Владыка (СИ)

Они не нападали. Встали кружком и замерли. Летучие ящеры перестали летать, расположились на плечах заложных покойников, на головах вепрей и медведей.
— Когда надо, значит, и тварями повелевать можем, да? — горько усмехнулся я, глядя в глаза Яге.
— Не «когда надо», а «когда сумела», — поправила Яга. — Они без головы остались, вот и мечутся. Но долго я их сдерживать не смогу.
  
— Ты их на дом мой натравила. Вместо того, чтобы прийти и поговорить со мной, послала ко мне армию тварей. Мне просто хочется узнать сейчас, понимаешь ли ты, что с этой секунды все наши с тобой взаимные счёты сначала обнулились, а потом ты ушла в невероятно глубокий минус. И сейчас на твой долг капают огромные проценты.
Яга опустила голову и тяжко вздохнула. Потом произнесла:
— Да объясни ж ты ему, лошадка!
— Хозяин, это не Яга тварей прислала, — тихо сказала Тварь. — Это они пришли, чтобы мне поклониться.
— Покло… Чего⁈
— Того! — вскинулась Яга. — Говорю ж тебе, мечутся они без головы, что твоя курица! И чуют, что сила — в кобыле этой. Ежели она позволит Сердцу прижиться — станет их царицей. Кощей от такой силы сдурел за день. А с этой — что будет? Она ж такая же тварь, как они! Вот и думай — нужен тебе такой враг? Верно говорю, Владимир! Убей её, пока можно.
Тут сразу несколько тварей издали рык. Я заметил, как напряглись мышцы медведей и волкодлаков. Про «убей» им, кажется, совсем не понравилось.
— Уходи, хозяин, — сказала Тварь и отступила от меня. — Обещаю, мы тебя не потревожим.
— Так, ты ещё куда попёрлась? — прикрикнул я. — А ну, назад! Я пока что твой хозяин.
— Да убей же ты её! — возопила Яга, потрясая руками в воздухе. — Всё равно потом искать будешь, чтоб убить! Нельзя ей теперь живой оставаться!
Тварь отступила ещё на шаг и ещё. Я следил за ней вполоборота, не выпуская из виду Ягу. Старался проанализировать создавшуюся ситуацию и найти хороший выход, но не мог. Для хорошего выхода нужно было либо преимущество в силе, либо хотя бы один союзник. Который был бы на моей стороне, несмотря ни на что.
Я был один. И ни одна живая душа не могла догадаться, где меня искать.
Тварь отвернулась и подошла к рядам других тварей. Они расступились, пропуская её. Потом ряды сомкнулись.
— Тварь! — крикнул я. — А ну, вернись! Мы тебе операцию сделаем, всё хорошо будет.
Вместо ответа послышалось рычание. Твари скалили клыки.
— Уходи теперь и правда, Владимир, — потухшим голосом сказала Яга. — Сам видишь, спасения тебе здесь не будет.
— Хрен там плавал, — откликнулся я.
— Где?
— А вон, у русалок спроси. Они по водоёмам — первые специалисты, да и хренов не чураются. Даже песенка есть про это — мол, девки в озере купались.
Баба Яга посмотрела на меня, прищурившись, и мотнула головой.
— Прости, охотник. Я тебе тут не помощница.
В следующий миг она по-молодецки подпрыгнула, завертелась в воздухе с сумасшедшей скоростью. А когда замерла — резко, так же, как начала, — то оказалось, что сидит в деревянной ступе и держит в руке метлу.
— Удачи, — процедил я сквозь зубы. — Команде Слизерина — горячий физкульт-привет.
Спрашивать, что я имею в виду, Яга не стала. Взмахнула метлой и взлетела. Мгновение спустя её уже не было.
— У меня сегодня очень плохое настроение, — произнёс я громко. — Не сказать, чтобы очень хотелось с вами вошкаться. Поэтому предлагаю следующее: вы все исчезаете, а я делаю вид, что вас не видел, и на мою усадьбу вы не нападали. Мне нужна моя кобыла — и всё. Без неё я отсюда не уйду.
— Ты про царицу нашу говоришь, — вкрадчиво сказал один волкодлак и сделал шаг ко мне, нарушив условную границу. Постоял, проверяя, не обрушится ли на него за это кара небесная. Не обрушилась. Тогда он сделал ещё один шаг. — Наша она теперь.
— Блохастый, ты меня плохо слушал? — осведомился я.
— Посмотри, сколько нас тут…
— Да смотрю, прикидываю. Мне как раз на новую усадьбу хватит. Очень щедро с вашей стороны, конечно.
— Глупый охотник…
Я скастовал Костомолку. Волкодлака сплющило. Он хрюкнул и взорвался зелёными брызгами. Молния ударила меня, наделив родиями.
— Ещё кто-нибудь хочет назвать меня глупым? Давайте, смелее, я сегодня щедрый.
Многоголосый рык был мне ответом.
— Тварь! — заорал я. — Пожалей своих подданных! Вернись ко мне, я всё прощу. Может, даже ведро медовухи тебе налью. Но это не точно.
Первыми сорвались с мест летучие ящеры. Я встретил их Защитным Кругом. Активный, он просто испепелял эту мелюзгу. Ещё родии… Я скользнул мысленным взглядом по своей копилке и мысленно же присвистнул.
Н-да, всё не зря, всё не даром. И потусторонний мир, и владыка, и Кощей, и полчища тварей, которых истреблял пусть не я, но ребята из моей тысячи.
Родий хватало. Я был готов стать легендой этого мира! И не отказал себе в удовольствии.
Покачнулся, ощутив перераспределение энергии. Такое глобальное, какого не ощущал никогда прежде. В одно мгновение совершил то, что казалось несбыточным — сделался Воеводой. Достиг обозначенного справочником потолка.
Количество маны, по ощущением, улетело в заоблачные дали. Я задрожал, почувствовав себя всесильным. Голова закружилась. Как тогда, под стеной Полоцка. Как же мне тогда было хорошо! Пока подмога не подоспела. Испортили всё веселье. Но сейчас-то никто не придёт, ведь правда? Сейчас здесь только я и эти мешки с костями. С золотыми костями, на минуточку. Которые все, до единой, принадлежат мне.
— Что ж, — прошептал я, и меч у меня в руке вспыхнул ярче. — На вашем месте я бы попытался бежать…
И твари побежали. На меня. Такое ощущение, как будто после Рождества и Нового года наступил ещё какой-то праздник, не менее крутой. Иначе почему судьба дарит мне столько подарков? Почему у меня такое радостное настроение? Не-е-ет, это ж-ж-ж неспроста. Может, у меня день рождения? А может. Я ж понятия не имею, когда он у меня. Так почему бы и не сегодня?
— С днём рожденья меня! — пропел я и отключил Защитный Круг. — С днём рожденья меня! — Взмахнул мечом, и пламя, полетев дугой, подожгло первый ряд тварей. — С днём рожденья, охотник Владимир, с днём рожденья меня!
А потом начался ад. Или рай. Смотря как посмотреть. Я еле успевал поворачиваться. Мой меч, слишком мощный и крутой для всей этой шушеры, каждым взмахом проделывал целые улицы и переулки в нападающих на меня толпах. Я даже не ощущал сопротивления их плоти. Тварей уничтожала просто заложенная в мече энергия, и та энергия, что подавал на него я.
  
Глава 25
 
Родиеносные молнии жалили без перерыва. Интересно, сколько там до следующего ранга — того, что даже в справочнике не обозначен? Сто тысяч? Миллион? Надо было спросить Ждана, жаль, не успел. Теперь он уж наверняка усвистал обратно в Пекло, чего ему тут сидеть.
А я теперь, кстати, понимаю, почему такие, как он, уходят. Разве вот это — соперники⁈ Разве тут можно найти настоящее удовлетворение от работы? Господи, да я как будто младенцев режу, аж неудобно! Уж не грешу ли, часом? Ща как выскочит из-за кустов какой-нибудь гринпис по тварям, или типа того.
Больше всего раздражала мелочёвка. Крысы, ящеры, лягушки, кикиморы. Их успешно прибивали мои Доспехи, но при этом давали просадку. Приходилось то и дело их подновлять, на доли секунды оставляя себя без защиты.
— Достали, — рыкнул я и выдал порцию Мороза.
С полсотни крыс и лягушек обратились в ледяные комочки. Ещё один Мороз, и посыпались градом застывшие в полёте ящеры. Не все, но изрядное количество. Отлично, всё легче жить.
Я снёс башку русалке, развернулся и разрубил пополам медведя. Поворот — и голова вепря рассечена повдоль, вместе с клыками. Что-то тычется в Доспехи. Поворот, удар — упырь падает, уже полыхая.
Настроение росло в геометрической прогрессии с каждым ударом. Столько костей и родий — и все мне! Одному мне, ни с кем не придётся делиться! Тупые твари, которые теперь, к тому же, лишены возможности размножаться… Да я сейчас, по ходу, перебью всех отечественных разом, и государство сможет дышать свободно. Может, государыня ещё один орден даст — прикольно, чё бы нет. Деньги, конечно, ещё прикольнее, но денег мне тут и так хватит, по ходу, на несколько жизней вперёд.