Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов (СИ)

– Нет, просто эта избранная – случай особый.
– И чем? – я присаживаюсь на стул возле раскладного стола и небрежно перебираю разноцветные кристаллы.
Лавий следит за моей рукой, и зрачки его слегка расширяются. Голос звучит чуть ниже:
– Считалось, что эту драконессу убили Неспящие*. Неспящие – это…
– Вампиры-кровопийцы, я знаю, – ответив, по склонившейся набок голове Лавия понимаю, что сказала нечто странное. – Их существование ведь не секрет?
– Нет. Просто удивительно, что вы о них уже знаете.
Надо осторожнее с высказываниями, а то подловят на излишней осведомлённости.
Пожимаю плечами:
– Мне интересен мир, в который я попала, – продолжаю водить пальцами по продолговатым кристаллам, и это почему-то завораживающе действует на Лавия. Воздух вокруг будто сгущается. – Например, эти Неспящие – так ли они ужасны?
А то мало ли, вдруг меня против каких-нибудь благородных революционеров работать подрядили. Не убили же они эту драконессу.
Несколько мгновений Лавий смотрит мне в глаза, и его зрачки расширяются ещё больше. Затем он воровато оглядывается, взмахивает рукой, будто отмахиваясь от дыма, но тот, наоборот, сгущается и окутывает нас ещё больше, скрывая от остальных. При этом не мешая дышать.
И теперь, когда серая дымка отделяет нас от остальных и яркого солнечного света, Лавий резко подаётся вперёд и скалит волчьи зубы:
– Не ищи их, не думай он них! Забудь! И молись богине смерти, чтобы никогда ни с одним из них не встретиться, глупая девчонка!
Шерстинки проступают вокруг его звериных глаз, блестят клыки. Но это настолько… жутко, что кажется немного нереальным, и я просто сижу неподвижно. Моя стрессоустойчивость выходит на новый уровень.
Рыкнув, Лавий отталкивается от стола. Глаза его зверски сверкают, губы ещё нервно подрагивают.
Какие они все нервные.
– Да я просто спросила, – пожимаю плечами.
Но Лавий смотрит на меня с подозрением. Проводит дрожащими пальцами по волосам:
– Ты не понимаешь, просто ты не понимаешь, насколько…
Из дымки, присвистнув, выскакивает Марк Аврелий и рыжей молнией пролетает по столу, сбивая реторты, раскидывая многочисленные кристаллы. Один прихватывает и, увернувшись от руки Лавия, вместе с кристаллом ныряет в дым.
– Проклятое животное! – Лавий взмахивает руками, разгоняя дым, и щурится от солнца. – Верни кристалл!
Марк Аврелий улепётывает к общежитиям.
Рывком обратившись в волка, Лавий припускает за ним, но того уже и след простыл. А мне тревожно, только теперь сердце взвывает от участившегося сердцебиения. Я спешу за ними, готовая защищать обнаглевшего рыжика. Касаюсь браслета, чтобы определить направление ошейника.
И останавливаюсь.
Направление показывает в противоположную сторону, прямо на границе разрешённого радиуса – Марк Аврелий при всей своей скорости не может находиться возле ворот, если он только что был здесь и убежал к общежитиям.
___________
* История Элоранарра Аранского и его удивительной избранной рассказывается в цикле «Секретарь старшего принца» (18+)
  
Глава 40
 
Неужели с Марка Аврелия сняли крутой ошейник? Или это местная белка, просто похожая? Может, они мимикрировать друг под друга могут.
Так и стою, не зная, в какую сторону бежать.
Всё решает волк, неторопливо бегущий от общежитий сюда. Обсуждать с этим нервным Лавием Неспящих… да ну его!
Можно соврать, что заинтересовалась невестой Санаду, услышав о ней на гулянке, поэтому спросила о Неспящих, но вдруг он проверять начнёт? А в диалоге Санаду и Танарэса принадлежность Мары к Неспящим, как и отношения с Санаду, не упоминались.
Разворачиваюсь и бодро шагаю к главным воротам, высматривая среди засилья розового свою радость.
А моя радость занимается вымогательством.
Пока студенты гудящей толпой выкатываются наружу, Марк Аврелий, посверкивая ошейником, скачет перед охранниками: и зигзагом пробежит, и кругами по травке стелется. А то встаёт на задние лапки и оглядывается. Делает несколько сальто. Скачет, изображая нечто похожее на танец. Подбегает к кому-нибудь из охранников и замирает, глядя в глаза. Пока не получает орешек. Тут же молниеносно взбирается на ближайшее дерево с розовыми листьями, прячет заначку и возвращается к охране, чтобы снова «сплясать» и заглянуть в глаза следующему.
 
Улыбающиеся во все зубы охранники оплачивают представление орешками.
Удивительно: набрал целую гору орехов, а всё мало.
Присвистываю. Марк Аврелий разворачивается, нацеливается – и уже через пару секунд запрыгивает на меня. Взбирается, словно по дереву, и замирает на плече.
Хмыкнув, разворачиваюсь: Лавий наблюдает за мной с центральной площади.
Мда, похоже, идея поговорить с ним была неудачной.
Но, возможно, он здесь из-за украденного кристалла. У Марка Аврелия алиби, поэтому смело направляюсь к центральной площади. Раз нас освободили от мытья Академии, надо родную мне теперь некромантию почитать: как бы я себя ни вела с наставником Тавросом, учиться собираюсь.
Лавий пристраивается рядом. Шагает, сцепив руки за спиной, смотрит на мелькающие под ногами розовые плиты с серыми проплешинами.
– Простите мою бурную реакцию, – просит он шагов двадцать спустя и, вздыхая, потирает лоб когтистой рукой. – Но Неспящие – это… Это большая проблема.
Он снова вздыхает.
– Они правда пьют кровь просто так?
– И убивают. Часто с особой жестокостью.
– Но избранную Элоранарра Аранского они не убили, хотя считалось…
– Они уничтожили её род – последних драконов менталистов Эёрана. И это была не первая семья, к которой вломились ночью и убили всех. Вы просто не понимаете… насколько Неспящие опасны. И неизвестно, что лучше: когда они убивают. Или когда вербуют.
– Чем страшна их вербовка?
Лавий косится на меня. И я с улыбкой качаю головой:
– Мне просто любопытно, я не собираюсь искать Неспящих и вступать в их ряды.
– Они могут сами вас найти.
Фыркнув, качаю головой:
– Ну да, нужна им какая-то неизвестная иномирянка-некромантка.
– Вы – нет, а Санаду – да.
Я лишь смеюсь: допустим, соректор представляет интерес – через него можно воздействовать на молодёжь, но верить, что я повлияю на Санаду – глупо. Даже мой теоретический пока доступ к его документам не особо интересен.
Нахмурившийся Лавий заглядывает мне в лицо:
– Они могут предложить вам долгую жизнь и вечную юность, но они часто лгут, а обращённый вне официальной квоты вампир оказывается вне закона. Если вас обратят Неспящие – вам всегда придётся прятаться. Вас объявят в розыск во всех признанных мирах, будут преследовать. А в непризнанных вам придётся убивать, чтобы жить.
– Спасибо за предупреждение, но не думаю, что оно актуально.
Лавий хмурится так сильно, что брови смыкаются на переносице, а на скулах проступают серые шерстинки.
Может, брошюрки не так уж ошибочны в части опасной нервности оборотней? Вон Алоиз, вытаращив глаза, сидит возле угла здания и остервенело грызёт свою деревяшку. Прямо в человеческом виде. А как оборотни за котом бегали… Лавий буйный опять же.
– Мне кажется, вы не понимаете, насколько Неспящие опасны, – снова заговаривает он.
– Из-за них пострадал кто-то из ваших близких? – предполагаю я: ну не вижу причин для их обращения ко мне, даже как к секретарю соректора.
Я скорее невесту Санаду заинтересую тем, что тоже рыжая – женская ревность она такая, не всегда логичная. На это намекает Лавий? Так нет, он вроде о моей вербовке волнуется.
 
– Мой отец служил в полиции Лофтийского кантона, – Лавий опять смотрит под ноги. – Его убили при попытке задержания группы Неспящих. Собственно, от него я знаю намного больше об этой организации, чем пишут в официальных отцензуренных источниках.
Мимо нас пробегает толпа весёлых щитовиков. И судя по красным щекам, некоторые уже празднуют воссоединение избранных.