Телохранитель(ница) Его Светлейшества (СИ)

И стоило ли все это дружбы? Однозначно нет. Тарион хоть и не подавал виду, но Джилиан не сомневался, что тот не простил. И когда узнал о его оплаченных долгах, не удивился. Только подумал: так тебе и надо, осел. Предательством за предательство.
Но когда Тариона убили – а Джилиан с самого начала не сомневался, что это убийство, - он понял, что просто так этого не оставит. Что выяснит все, даже если придется нарушить закон. Но все пошло не так.
  
Прыщавый некромант оживил Тариона, однако вернул его душу в женское тело. Да еще и с жалкими обрывками памяти. Выяснить толком ничего не удалось, зато он умудрился влюбиться в эту девку.
Да, влюбиться, хотя сначала думал, что просто ее хочет. Но понял это, только когда она уехала. Думал, с глаз долой – и все пройдет. Снова закрутил с Эолой, которая ластилась, как кошечка. Но нет, стало только хуже. Эола окончательно опротивела, зато проклятущая Агара-Кикимора-Полина не шла из головы, мешая заниматься государственными делами.
Джилиану казалось, что он сходит с ума.
Да она же мужик, говорил он себе. Это Тарион в бабском обличье. Ты не можешь влюбиться в мужика. Ты просто хочешь это тело, только и всего.
Но все обстояло намного хуже. Потому что девица эта вела себя ну совсем не так, как Тар. И это трудно было объяснить одной только потерей памяти. Что-то в глубине его души категорически отказывалось воспринимать Полину как Тариона.
А еще он… она спасла ему жизнь. И даже не один раз.
А еще – и это было хуже всего! – Джилиан каким-то звериным чутьем уловил его… ее отклик. И это был не только отклик тела.
Что, Тарион тоже рехнулся? Ничего подобного за ним раньше не водилось, ни намека. Неужели так повлияла женская оболочка?
- Джилиан, - напомнила о себе Эола обиженно-капризным тоном, - ты вообще здесь? О чем ты думаешь?
В детстве домашний учитель показывал ему любопытный фокус. Если в полный стакан осторожно добавлять по капле, вода сначала поднимется горбиком и только потом хлынет через край. Кажется, этот ее вопрос… нет, даже не вопрос, а требование ответить – оно стало последней каплей.
- Игера Эола, - сказал он ледяным тоном, спихнув ее со своих коленей, - вы разговариваете с игремоном.
- Джилиан… - испуганно ахнула та.
- Ваше Светлейшество, - поправил он. – Извольте удалиться и не появляться без приглашения. Хотя его не будет.
Всхлипнув, Эола вылетела из комнаты. Джилиан встал с кресла, подошел к окну.
Вот только что было солнцестояние, когда армия вернула ему трон, а уже лето на исходе. Полтора месяца пролетели как один день. Еще неделя, может, чуть больше – и осень вступит в свои права.
Тоска…
Может, и правда жениться на какой-то из принцесс? Все равно ведь на ком-то придется. Хотя бы только ради наследника.
Открыв дверь на террасу, Джилиан спустился в сад и побрел по дорожкам, глядя себе под ноги. Дошел до тира, расстрелял целую коробку пуль, но легче не стало. Надо было возвращаться, заниматься неотложными делами.
Кто-то преградил ему дорогу. Джилиан с удивлением узнал немого слугу Тариона – того самого, которого тоже оживил Маргуль. Слуга почему-то не захотел остаться с ним в имении, вернулся во дворец, и ему нашли какую-то работу. И чего он, интересно, хочет?
Немой поклонился, протянул лист бумаги, исписанный корявыми буквами, и тут же исчез за кустами. Удивленно пожав плечами, Джилиан присел на скамью и развернул листок.
  
Глава 53
 
- Вот спасибо, генерал. Так ведь и утонуть можно.
- Еще раз прошу прощения, игера Полина. – Грумайт честно повернулся спиной, дав ей возможность вытереться и одеться. – Ваш управляющий сказал, что в это время вы обычно на Синем озере. Объяснил, как найти. Я не думал, что вы будете купаться. Вода уже холодная.
- Нормальная вода, - буркнула Полина, завязывая на шее все тот же бирюзовый платок. Хотя нужда в нем уже отпала, но ей все равно нравилось. К тому же было модно. – Бодрит. Полезно для кожи.
Она не спрашивала, каким ветром его занесло в имение, ждала, когда скажет сам. Хотя и так было ясно.
Ехал мимо, решил заглянуть. Навестить. Засвидетельствовать, как выразился Кайрен, почтение.
- Вы так торопитесь?
- Почему? – не понял Грумайт. – Куда?
- Ну не знаю. – Полина подошла к Хендрику. – Могли бы и в доме меня подождать.
Она поняла, что злится. Даже не на генерала, а на себя. Потому что ее реакция на его появление была однозначной: разочарование.
Сколько угодно можно было говорить себе, что ей наплевать на Джилиана. Пусть шпилит Эолу, пусть женится на заморской королевишне. Но на самом-то деле ждала. Если не самого, то хотя бы письма. Ждала и тщательно от себя это скрывала. А когда увидела Грумайта, пузырь лопнул.
Да, он все-таки был получше Кайрена и прочих прилипал. Может быть, в другой ситуации она даже в него и влюбилась бы – несмотря на тридцатилетнюю разницу в физическом возрасте. Так, спокойно, без бурной страсти. Но это вот разочарование – оно сказало все. И незачем самой разочаровывать хорошего человека. Несправедливо по отношению к нему. И к себе тоже.
- Да, вы правы. – Грумайт опустил голову. – Я действительно тороплюсь. Объезжаю все войска – как главнокомандующий. Вот… решил повидать вас по пути.
- Может, вы пообедаете со мной?
- Нет, игера Полина, благодарю вас. Нет времени. Я и сюда поехал, чтобы не ждать. Всего вам самого доброго.
Он вскочил в седло и направил коня по тропе к дороге. А Полина осталась стоять на берегу, глядя ему вслед. По щекам текли слезы.
Она разговаривала с ним как самая настоящая хамка. Разумеется, Грумайт все понял и поспешил удалиться. Ей было страшно стыдно. Но еще больше – обидно. Что все в ее новой жизни складывается вот так бестолково. Что во всех отношениях достойный мужчина не вызывает у нее ничего, кроме симпатии, зато влюблена она в того, он ком лучше вообще не думать.
«Не плачь, Поля!»
Чья-то рука мягко коснулась ее волос. Она вздрогнула, обернулась, но никого не увидела. Да и голос – до боли знакомый! – звучал словно внутри головы.
- Мишенька? – прошептала Полина. – Это ты?
«Я. Помнишь, я сказал, что еще приду к тебе? Все будет хорошо, вот увидишь».
- Откуда ты знаешь?
«Ну я же призрак, дух. А духи знают все. Не того ты ждала, кто приехал, но скоро дождешься и того».
- И ты так спокойно об этом говоришь? Не ревнуешь?
«Глупенькая. После смерти все совсем по-другому. А у тебя новая жизнь, и ты должна ее жить по-настоящему. Помнить о прежней, но не цепляться за нее. Чем больше любви у тебя в земной жизни, тем светлее и ярче будет после нее. Пользуйся вторым шансом. Живи так, чтобы потом ни о чем не жалеть».
- А ты не жалеешь, Миша?
«Нет, Полечка. Никогда не жалел. Ни минуты. И всегда любил тебя. И сейчас люблю. Только по-другому. Не прощаюсь».
- Миша!
Но его уже не было рядом. Она почувствовала это: словно сразу стало прохладнее. Как будто солнце забежало за тучу.
Эта грусть была совсем другой – светлой, прозрачной, с тенью улыбки. С благодарностью за прожитые в любви и согласии годы. Полина вспомнила, как увидела его впервые – молодого, красивого. Как он смотрел на нее и как сладко замирало от этих взглядов сердце.
Они и правда были похожи – Миша и Джилиан. Не столько внешне, сколько чем-то особенным, идущим из глубины. Силою, уверенностью, чем-то таким… она даже не знала, как это назвать.
В общем, они оба были настоящими.
- Генерал нашел вас, игера Полина? – спросил управляющий, когда она вернулась домой.
- Да, игер Чейнер, благодарю.
  
- Осмелюсь спросить, что-то произошло? Я так понял, он рассчитывал задержаться. Оставил здесь слугу и адъютанта, когда отправился искать вас. А потом вернулся, и они все уехали, не сказав, ни слова.
- У генерала изменились планы, - вздохнула Полина. – Распорядитесь подавать обед.
Сидя за столом и рассеянно ковыряя жаркое, она думала о словах Мишеньки.