Измена. Плата по счетам (СИ)

- Инга, пожалуйста, ты должна помочь, - Ульяна падает на колени и ползёт в мою сторону, а у меня глаза на лоб лезут. Что происходит? – Он меня убьёт, он сказал, что найдёт меня и притащит силой, - скороговоркой говорит, а её подбородок дрожит. – Он узнал, он всё узнал. Инга. Ты моя сестра, ты должна меня защитить. 
Поворачиваю голову налево, потому что боковое зрение улавливает движение. В проёме, упершись локтем в планку и обхватив голову, стоит Ростовцев. Только судя по его глазам, он вряд ли до конца с нами. У него помутнённое сознание и блуждающий взгляд. 
  
- Руслан, - обращается уже к нему Ульяна. – Ты обещал, что всё решишь. Ты клялся мне. 
- Пфффф, - лишь выдыхает тот алкогольные пары, а потом снова уходит. Словно здесь нет ничего интересного. 
- А ну встала, - рядом с Ульяной оказывается Лера, хватая её за плечо. Но та отмахивается, снова начиная реветь. 
- Мне больше не к кому пойти, у тебя связи. Мы не чужие друг другу. Ты же моя сестра! Инга, пожалуйста! 
- Я думала, сёстры это те, кто никогда не предаёт, - парирую. 
- Это всё Руслан. Он запутал меня, опоил, угрожал, - кажется, она влила в свою ложь слишком много вводных. Так опаивал или угрожал? Это две разные составляющие. 
- Я сделаю всё, что ты хочешь, - продолжает торговаться, и такой испуганной я не видела её никогда. – Только помоги, - её глаза блестят от слёз и страха, и моё сердце, чёртово сердце, сжимается от её слов. Хочется спросить, о ком она, но сжимаю зубы. 
- Она хочет, чтобы ты свалила отсюда со своим хахалем, - снова вступает в наш разговор Лера. 
- Интересно получается, - заплетающийся язык Ростовцева на проводе. – Сама ко мне в трусы залезла, а я виноват? – он опять подпирает проём. А я чувствую себя человеком, оказавшемся в дешёвом водевиле. Причём билеты я не брала. Это подарок. 
Мелодичный звонок, и Ульяна бьётся в истерике. Она подскакивает с места и бежит наверх по лестнице, а меня не покидает ощущение розыгрыша. Так не бывает. Они все с ума посходили? 
- Открыть? – интересуется Владимир, и я неуверенно пожимаю плечами. 
На пороге незнакомая девушка, глубоко беременная. Наверное, месяц седьмой. 
- Ой, я, наверное, ошиблась, - снова смотрит в телефон, сверяя адрес. Господи, ну пусть вот она ошиблась, у меня и так какое-то ощущение нереальности. Может, всё же добралась отрава мужа до сознания? – Это дом Ростовцевых? – спрашивает таким сладким голоском, вот как Настенька из сказки. 
Владимир оборачивается, ожидая нашего решения. 
- А я к вам, Инга, - видит она меня, отчего-то узнавая, и намеревается без позволения войти в дом, только «охрана» не пропускает. Была уже сегодня одна вот такая миловидная. 
- Я тебе пистолет подарю, - звучит голос Леры, а рука опускается на моё плечо. – Что-то часто ты кому-то нужна стала. – А потом обращается к девушке. – Неприёмный день, милочка. 
- По какому вопросу? – решаю уточнить, и она укладывает руку на свой живот. 
- У меня ребёнок от вашего мужа. 
Шах и мат, господа.
  
Глава 25
 
Ощущение нереальности продолжается. И у нас, как в «Горе от ума», немая сцена. 
Когда Славу было пятнадцать, я всё ждала, что на пороге объявится вот такая миловидная пузачка и скажет, что беременна. Космос и презервативы упасли меня от этой участи, но не оградили от другой. 
Старый ловелас сотворил новую жизнь в молодом теле. А поделиться этой чудесной новостью пришли со мной. 
Ростовцев на мгновение округляет глаза, а потом идёт смотреть, кого принесла нелёгкая. У него этих любовниц по дням недели что ли? 
- Ты кто? – задаёт вопрос, и мне на мгновение становится легче дышать. Может, он действительно ничего не делал, а девочка захотела денег и внимания? Услышала что-то про него в центре, к примеру, пришла качать права. Не знаю, дурацкие мысли в голову лезут, но я хватаюсь за мифическую возможность, что Ростовцев не последняя скотина. Иначе и я в этом свете выгляжу ужасно, как человек, который был слеп всё это время. 
- Руслан, не помните, я – Маша, - трогает она свою грудь. – Маша Синицына. 
Принимаюсь хохотать, как сумасшедшая. Заливисто и громко. Ну всё, теперь ясно. Это фарс. Ну какая Синицына? Это же из Ералаша. 
Лера испуганно косится в мою сторону, медленно моргая. Руслан пьяным поворотом оказывается ко мне лицом, и морда у него растерянная и задумчивая. 
- Может, хватит уже? – интересуюсь, переводя дух. – Кто автор грандиозного спектакля? Синичкина, мать его. Ну вот с фамилией вы, конечно, перестарались. 
По виду Леры вижу, что она перестала понимать происходящее. По Владимиру совершенно не ясно ничего. Ростовцев продолжает пьяно моргать, а позади раздаётся голос Ульяны. 
- Вот это ты мудак, Русланчик. Во все мишени, да ещё и не холостыми. 
Кажется, она решила выбраться из укрытия и послушать, что у нас тут происходит. 
- Девушка, покиньте дом, пожалуйста, - говорю, а Машенька продолжает держаться за толстый ремень сумки. 
- Я знала, что вы не поверите, - как-то горько усмехается. – И не виню вас, я бы и сама не поверила, - пожимает плечами, и лицо у неё такое живое, что каждая эмоция читается с лёгкостью. – Но я говорю правду. Руслан Ростовцев отец моего сына. 
- Такую интригу убили, - цокает языком Лера. – Надо же было гендер-пати устроить. 
Руслан снова группируется, чтобы посмотреть на девчонку. Но она не прыгает к нему на грудь, а ведёт себя достаточно сдержано, можно даже сказать благородно, если в этой истории вообще может быть подобное. 
- Да не знаю я тебя, - Ростовцев, чуть не падая, делает в её сторону несколько шагов. 
- А если так? – она убирает волосы, зажимая их ладонью в подобие хвоста. 
Я не вижу лица Руслана, но по тому, как поникли его плечи, как он наклонил голову, кажется, что он её узнал. 
- Инга, давай соберём вещи и уедем, а то сейчас придут ещё любовницы и, не дай бог, любовники, - Лера уходит в мою комнату, а мы остаёмся очень странным составом. 
- У меня есть доказательства, Инга, - девчонка лезет в сумку, намереваясь там мне что-то продемонстрировать, но я дёргаю рычаг, разворачивая карету, и еду за подругой, чувствуя в груди какую-то жгучую боль. 
Меня предали. 
Меня унизили. 
Меня продолжают топить дальше. 
Лера тут же закрывает дверь, хлопая ею сильнее, чем надо, а потом обхватывает меня, прижимая к себе. 
- Если я скажу, что всё будет хорошо, это тебе поможет? – задаёт вопрос, но я лишь качаю головой. Дурацкая фраза вежливости, которую зачастую говорят, лишь бы что-то сказать. Потому что никто не знает, что там действительно будет. А тем временем внутренности сдавливает невидимая рука. – Тогда я скажу, что всегда буду рядом, - она целует меня в макушку, а я обнимаю её одной рукой, заставляя себя в который раз быть сильной. 
День ото дня, неделя к неделе, месяц за месяцем я обещаю себе, что дам слабину, потому что вечно звенеть напряжённой струной никто не в силах. Но обманываю. 
- Думаешь, она не врёт? – спрашиваю Леру негромко. 
- А хрен её знает. Может и нет. Только тебя уже это касаться не должно. Пусть дедапаша, - соединяет она вместе слова «дед» и «папаша» - разбирается со своими бастардами самостоятельно. Хватит. Береги нервы, на всех козлов не напасёшься. 
Утро вечера мудренее, всегда говорила мама, повторяя народную мудрость. И была права. Многое на свежую голову видится иначе. 
Выбираемся с чемоданом в гостиную. Руслан на диване обхватил голову. Ульяна на ступенях держится за две балясины, воткнув между ними лицо, Синицыной нет. 
  
- Инга, - сестра тут же соскакивает с места, сбегая вниз. – Я с тобой. Я не останусь здесь. 
- Нет, я слышала, что наглость второе счастье, но не настолько же! – Лера округляет глаза. – Ты уже переключи тумблер мыслей с нижнего этажа на верхний, - стучит себе по виску. – Вообще стыд потеряла. 
- Я не с тобой говорю, - огрызается младшая сестра. – Инга, - зовёт меня, как тонущий в луже котёнок. – Кадир уже в городе!