Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов (СИ)

Затем к забегу присоединяется толпа оборотней, добавляя вспышек своих эмоций и отвлекающих подвываний с рыком.
На месте Марка Аврелия Санаду бы от такой поисковой команды спрятался.
И во главе этой суетной толпы – рыжая искорка. Изящная девушка с пламенем волос…
«Тьфу ты, какой романтикой повеяло!» – Санаду отворачивается.
Но должен же он следить за происходящим, он же соректор! Поэтому следит.
Апогеем всеобщего безумия становится появление Шаантарэна с букетом белых роз.
Едва его завидев, Санаду щурится и сжимает губы.
Наглый кошак, благоразумно прикрывая лицо звериным обликом, чинно проходит на территорию сквозь главные ворота.
Шагает по аллее, как так и надо.
Пробегающий мимо волк поворачивает морду вслед за покачивающимися белыми хвостами. Открывает пасть. Даже стоящего на крыше Санаду шибает отголоском звериного вожделения.
Взвыв, волкооборотень бросается на Шаантарэна. Тот едва успевает увернуться, швыряет в морду букет, ударяет парализующим заклинанием, но защитный браслет Академии уже адаптирован под демоническую магию, и волк беспрепятственно прыгает на Шаантарэна.
Уйдя в перекат, Шаантарэн раскрывает крылья и взмывает вверх.
– Стой… – пытается предупредить Санаду, но демонокот уже врезается в защитный купол над Академией и, судорожно дёрнув крыльями, валится на центральную площадь. А Санаду тихо договаривает. – Защитные чары не позволят никому выйти.
Полёт Шаантарэна привлекает внимание других волкооборотней, и самые мощные из них с подвыванием, пуская слюни, нацеливаются на трясущего рогатой головой кошака.
Санаду сразу соображает: не обошлось без приворотного зелья.
– Ах ты морда наглая, – качает он головой и вместо того, чтобы соректорской властью остановить этот бардак, соректорской властью усиливает защиту влюблённых волкооборотней и ниже опускает защитный купол над Академией.
Прямо до верхней границы стены и крыш опускает, чтобы кое-кому неповадно летать стало. Заодно блокирует двери и окна зданий от проникновения посторонних, оставив допуск только студентам и преподавателям.
А не всяким там хвостатым послам.
Теперь можно продолжить поиски Марка Аврелия ментально, только… в этом бардаке, когда тридцать волкооборотней и медведеоборотней жаждут поближе пообщаться с предметом обожания, а неумелые менталисты сыплют поисковыми заклятиями, даже самый лучший менталист след потеряет.
Вздохнув, Санаду спрыгивает с крыши: придётся искать белку обычным способом.
От этих рыжих и правда одни неприятности!
  
Глава 29
 
– Ки-и-и-иса-а-а-а! – в очередной раз проносится мимо Шаантарэн.
Я отступаю, пропуская его и волну мохнатых фанатов. Много собрал! Ну, с котиками часто так.
Семихвостое недоразумение и не думает улетать. Похоже, нравится ему повышенное внимание. Может, я его тайное желание осуществила? Не зря же Шаантарэн вручил окорок, который в одиночку не схомячить.
Но если мечтал, что за ним так девчонки из общежития гоняться будут – то упс! Осторожнее с желаниями.
Бурный звериный ажиотаж сбивает менталистов. И вызывает повышенное любопытство избежавших внезапной любви оборотней: некоторые, поддавшись инстинктам, присоединяются к массовому забегу за котом. Просто так. За компанию.
Апогеем хаотического безумия становится Санаду: с крыши административного здания он плавно спускается прямо по воздуху. Просто Супермен. Плаща красного не хватает, а так – похоже.
Приземлившись на каменные плиты, Санаду провожает взглядом несущегося мимо волкооборотня с куцым хвостом и потирает ладони:
– Сегодня в Академии на редкость оживлённо!
Смотрит на меня выжидательно. Зрители ему нужны, а тут я подвернулась. Но у меня не то настроение:
– Начинаю подозревать, что вы сами разгромили кабинет и спрятали Марка Аврелия.
– Почему все подозревают меня во всяком непотребстве? – изображает обиду Санаду. – Я вообще спустился внести в этот хаос немного рационального зерна. Может быть, даже два. Если повезёт.
 
– Есть идеи, как найти Марка Аврелия?
– Марка Аврелия – нет, это к некромантам, и то вряд ли помогут: пара тысяч лет уже прошла, могилы не найти. А Марка Антония я поискать планирую. Но для этого нужен хороший пёсик.
За зданиями дико взывает кот.
– Кому-то хвост прикусили, – радостно сообщает Санаду и демонстративно присвистывает.
Несколько мгновений спустя из-за поворота выбегает серый с рыжими подпалинами волк.
– Ой, нет, брысь! – отмахивается Санаду. – Брысь! Хватит с меня уже рыжих! Уйди!
И он ныряет мне за спину, кладёт ладони на мои плечи.
– Клео, солнышко, скажи ему, что мне одной тебя вполне достаточно, – Санаду изображает испуг, но в его голосе чувствуется веселье.
Оторопевший от такого поворота оборотень, попятившись, разворачивается и убегает.
– Ты меня спасла, – Санаду похлопывает меня по плечам, его пальцы едва уловимо проскальзывают по неприкрытой тканью коже, и он отступает.
Вновь свистит, косясь на меня смеющимися глазами. А я только руки на груди складываю.
На этот раз прибегает чёрный волк. Не самый большой, со слегка замятым ухом. Усевшись перед Санаду, волк выпячивает узкую грудь и преданно заглядывает ему в глаза.
На Земле столько историй о противостоянии вампиров и оборотней, здесь же оборотень ведёт себя с Санаду, словно верный пёсик.
– С обонянием как? – спрашивает Санаду. – По следу идти сможешь?
– Д-да, пр-рофессор-р! – сверкает глазами волк и сильнее выпячивает грудь, виляет хвостом.
– Отлично, – кивает Санаду. – Сейчас принесём тебе вещь, на которой белка лежала, попытаешься взять след. Надо будет и в здании проверить, и снаружи.
– Р-рад вам служить! – волк так неистово метёт хвостом по плитам, что едва не подпрыгивает от усердия. – Всё сделаю!
Какие тут студенты ответственные, как ректору помочь хотят…
А Санаду обхватывает меня за плечи и разворачивает в сторону общежитий, наставляя:
– Вот с этого и надо было начинать, Клеопатра, с этого и надо было начинать, а не устраивать панику на всю Академию. И в целом ничего не надо было устраивать: я занимался решением вопроса. Никуда не денется твой Марк Антоний, никто отсюда никуда не денется, пока его не найдём.
В отдалении снова взывает кот.
– Хотя, – Санаду тянет меня за собой. – Менталистов ты правильно на полевые испытания выгнала. Засиделись они у меня, письменные контрольные так скучно проверять, то ли дело наблюдать, как они бегают и мешают друг другу чарами. Вот чем, спрашивается, занимались столько времени, если не помнят элементарные, базовые, я бы сказал, вещи?
– Может, Шаантарэна проведаем? – я дёргаю плечами, и Санаду меня отпускает, тут же прибавляет шаг.
– Ничего, ему полезно побегать. И он привычный уже, ничего не случится.
– Вы уверены?
– Ну, у него же посольская неприкосновенность, – хмыкает Санаду и улыбается во все зубы. Только взгляд при этом холодный. Он рассеянно поглаживает по макушке бегущего рядом волка.
– А ему ничего не сделают?
– Из-за того, что он бегает, могут слегка покусать, а так – облизали бы, потискали немного и дело с концом, – небрежно отмахивается Санаду. – Его же обожают, а он обожания так хотел, так хотел! Не будем мешать ему наслаждаться плодами своих усилий.
Ну да, котяра сам виноват.
А стоило помянуть – из-за основного корпуса, припадая на крыло, вылетает Шаантарэн, вопит:
– Сана-а-аду! Выпусти меня! Выпусти меня отсюда!
Обычно глаза у кота миндалевидные, но сейчас натурально круглые и очень большие. Толпа за ним несётся приличная, волки запрыгивают на спины медведей, чтобы оттолкнуться и подскочить выше, клацнуть зубами возле лап и хвостов.
 
– Пока белку не найдём, Академия закрыта для выхода! – кричит в ответ Санаду.
– Ты садист! – возмущается на лету Шаантарэн. – Изверг! Мародёр!.. Нет, живодёр!