Академия магии. Магистр моих снов (СИ)

Лучше, если бы Николаса де Лорелье вообще не существовало в моей жизни. Именно!
Древние драконы, за что вы так со мной? Зачем послали такое испытание? Жалобно смотрю в небо, бегу, но смотрю. Ответа я, конечно, не получила. Но ускорение себе прибавила, так как не решила, что хуже: перчаточные приключения или очень ранние подъемы и забеги.
Солнце уже начало подниматься достаточно высоко. Хорошо, что осень на дворе, оно не печет, но согревает, потому что на улице достаточно прохладно. Зимний тепловой купол над территорией академии еще не активирован, а за ночь температура прилично опускается.
Осталось три круга, де Кобелье в нормальном расположении духа, значит время еще есть, решила я. Немного сбавляю темп, чтобы передохнуть. Смотрю на магистра, а он в этот момент смотрит на меня и прожигает недовольным взглядом, тыча в циферблат часов.
Отворачиваюсь, чтобы он не видел, и закатываю глаза. Ясно, отдыхать нельзя, ускориться можно. Не все так гладко по времени, как казалось или просто кобель придирчивый попался. Оставшиеся три круга пролетают, точнее, я их пробегаю. Пришла пятая из двадцати адептов нашей группы.
Стою, поставив ладошки на колени, согнувшись и оттопырив свои идеальные ягодицы. Я же говорила, с самооценкой у меня все отлично. Пытаюсь отдышаться, все-таки утренний сон это мое, а вот утренний бег совсем не мое. Слышу покашливание сзади меня, резко поднимаюсь и разворачиваюсь.
— Поздравляю, адептка де Ришелье, ваш результат засчитан, — и опять этот насмешливый взгляд. Он по-другому смотреть не умеет?
— Спасибо, магистр, — отвечаю, чтобы отвязался, но нет.
— Ты на все пары опаздываешь, Лея? — фи, да что ты с ним будешь делать, опять на «ты» перешел и имя мое без внимания не оставил.
— Никак нет, магистр, — вру. Бессовестно, не по-драконьи, вру.
— На тебя лежат старые жалобы в архиве деканата ото всех преподавателей. Говоришь, значит, не опаздываешь? — теперь прищур со смешинками. Скучно стало? Поговорить не с кем? Ночь спал, заскучал и теперь отрывается?
— Считаешь, что десяти магистрам почти одновременно показалось? — продолжает неуважаемый.
А я отвечаю, будто у меня магстинка заела: — Никак нет, — а что я скажу ему? Вообще удивлена, что они, оказывается, жалобы писали. Я, вроде, в аудитории всегда заходила с милой улыбкой дракончика - одуванчика. Неужели не срабатывало? Или они на сотое опоздание все-таки не выдержали и написали?
Ох, золотой человек наш прошлый престарелый декан, чихать он хотел на жалобы и на опоздания. Ему лишь бы быстрее на пенсию уйти, только она его и волновала. И ушел ведь, но улики не уничтожил, а теперь де Кобелье намерен на мне из-за них оторваться.
— Что ж, раз признаваться ты не хочешь, а ведь я не поленился и уточнил правдивость и актуальность жалоб у самих преподавателей, — кошмар какой, магистры такими занудными казались, а оказались еще и ябедами, — я решил назначить тебе наказание.
Что? Вот теперь я не выдержала и одарила его злым взглядом красных, горящих огнем, глаз, прямо и упрямо смотря в его смеющиеся глаза. На что он только улыбнулся. Ой! Как-то соблазнительно у него получилось… тьфу ты! Мысленно три поцелуя в небо и жест сердечко. Чур меня! Кобель! Никакой не соблазнительный.
— Наказанием за опоздания будет месяц отработки моим секретарем после занятий, — древние драконы, спасите. Или дем… рогатые, откройте врата в свое царство тьмы подо мной прямо сейчас, — сегодня начинаешь.
И вновь кобелиная улыбочка.
Великие, кажется, двадцать два года жизни все-таки мой предел. Если его не прибью я, то за мой язвительный язык, меня прибьет он.
Ух, магистр Николас де Лорелье, зря ты все это затеял.
  
Глава 10
 
Лея 
Уже неделю я отрабатываю свое наказание секретарем у декана боевого факультета магистра де Лорелье.
В мои задачи входит: приносить его величеству кобелю кофе, разбирать корреспонденцию и следить за канцелярией.
Но самая главная обязанность - это отпугивание бытовичек и магистресс, которые толпами, как на работу, ходят в его кабинет. То забредут случайно, то дверью ошиблись, то плохо стало и помощь нужна их отнести. Да, именно отнести, а не отвести, в лекарское к целителям. Каких только причин я не услышала за эту неделю. Кажется, уже вся женская половина академии здесь побывала. Ух, какой жеребец! Нарасхват!
 
Сначала мой стол стоял в уголке и эти мадам успевали зайти в приемную, прежде чем встретятся с моим, горящим огнем, взглядом. Потом я переставила стол, и теперь он стоит прямо напротив двери. Им удается лишь приоткрыть ее, я тут же одариваю мадам огненным прищуром и дверь сразу закрывается с другой стороны.
Когда де Кобелье увидел перестановку, он только усмехнулся и сказал: — Молодец, Лея. Хорошо держишь оборону.
На что я, уже не стесняясь, закатила глаза. Так вот для чего я нужна ему в качестве секретаря. Неужели в местных перчатках не нуждается? Своих предостаточно, видимо.
Но, кстати говоря, с того момента, как магистр появился в академии, мои эротические приключения закончились. Чему я несказанно рада. Древние драконы все-таки услышали мои молитвы и избавили от перемещения в кобелиных женщин.
Интересно, почему он сменил свой перчаточный образ жизни на монашеский? Может женился и решил блюсти верность своей жене? А может, здесь звучит прабабский зловещий смех, его хворь несостоятельности одолела? Хотя почему это смех прабабский, он уже давно мой родненький.
Не удержалась и громко, все также зловеще, засмеялась вслух. А в кабинете магистра что-то упало, испугался что ли? И вновь, еще громче, смеюсь от души.
Дверь открывается и я встречаюсь с кобелиным прищуром: — Лея, что веселимся? Тебе работы мало? — на что я покачала головой, едва сдерживаясь, чтобы не заржать как ездовая лошадь, — так я найду, — не обращая внимания на мое отрицательное покачивание, он ушел в кабинет и вернулся через минуту с огромной стопкой каких-то старых, или даже древних, книг. Тут мне стало не до смеха.
— Перечитай, выпиши и зарисуй все плетения десятого уровня. Их раньше не изучали в академии, точнее их вообще нигде не изучали. Это из недавно найденной библиотеки, которая осталась от драконов.
У него совесть есть? Мозгов нет, и что вместо них, я уже давно выяснила. А теперь, оказывается, и совести в наличии не имеется.
Он поставил книги на мой стол и развернулся, чтобы уйти, но я не вытерпела такой наглости: — Магистр, это входит в мои обязанности? — язвительно произнесла, а мои глаза зажглись огнем. Я очень зла. Руки под столом сжимаю в кулаки так сильно, что ногти уже впились в кожу. Что этот неуважаемый себе позволяет!
— Теперь входит, — насмешливо произнес не оборачиваясь, и продолжил идти.
— Да здесь работы на пару месяцев, — мой голос звенит от еле сдерживаемой ярости. Сейчас спалю академию, к дем… рогатым.
— Справишься за три недели или, если хочешь, можешь остаться моим секретарем еще на два месяца, пока все не выполнишь.
Он закрыл за собой дверь, а я не выдержала, зарычала и бросила чернильницу в ту сторону, куда он ушел. Потом очнулась, в полете спалила огнем и она пеплом осыпалась на пол. Не дайте великие, еще книг своих принесет, учить заставит и пересказывать.
— Ненавижу! — шепчу сквозь зубы, — как же я тебя ненавижу! — ночью перестал изводить, теперь днем жизни не дает. Слишком много магистра в моей жизни.
Мне нужно сбросить напряжение, решаю я. Мое состояние никуда не годится. А для этого отлично подойдет мой товарищ, сосед по парте и спарринг-партнер Марк де Шансье. Периодически еще и сексуальный партнер. Вот вечером к нему и пойду. Предвкушающе потираю руки и сжимаю коленки. Ух!
За книги все-таки пришлось сесть, слово декана для меня закон, подумав об этом, я скривилась.
Три недели осталось продержаться и я сделаю все, но ни дня дольше не задержусь рядом с этим высокомерным кобелем.
Древние драконы, дайте мне сил и терпения. И молитвенный жест для лучшего результата, и глаза закатить к небу.