Мафия и его ангел (ЛП)

— Ступай. Ступай. Ступай.
Войдя в свою комнату, я тихонько закрыла за собой дверь. Даже не сняв платье, я прыгнула на кровать и укрылась мягким одеялом.
Несмотря на то, что наслаждалась временем, проведённым с Мэдди, я чувствовала себя измотанной. Теперь, лёжа в постели, я поняла насколько на самом деле истощена. Удовлетворённо вздохнув, я повернулась к окну. Шторы были открыты, так что мне открывался великолепный вид на закат.
Я наблюдала, как над садом садилось солнце. Как небо меняло свой цвет с алого на оранжевый, а затем — на светло-фиолетовый. У меня перехватило дыхание от подобной красоты.
Это могло бы стать такой красивой картиной. Я уже видела огромный холст, на котором, яркими красками, воссоздан мягкий и умиротворяющий пейзаж.
Когда небо совсем потемнело, мои веки начали закрываться сами собой. Зевнув, я сонно моргнула. Но, поддавшись усталости, всё же расслабилась во тьме.
— Чш-ш-ш. Не шуми, — грубо велел он, закрывая мне рот рукой, несмотря на все мои попытки сопротивляться. — Не двигайся. Всё будет быстро. Ты даже ничего не почувствуешь.
Я пыталась закричать, но с губ не сорвалось ни звука. Я боролась, но всё было бесполезно. У меня не получалось даже сдвинуть его.
Нет. Нет. Пожалуйста, нет.
Мужчина провёл ладонью по моим ногам, медленно поднимаясь всё выше к ночной рубашке. Своими коленями он вынудил меня раздвинуть бёдра, после чего устроился между ними.
Рыдая, я не оставляла попыток освободиться — но едва ил это возымело хоть какой-то эффект. Коснувшись моего нижнего белья, он, не задумываясь, разорвал его, оставляя меня обнажённой.
— Ты принадлежишь мне! Моя! Пришло время сделать тебя моей, — зло прошипел мужчина.
Я услышала шум расстёгивающейся молнии и попыталась сдвинуть ноги, но мне помешали его колени.
Он так и не убрал руку от моих губ, не давая произнести ни звука. Мужчина навис надо мной, и я почувствовала его у своего лона. Мне хотелось закричать.
— Скоро всё закончится, любимая, — произнёс он мне в шею, осыпая её влажными поцелуями, время от времени сменяя их болезненными укусами.
Оцепенев, я прекратила борьбу. И, заметив, как силы покидают меня, он рассмеялся мне на ухо. Сложно описать словами сковавший меня страх. Я не просто испытывала его — я чувствовала его запах. Плотным коконом, он окутывал меня. Пропитал воздух.
Моё сердце бешено колотилось в груди. По щекам текли горячие слёзы.
Когда я почувствовала, как он с толчком входит внутрь — моё сердце разбилось на миллион осколков. Боль. Так много боли. Она ослепила меня. Казалось, я истекала кровью изнутри. Моя кожа горела огнём. Моё тело билось в судорогах. Я была в агонии. Крича в ладонь мужчины, я, к своему ужасу, обнаружила, что не могу пошевелиться — меня словно парализовало.
Зарычав, он вошёл ещё глубже.
— Чёрт возьми. Ты такая узкая. Создана для меня. Теперь ты принадлежишь мне.
Его возня звенела в моих ушах. Это — единственное, что я могла слышать. Было так больно. Боль сковала моё тело. Она проникла в мою голову. Сердце. Душу.
Когда мужчина прекратил двигаться — я ничего не чувствовала. Искалеченная болью и страхом, я оцепенела. Отстранившись, он убрал ладонь и, упершись руками по обе стороны от моего лица, наклонился ниже и улыбнулся.
— Счастливого сладкого шестнадцатого дня рождения, любимая.
Я никогда не забуду эту улыбку. Она навсегда высечена в моей памяти.
Проснувшись в поту, я, подскочив на кровати, едва сдержала крик. Я тяжело дышала. Моё сердце с силой колотилось в груди. Вены на шее пульсировали, а голова раскалывалась.
Мне было жарко. Очень жарко. Невыносимо жарко. Казалось, я горю, в то время как тело колотит в безмолвной дрожи. У меня едва получалось сделать вдох. Быстро вскочив с кровати, я заметалась по комнате.
Из-за головокружения перед глазами всё расплывалось. В ушах звенело, а затем мир вокруг замер.
 
— Кошмар. Это просто ночной кошмар, Айла. Просто кошмар, — уговаривала я себя.
Но это был не просто кошмар.
Это была моя реальность. Моя правда. В голове внезапно замелькали пережитые мной сцены — и я рухнула на колени. Это слишком. Закрыв глаза, я боролась с агонией, пронизывающей каждую клеточку моего тела.
Спрятав лицо в ладонях, я не сдерживала рыданий. Тяжесть в груди всё росла, словно воздушный шар — и внезапно он лопнул. Я почувствовала себя пустой изнутри.
Поток слёз всё не прекращался, и я начала икать. Тело дрожало. Тяжело дыша, я наклонилась вперёд. Я легла на пол, где, свернувшись клубочком, продолжила плакать.
Мне казалось, что я сбежала от прошлого, но оно последовало за мной. Хоть я больше и не заперта в ловушке Альберто, ниточки всё ещё оставались в его руках.
Однажды я пожелала просто жить без страха. Однажды, я захотела стать свободной.
Мне хотелось закричать. Меня переполняла ярость от того, насколько несправедливо со мной обошлись. Но я не могла.
Я хотела всё забыть. Но с моей стороны глупо было полагать, что я смогу быть счастлива. Реальность всегда настигает меня в конце.
Плач сменился редкими всхлипами. Меня одолела слабость. Глаза жгло, но, осмотревшись, первым что я заметила был оставленный на диване пиджак Алессио.
Не раздумывая, я подползла нему и схватила в свои руки. Уткнувшись лицом в ткань, я беззвучно зарыдала.
Когда слёзы наконец утихли, я, глубоко дыша, вновь почувствовала аромат одеколона русского. И затем я заметила, что мои мышцы начали расслабляться.
Понятия не имею почему и как, но его запах успокаивал меня. Я сделала ещё один вдох. Помимо парфюма, я чувствовала запах и самого мужчины. И этого оказалось достаточно, чтобы вновь подарить мне ощущение безопасности.
Я хотела только покоя. И даже если это было ненадолго — казалось, я обрела его. Я не сомневалась. Не хотела. Я просто приняла всё как должное.
Лёжа на полу в своей комнате, я свернулась клубочком и, прижав к груди пиджак Алессио, уткнулась в него лицом.
Так я и уснула.
В этот раз мне не снились кошмары и злобная ухмылка Альберто.
Я чувствовала лишь умиротворение.
ГЛАВА 17
АЙЛА
Солнечный луч падал мне прямо на лицо, и я крепко зажмурилась, спасаясь от яркого света. Перевернувшись, я, поморщилась из-за прострелившей спину боли и нахмурилась в замешательстве. Почему моя мягкая уютная постель вдруг стала такой жёсткой?
Не издавая лишнего шума, я приоткрыла веки и увидела перед собой низ дивана в моей комнате.
Потерев глаза, я пыталась взбодриться. Лениво зевнув, я застонала, вновь ложась спиной на пол, скрещивая руки на груди.
Повернув голову на бок, я заметила рядом пиджак Алессио. Непонимающе сдвинув брови, я медленно протянула к нему руку и нежно коснулась пальцами ткани.
— Хмм, — в лёгкой растерянности протянула я, пытаясь вспомнить события прошлой ночи.
Почему у меня в руках был его пиджак?
И стоило только подумать об этом — я быстро села, отчего у меня закружилась голова. Шумное дыхание наполнило комнату. Перед глазами стояла вчерашняя ночь.
Мысли о прошлом истощили меня. Я устала бороться со своими демонами.
Обессилено прижав пиджак к груди, я прикрыла веки. Ненавижу свои кошмары. Первые пару ночей после побега были ужасны. У меня с трудом получалось уснуть. Но затем стало легче — мне больше не снились кошмары.
 
Я была полна надежд.
Но вчера вся эта надежда рухнула осколками к моим ногам. Наивная. Я считала, что смогу сбежать от ужасающей реальности. Покачав головой от собственной глупости, я поднялась на ноги, и, спотыкаясь, направилась в ванну.
Я даже не посмотрела на себя в зеркало. Вместо этого я вошла прямиком в кабину и включила горячий душ.