Телохранитель(ница) Его Светлейшества (СИ)

О-о-о, таких малолетних прошмандовок за время службы Полина навидалась выше крыши. И потом, уже в бытность Егоровной, угадывала за версту, даже если те прикидывались скромницами-отличницами в школьной форме. Джилиан резко упал в ее глазах. По туманным намекам она поняла, что интимную жизнь как он, так и Тарион вели беспорядочную и интенсивную, но польститься на такую шаболду?
  
- Прошу прощения, Ваше Светлейшество, - блондинка изобразила недоразвитый книксен. – Задержалась в пути, потребовалось привести себя в порядок.
Ну да, за ужином ее точно не было, припомнила Полина. Задачка еще больше усложнялась – с появлением новой вводной. Какую, интересно, роль она играла во всей этой пьесе? Не может быть, чтобы никакую. Шерше ля баба – без этого никуда.
- Приветствую, игерра Эола, - привстал и тут же плюхнулся обратно Джилиан. – Мы рады вас видеть.
Красотка уселась рядом с ним, развернула салфетку и с любопытством уставилась на Полину. Видимо, надо было как-то представиться, но сын дикой Муфлонии мог этого и не знать, поэтому она не стала.
- Позвольте рекомендовать вам моего нового телохранителя, игера Поля Маверти, - поморщившись, сказал Джилиан, и Полина небрежно кивнула. – А это придворная дама игерра Эола Фоггер.
- Нового? – вскинула брови Эола. – А что случилось с игером Тарионом?
- Вы еще не знаете? – влез Лансьер. – Он… погиб.
- Точнее, его убили, - поправила Полина, и начальник стражи скрипнул зубами.
- Убили?! Какой ужас! Кто?!
Девица округлила глаза и рот, схватившись руками за щеки. Полине, ненавидевшей подобных изумленных баб на рекламных билбордах, захотелось отгрузить ей хорошую плюху. Вместо этого она окинула Эолу откровенно оценивающим взглядом, по-босяцки цыкнула зубом и сказала, коротко и веско:
- Я выясню. И не только это.
Перчатка была брошена. Здравый смысл нецензурно выругался и закрыл лицо руками.
  
Глава 20
 
Молчи, дурак, сказала здравому смыслу Полина. Не время осторожничать. В нашем случае кто не рискует, тот не пьет, причем не только шампанского, но и вообще ничего не пьет… уже.
Молчу, матушка, молчу, ответил здравый смысл. Потому что сказать тут попросту нечего. А когда тебя грохнут, как Тариона, то и ты будешь молчать. И заметь, третьего шанса уже никто не даст. За низкой рентабельностью проекта.
Всеобщую напряженную тишину нарушил Лансьер.
- И как же вы это намерены сделать, игер Поль? – спросил он с кисло-сладкой натянутой улыбкой.
- У нас в Муфлане свои методы, - отрезала Полина, дав понять, что раскрывать региональные тайны не намерена.
- Так вы из Муфланы, игер Поль? – Эола вытаращилась еще сильнее. – Впервые вижу человека оттуда.
- Как видите, мы существуем, игерра Эола. Объясните ради небес, почему вас это так удивляет?
- А-а-а… - растерялась она. – Ну… муфланцы не любят выезжать за пределы провинции. Я слышала, они считают всех остальных… грубыми и глупыми.
- А все остальные считают грубыми и глупыми муфланцев, так?
Эола не ответила, но всем видом показала, что так и есть.
- Вы первый муфланец при дворе, - уточнил Лансьер. – И, должен сказать, вы достаточно… э-э-э… своеобразны.
- По крайней мере, мы говорим то, что думаем, - отбрила Полина. – И предателей у нас не любят.
На муфланцев, как и на Гагару, можно было валить все что угодно, чем Полина и воспользовалась – с жирнейшим намеком. Намек попал в цель.
Да, дядя, с такими ушами врать и подличать противопоказано. Демаскируют.
Джилиан и крашеный дед в беседе не участвовали, но слушали внимательно.
- Прошу прощения, могу я узнать ваше имя? – обратилась Полина к деду.
- Игер Дотус Амейро, - ответил тот, зыркнув из-под кустистых бровей. – Глава городского управления.
Полина попыталась припомнить, в каком контексте совсем недавно слышала про это учреждение.
Ах, да! Там трудится в поте лица маменька некроманта. Наблюдать за погодой, на которую нельзя влиять без экстремальной нужды, - неплохая синекура!
Разворошив муравейник, Полина рассчитывала сразу после обеда обсудить это с Джилианом, но у того были свои планы.
- Я позову вас, Поль, - сказал он, увлекая Эолу в личные покои.
Дверь за ними захлопнулась.
- Убиться веником, - пробормотала себе под нос Полина. – И ведь не подросток уже, чтобы так от спермотоксикоза страдать. Мозги отшибло напрочь.
- Простите? – переспросил секретарь Филеас.
- Я не вам, - отмахнувшись, она направилась к себе и дернула ослиный хвост.
Мессим явился быстро – все с тем же угрюмым видом. Полина вполне его понимала. Когда хочешь сказать многое, но не можешь – это ужасно.
- Эола Фоггер – любовница Джилиана? – спросила без лишних предисловий.
Мессим поморщился и кивнул.
- Идиот! – буркнула Полина, и Мессим снова кивнул, соглашаясь.
Ну да, можно хоть обкиваться, кивок к делу не пришьешь. Хоть какой-то плюс немоты. Свобода слова, то есть кивка.
- Она за него? Не знаете? Печально.
Так… раз уж пошла напролом, отступать теперь нельзя.
- Мессим, давайте начистоту. Судьба дала вам второй шанс. Я подозреваю, в прежней жизни вы сделали ошибку, за что и поплатились. Сейчас ее можно исправить.
Глядя, как он нервно кусает губы и морщит лоб, Полина поняла, что снова попала в десятку.
- Вас запугали? Нет? Подкупили?
Мессим скривился, замычал и замахал руками.
- Так… не подкупили, но близко, да? У вас были долги? Кто-то их выплатил? Да? Прекрасно! То есть ничего прекрасного, конечно, но ладно. Кто? Сетто? Алифран? Лансьер? Меррей? Эббер? Филеас?
Она перечисляла знакомые имена, но их было слишком мало. Мессим на каждое мотал головой.
- Яммер? Дотус? Эола? Маргуль?
Все, кончились. На ужине ей никого персонально не представляли.
Стоп, кто-то еще был.
Она снова перебрала мысленно всех, кого видела за эти два дня во дворце.
Ну конечно!
Вчерашний обед с Джиллианом – там были глава Ближнего круга Меррей и… как же его? Вот зараза! Высокий, сутулый, с седыми бакенбардами и нервными длинными пальцами.
Бетту!
Она назвала это имя, и Мессим кивнул с горестным видом.
- Бетту – человек Сетто? Нет? Значит, Алифрана?
Так, Лансьер и Бетту из одной коробочки. Из партии дяди Алифрана. Телохранителя купили, но убрать его могли как чужие, так и свои. По разным причинам.
Полина с досадой подумала, что пока лишь дергает за торчащие из клубка кончики, но даже не начала пока его разматывать. А то, может, дернет вот так – и еще сильнее все запутает.
- У Джилиана вообще есть сторонники? – спросила она и получила в ответ уверенный кивок.
Ну хоть что-то. Да и не могло быть иначе. Такого не бывает, чтобы у правящей персоны вообще нет сподвижников. Просто иногда они оказываются в трагическом меньшинстве.
- Как по-вашему, есть в Круге человек, которому он мог бы доверять?
Хоть и с сомнением, но все же Мессим кивнул.
- Можете написать?
Корявые буквы на листе бумаги сложились в незнакомое имя: Тиккер.
- А кто самый опасный?
«Бетту», - написал Мессим.
Глядя на два криво написанных имени, Полина вспомнила о координации и спарринге. А поскольку у Джилиана сейчас был совсем другой спарринг, имело смысл воспользоваться Мессимом. На данный момент они были почти на равных: голова знала, как надо, а у тела не имелось практики. Конечно, весовые категории сильно различались, но она не раз побеждала и не таких быков. Дело не в массе, а в умении и реакции.
После еды прошло около часа. Маловато, подумала Полина, надо бы побольше, но ладно, как-нибудь.
  
Мессим, выслушав ее, зашелся в каком-то хрюканье. Однако она уже стаскивала с кровати покрывало и одеяло, прикидывая, с чего начать.
  
Глава 21
 
Полина не сразу сообразила, с чего вдруг Мессим так возбудился, но потом дошло. Разворошенная кровать, готовая к труду и обороне, выглядела более чем двусмысленно. Точнее, совсем не двусмысленно выглядела. И насчет спарринга он понял явно превратно.