Тринадцатая для Демона (СИ)

— Виктор… — прошептала, чувствуя, как подкосились коленки.
— Тише, прекрасная донна, тише. Глубокий вздох, моя Госпожа, мы заходим. — Виктор потянул меня.
Мы одновременно переступили через порог. Напольное покрытие было выложено маленькой мозаичной плиткой в виде какого-то узора. Бетонные стены зала разрисованы неизвестными мне картинами и пейзажами. Будто к ним приложился некто великий. Колонны украшенные и разрисованные в венецианском стиле. Я словно перенеслась на века в прошлое. Громадная люстра украшала зал, но вместо лампочек, на ней горели свечи. Все присутствующие были красиво одеты: женщины — длинные платья, разных эпох и народов, мужчины — фрак. Можно было спутать с тематической вечеринкой для более высшего общества.
— Госпожа. — Виктор обратил моё внимание на себя.
Вдруг я заметила, что гости разделились на две стороны зала, оставляя центр свободным. Увидела большой стол, перед которым возвышался подиум, а на нём стоял трон. Его обвивали, словно чёрные корни, переплетались на ножках, на подлокотниках, уходили вверх, возвышавшись над спинкой, и у самых окончаний заострялись, создавая вид скрещенных в битве мечей. Мужчина в домино укрывающим всё тело, восседал на троне, лицо его было скрыто под черным капюшоном. Какофония звуков, вдруг стала угасать, пока вовсе не потухла. В зале стало совсем тихо. Иштар медленно поднёс руки к капюшону, лишь кончиками пальцев прикоснулся к краям. Не торопясь, скинул его назад, открывая своё жёсткое и беспощадное лицо. Все склонили головы.
Я на секунду замешкалась, водя глазами по сторонам, пока не встретилась с его пламенно-прожигающим взглядом. Губы его сжались в тонкую полосу, заиграли желваки. Он ждал. Ждал, когда я приклоню голову перед ним. Сглотнув тяжёлый ком в горле, слегка опустила голову, но не отвела глаз. Он хотел подчинения, покорства? Он уже подчинил мою душу. Я не отведу взгляда. Его брови спустились к переносице. Положил правую руку на подлокотник. К нему тут же подошёл мужчина, и не поднимая головы, подал объёмный сосуд. Поднося к губам нечто похожее на золотой кубок, украшенный драгоценными камнями, еле заметно приподнял его в мою сторону, как бы чокаясь со мной, испил содержимое до дна, и выбросил его за спину. В гробовой тишине раздался удар металла о каменную стеклянную поверхность пола.
— Праздник начинается! — величаво заявил Виктор.
Музыка тотчас заиграла, гости как ни в чём не бывало продолжили празднество. У меня гремело в ушах. Я было хотела сделать шаг навстречу Иштару, но Виктор, угадывая мои действия наперёд, шепнул почти на ухо:
— Нет-нет, прекрасная Госпожа. За вами — почётный круг по залу.
— Зачем? — прикрыла глаза.
— Гости должны видеть, что хозяйке торжества, интересно настроение зала.
— Откуда же им известно, что я хозяйка?
— Благородная Госпожа, увольте, прошу… — почти простонал мужчина, будто дивясь моей наивности.
— Вы пройдёте со мной? — взволнованно спросила.
— Мне пора занять своё место, но обещаю быть сторонним наблюдателем. — он отпустил мою руку.
— Виктор, но как же я…
— Моя Госпожа, — он склонил голову. — Я безумно рад, что на нашем скромном празднике, в кой-то веке появилась половина.
Я проследила взглядом за Виктором, покорно, занявшего место за столом. Осмотрела зал, ловя на себе заинтересованные взгляды. Сделала глубокий вдох. Выпрямилась, стараясь почувствовать себя свободно и спокойно. Под пристальным наблюдением колких тёмных глаз, я двинулась вперёд. Когда гости передо мной стали расступаться и приклонять голову, стало значительно легче. Я чувствовала себя значимой, уважаемой. Я шла с гордо поднятой головой, ни встречая ни чьих взглядов. Смотрела прямо перед собой, и вскоре заметила знакомое лицо.
Коля разговаривал с какой-то женщиной в серебряном длинном платье. Её причёску украшала небольшая тиара. Заметив меня, мужчина дотронулся её плеча, тем самым прерывая беседу. Подошёл ко мне.
— Госпожа, — старомодно поцеловал руку. — Рад видеть вас в добром здравие.
— Смотрю, ты обживаешься? — заметила я, мельком оценивая внешний вид мужчины. Он заметно помолодел, посвежел. Страха в его глазах больше не было.
 
— Да, Госпожа, я смирился с утерей прежней жизни, и сейчас меня наставляют на мой истинный путь. — он помедлил, затем тише продолжил: — Но, Госпожа, поговаривают, что…
— Госпожа, — гнусаво протянула подскочившая женщина в серебряном платье. — Вы просто неотразимы. Так молоды и чисты…
— А вы…?
— Моё имя Ираида. — женщина склонила голову, наблюдая за мной исподлобья.
Я едко ухмыльнулась. Делая вид, что мне крайне неинтересно общество данной особы, я хотела просто пройти мимо. Но она придержала меня за локоть. Я кинула острый взгляд на её руку и длинные пальцы, касающиеся меня. Заметив мою неприязнь она тут же меня отпустила.
— Вы позволяете себе слишком много вольностей. — выдержанно сказала я.
— Вы правы. Всем гостям немного не по себе. — с наигранной печальностью ответила дамочка.
— От чего же?
— Господин впервые представил нам свою Госпожу. Мы растерянны и может показаться, что немного не вежливы, но уверяю, это не так. — она снова склонила голову.
— Действительно, вы же прекрасно понимаете, что проявленное неуважение ко мне, будет расценено, как неуважение к Господину лично. — я победно улыбнулась.
Ираида помрачнела в лице.
— Верно, Госпожа.
— Повеселитесь как следует, всё же большой праздник проходит этой ночью. — я кинула взгляд на молчавшего Колю, затем на Ираиду, и прошла мимо них.
Большая половина зала осталась позади. Каждый следующий шаг давался труднее. Туфли — на размер меньше — натирали ноги. Казалось начала просачиваться кровь. Я завернула в небольшой коридор, не имеющий дверей. Прижалась спиной к стене, принялась высвобождать ноги от неудобной обуви. Облегчённо выдохнула, разминая пальцы на ногах. По коридору пронёсся громоподобный голос, от которого меня передёрнуло.
— Твоё место в зале. — лицо Иштара было скрыто в тени.
— А твоё на троне, — старалась унять внутреннею дрожь. — Получается мы находимся в непредназначенном месте, для нас обоих.
— Я волен в своих действиях и передвижениях. Я хозяин этого праздника.
— А я хозяйка… по крайней мере, мне так говорили.
— Откуда взялась эта дерзость? — опасно шагнул ко мне навстречу. Строгие черты лица выделились чётче.
— Оттуда же, откуда и твоя раздражённость. — я плотнее вжималась в стену, нервы были на пределе.
— Что с тобой такое? — встал напротив меня, вглядываясь в глаза, пытаясь что-то узреть в моём лице.
— А с тобой что? — смело посмотрела в тёмные глаза. — Откуда столько ненависти в твоих глазах? Ненавидишь меня?
— Ева… — приблизился, упёрся руками о стену, по обе стороны от меня. — Ты хочешь уйти?
— Нет! — твёрдо ответила.
— Нет… — повторил так, будто знал, что мой ответ будет именно таким.
— Иштар, ответь, ненавидишь меня? — почти потребовала.
— Ненавижу, — помедлил, смотря сквозь меня.
Сдавило дыхание. Воздух, будто сжался. Изнутри вырвался тихий истеричный смешок.
— Но не тебя. — обжёг дыханием мои губы.
— Тебе тяжело… — не вопрос, утверждение. — Я с тобой, я рядом. Я тебя…
— Молчи! — прорычал. — Ни слова больше. — его губы коснулись моих.
Поднял мои руки, прижимая к стене. Погладил ладони большими пальцами. Целовал так, словно, пытался насытиться этим поцелуем. Жадно, немного грубо, требовательно и глубоко. Приподнял мою ногу, закидывая её себе на бедро.
— Нам нужно возвращаться… — прошептал, оторвавшись от моих губ.
— Так скоро? — спросила на выдохе, желая продлить момент.
 
— Да. — отпустил ногу. — Праздник ещё не кончился.
— Когда же он кончится? — задала наводящий вопрос.
— Тогда, когда я захочу.
Мы подошли к столу. Иштар занял своё место на пьедестале. Я же села на против него. По разные стороны от меня расположились Виктор и Клавдия. Кузьма стоял по левую сторону трона. Рядом со своим господином. Все молчали. Виктор — раньше за ним такое не замечалось — с неохотой трапезничал. Клавдия вовсе не ела, только цедила вино из бокала. За стол больше никто приглашён не был.