Руководство по борьбе с проклятиями (СИ)

— Не стой там, я не кусаюсь, — шутливо бросил Эллиас, явно рассчитывая разрядить обстановку, и ему это удалось.
Ответив смущенной улыбкой, я все же заняла свободное кресло и бросила взгляд на накрытый стол.
Я не знала, как сиерре Августине это удалось, но вместо ужина нас ждал целый пир.
На блюдцах веером раскинулись жареные куриные ножки с хрустящей корочкой, блинчики со всевозможными начинками, и сочное, нарезанное тонкими ломтиками, запеченное мясо. В более глубоких мисках был подан картофель и разнообразные салаты, а на десерт был вишневый пирог с заварным кремом, щедро присыпанный сахарной пудрой и корицей.
Там же, на столе, стоял заварник с чаем, пара чашек, а еще бутылка вина, подозрительно похожая на ту, что я обронила в подземелье, столовые приборы и бокалы, а еще свечи.
— У нас что, праздник какой -то? — удивленно спросила я.
Эллиас ловко откупорил бутылку и с улыбкой наполнил наши бокалы. Видимо что-то хорошее все же произошло. Вот только посвящать меня в курс дела никто не торопился.
— Можно сказать и так, — загадочно ответил он, неотрывно глядя на меня, но затем все же сжалился и ответил: — Мы поймали одного из тех, кто напал на тебя.
Вилку в руки я так и не взяла, хотя секунду назад собиралась потянуться за куриной ножкой, и Эллиас, тяжело вздохнув, сделал это за меня.
— Ешь, он уже никуда не убежит, — сказал он, и я, побледнев, уточнила:
— Он мертв?
— Жив, — почему-то с кровожадной улыбкой ответил Эллиас, а я подумала о том, что, кем бы он ни был, ему не везет куда больше чем мне.
Странно, но аппетит у меня от этой мысли не пропал, а наоборот разыгрался. Неужели во мне тоже проснулась кровожадность?
Расправившись с ужином, я тяжело вздохнула, откинувшись на спинку кресла. Эллиас ясно дал понять, что не станет рассказывать мне о преступнике до тех пор, пока я не поем, поэтому пришлось съесть всего понемногу, но этого все равно оказалось слишком много для меня.
Эллиас следил за мной со странной улыбкой, но не торопился заговаривать о том, что волновало меня больше всего.
— Теперь-то ты расскажешь, как его поймали? — нетерпеливо спросила я, отставляя в сторону недопитую чашку чая.
— Он пытался вернуться в подземелье и попал в ловушку Эллиана, — хмыкнул Эллиас,
— Ему повезло, что заклинание не похоронило его под завалами. Брат позаботился о том, чтобы тот, кто попытается проникнуть в поместье, остался жив.
Прозвучало довольно жутко, но я не испытывала к преступнику ни капли сочувствия. Тот, кто ударил меня по голове, связал и бросил меня умирать в подземелье, не заслуживал этого. А если он еще и ответственен за безобразие, которое творится в Галуши...
Единственное, о чем я переживала — не пострадал ли кто из наших во время поимки, но не знала как потактичнее расспросить Эллиаса об этом.
— Он сопротивлялся? — тихо спросила я.
— Не без этого. Не волнуйся, никто не пострадал, и теперь, когда на нем антимагические браслеты, уже ничего не сделает. Маг он неплохой, но боец из него так себе.
Последнюю фразу Эллиас произнес не без насмешки.
— И где он сейчас? — не то, чтобы я горела желанием встречаться с тем, кто меня едва не убил, но не могла не спросить его об этом.
— Временно в кабинете Эллиана. Как понимаешь, брат редко из него выбирается, так что и допрашивать преступника он решил не отходя от документов.
Я живо представила себе преступника, привязанного к одному из кресел под тяжелым взглядом начальника, и не сдержала кровожадной улыбки. Все -таки карма существует.
— Я могу на это взглянуть? — я не особо надеялась на положительный ответ, особенно после того, как мой обман вскрылся, но, когда Эллиас покачал головой, все же почувствовала легкий укол досады.
— Думаю это не лучшая идея, — мягко ответил он, — Тебе все еще требуется отдых и покой. Он больше не твоя забота.
Я знала, что Эллиас прав, поэтому не стала спорить, пусть мне и было до жути любопытно узнать что здесь происходит. Он же словно прочел мои мысли и добавил:
— Я расскажу тебе обо всем позже, но сейчас тебе стоит выпить лекарство и отдохнуть.
 
-♦-
Вернувшись в свою временную спальню, я с тяжелым вздохом опустилась на кровать.
С одной стороны после плотного ужина уснуть довольно легко, а с другой... Просто спать, зная, что пропускаешь все самое интересное — сомнительное удовольствие.
Я бы вновь послала Мурзика на разведку, но тот куда -то запропастился. Скорее всего убежал на кухню — ему ведь сливок так и не принесли, а значит информации о преступнике можно не ждать.
Довериться Эллиасу и ждать, пока он расскажет? Разумно, но нет никаких гарантий, что он не решит от меня что-то утаить.
Однако ничего другого мне не оставалось. От двери, ведущей в коридор, меня отделяла спальня Эллиаса. В душ он уже сходил, а значит проскочить мимо незамеченной не выйдет. К тому же где-то там все еще бродила обозлившаяся на меня проклятийница, и испытывать ее благоразумие — не самая здравая идея.
Смирившись с тем, что придется пропустить все самое интересное, я нехотя потянулась за лекарством, которое оставила на тумбочке у кровати. Там же лежала книгу, которую я не забрала у Эллиаса в прошлый раз.
Откупорив небольшой флакон, я залпом осушила его и вскоре уснула. Однако как следует выспаться мне не дали.
Сначала мне показалось, что кто-то стучится в дверь, но, открыв ее, я увидела лишь мирно сопящего в кровати Эллиаса, а стук повторился. Спросонья я не сразу это поняла, но он исходил из моей комнаты. Если точнее — кто-то стучал в мое окно.
Погода снаружи была на удивление спокойная — ни дождя, ни грома, ни бури, ни даже пугающего воя. На небе среди звезд сияла яркая луна, а прямо за моим окном парили три симпатичные летучие мышки — те самые, которых я видела в первый день у ворот.
Открыв окно, я сделала шаг в сторону, впуская мышек внутрь, и под тремя парами крохотных глаз-бусинок опустилась на край кровати.
Впорхнув, мышки примостились на подоконнике и навострили круглые ушки.
— Простите что так поздно, сиерра проклятийница! — с поклоном пискнула рыжая.
— Но мы никак не могли ждать! — подтвердила серая, — Мы прилетели, чтобы предупредить вас, сиерра! Беда случилась!
— Беда! — закивала третья, — Никого в городе не осталось. Все исчезли, одни мы остались!
— Как пропали? — удивленно спросила я, — Куда?
— Не знаем, — виновато призналась рыжая, — До захода солнца были, а потом все сгинули!
— Все до одного! — подтвердила серая, — И чудище пропало, и на небе ни облачка...
— Но земля все та же, проклятая! Ничего в ней живого не растет!
— Ни травинки! — тут же кивнула черная.
— Вы что-нибудь слышали? Или может видели? — спросила я, поднимаясь с кровати. Услышав такие новости, было невозможно усидеть на месте.
— Только дома пустые, — ответила рыжая, и остальные одновременно подтвердили ее слова:
— Все до единого!
Мышки улетели, а я так и не смогла уснуть после того, что узнала. Разве могли все жители исчезнуть за одну ночь? И, если да, что с ними случилось на самом деле?
После поимки одного из преступников я надеялась, что мы приблизились к разгадке того, что происходит в Галуши, но теперь... Теперь мне казалось, что настоящий злодей, кем бы он ни был, на три шага впереди нас.
Всякий раз, как я закрывала глаза, я вновь и вновь слышала слова мышек, брошенные напоследок:
— Берегитесь, сиерра проклятийница! Плохое что -то грядет, страшное! — пропищали они, улетая. Но разве может быть что-то хуже того, что уже произошло?
Бурый, Лис и Ветер, сиерра Августина. Получается они тоже исчезли?
Я их едва знала, но сама мысль о том, что они исчезли вместе с другими жителями, вызывала дрожь.
Я всем сердцем хотела верить, что это поправимо, что их еще можно спасти, но от мысли о том, что это не так, становилось жутко, и спокойная ночь пугала сильнее бури. Еще и Мурзик куда -то запропастился...