовела, а в глазах появился довольный блеск.
Постепенно народу подтягивалось всё больше. Приходили студенты, женщины, что освободились от своих дел чуть позже, ещё несколько свободных бойцов Маститова. Возгласы удовольствия приманивали народ, как нектар — пчёл. Купальников у большинства, конечно, не было, поэтому почти все шли в воду в простом нижнем белье. Точнее, у простолюдинов оно было простое, тканевое, а вот у аристократок это были вполне себе приличные комплекты с кружевами или просто из тонких ниточек, которые почти ничего не скрывали.
Мужики на такие виды пускали слюни. Ну и было отчего: аристократы с детства тренируются, хорошо питаются и тратят на свою внешность кучу денег, поэтому и выглядят привлекательно. Впрочем, простолюдинки не сильно отставали. Мокрая ткань очень соблазнительно обрисовывала контуры их интимных мест. Хоть эти женщины и не обладали изысканной красотой, многие из них прямо дышали здоровьем, молодостью или простой радостью быть здесь. Улыбка человека всегда красит.
Совершенно незаметно рядом со мной оказался Сергей Михайлович, а с ним подошёл и целитель, который с интересом изучал чашу.
— Снова проделки Дубова, — хмыкнул Сергей.
А я обратился к целителю:
— Приведите всех раненых. Пусть тоже искупаются. И мужика того не забудьте. Он ведь так и не пришёл в себя?
Закуривший мужчина хмуро покачал головой.
— Я организую людей, — кивнул Сергей, и вместе с целителем они ушли.
Но вскоре вернулись с группой студентов, которые вели под руки или несли на носилках тяжелораненых людей.
— Да я сама могу идти!
— И я тоже!
Две симпатичных девушки отбивались от княжича Медведева, который весело улыбался себе в бороду, приобнимая студенток и якобы помогая им идти. Вот только у одной была перебинтована объёмная грудь, а второй — рука.
— Ничего-ничего! — гудел он. — Мне не сложно, барышни.
— Снимайте бинты, — громко окрикнул я целителя. В ответ он снова кивнул.
Нужно, чтобы целебная сила напрямую проникала в раны человека. Так эффект будет максимальный. Да и сам лекарь выглядел очень измождённым, потому что все силы пускал на лечение раненых. А он у нас один. Поэтому восстановление шло не очень быстро.
С раненых поснимали бинты. С тех двух студенток Медведев разматывал бинты сам, а они стояли, всем видом показывая, как это им в тягость. Но при этом не сопротивлялись и не уходили. О, женщины…
  
Через несколько минут все оказались в целебной воде. Бессознательного мужика Сергей и лекарь поддерживали на плаву. Он даже слегка подёргался, его веки задрожали, но в себя так и не пришёл.
Ну… не всегда всё получается с первого раза. В любом случае, водичка для него полезна будет.
Раны, что мучили людей всё это время, на глазах начали обретать более здоровый вид, воспаление спадало, шрамы затягивались и переставали кровоточить. Конечно, новые конечности голубая водичка не отрастит. Но хотя бы снимет боль и прогонит тоску.