Самойловы-2. Мне тебя запретили (СИ)

— Наташа, что произошло? — переводит взгляд на маму. — Мэриэн, в чем дело?
Боже, папа… Он же ничего не знает.
Я снова опускаюсь лицом в подушку и трясусь в тихом плаче.
— Мне кто-нибудь объяснит, что происходит!? — отец повышает голос.
— Егор, иди к гостям, — мама предпринимает попытку выставить папу за дверь.
— Они все быстро засобирались домой. Так что произошло?
— Натали… — мама неуверенно начинает, — поругалась со своим молодым человеком.
В комнате воцаряется тишина, прерываемая только моими всхлипами.
— С каким еще молодым человеком?
Вот теперь родительница молчит, явно ожидая, что я сама отвечу на папин вопрос.
— Наташа, — строго произносит отец. — Что еще за молодой человек?
Я отлепляю заплаканное лицо от подушки и пытаюсь сесть на постели, параллельно вытирая щеки и пытаясь успокоиться. Мама протягивает мне стакан воды, что всегда стоит на моей прикроватной тумбе. Я делаю жадные глотки, опустошая сосуд, и с шумом возвращаю его на место.
Это помогает. Мне удается несколько раз глубоко вдохнуть, правда, через рот, потому что нос по-прежнему забит. Отец стоит нахмуренный и всем своим видом показывает, что ждет от меня немедленного ответа.
— Я узнала, — начинаю все еще сдавленным голосом, потупив взгляд, — что, когда мы с Лешей начали встречаться, у него тогда еще была другая девушка. Я прочитала их переписку, — на этом моменте слезы снова подступают к глазам, но я силой пытаюсь их унять. — А он сказал, что ничего не обещал мне в тот день.
— Я не понимаю, какой еще Леша? — папа буравит меня взглядом.
— Самойлов Леша, — продолжаю растирать по лицу слезы и сопли.
В комнате снова воцаряется тишина, на этот раз прерываемая моим тяжелым дыханием сквозь забитый нос.
— Наша Натали и Алексей встречаются, — осторожно поясняет мама остолбеневшему отцу. — И вот они, видимо, первый раз поругались, — дипломатично добавляет.
Вот только меня эта дипломатия выводит из себя.
— Мама, он изменил мне! — у меня откуда-то находятся силы прокричать это. — Он был со мной, а потом с другой, а потом снова со мной!
Все мои попытки сдержать слезы летят в пропасть, и я опять начинаю всхлипывать, падая лицом в ладони. Я не вижу папу, но слышу, как он делает несколько шагов.
— Егор, ты куда!? — тут же подскакивает мама.
— К Самойловым, — объявляет отец и скрывается за дверью.
Глава 36. Искры летят
Я лежу на кровати и смотрю в потолок. Щека после ее пощечины полыхает адским пламенем, не давая забыть о том, что тут произошло несчастных 10 минут назад. Внутри меня борются два чувства.
Первое — побежать к ней и молить на коленях о прощении.
Второе — бросить ее на хрен к чертовой матери.
Я в десятый раз перевожу взгляд на валяющиеся на полу красные трусы, пиджак и смартфон. Наташина ревность перешла все границы. Шарить по карманам и залезать в телефон — это уже за пределами моего понимания. Просто поверить не могу, что она оказалась способна на такое.
Дальше что? Она установит мне в телефон программу слежения? Засунет жучок в мою машину? Наймёт частного детектива, чтобы он ходил за мной по пятам?
И она даже не попыталась меня выслушать.
Снизу слышится хлопок входной двери и возбужденные голоса родителей с сестрой. Быстро они вернулись. Я продолжаю лежать в своей комнате, не хочу сейчас никого видеть и ни с кем разговаривать. И в голове, и в душе полный раздрай.
Звонкий смех сестры на папину шутку, громкие шаги и снова хлопок двери, после которого шум в холле затихает. Опять куда-то ушли, с облегчением думаю я.
Но не проходит и пяти минут, как входная дверь опять громко открывается и закрывается.
— Егор!? — отчетливо слышу в тишине дома мамин голос. Значит, она с папой и Ирой не ушла. — Что-то произошло с Наташей? — этот вопрос она задаёт менее уверенно.
Я обреченно опускаю веки, с шумом выпуская воздух из лёгких.
— Да, произошло, — громко басит. — Выяснилось, что мою дочь до такого состояния довёл твой сын.
 
— Леша?
— Да, он.
— Не понимаю, как Леша мог довести Наташу до слез.
— А очень легко, Кристина. Оказалось, что наши дети встречаются, и Леша сильно обидел мою дочь.
На мгновение во всем доме воцаряется гробовая тишина.
Не к добру, вдруг приходит мысль в голову.
— Встречаются!? Первый раз об этом слышу.
— Я тоже первый раз об этом услышал несколько минут назад, когда моя дочь вернулась домой вся в слезах из-за твоего сына!
— Так, значит, это из-за Натальи Леша решил бросить Гарвард!? — в ужасе восклицает мать.
— Я не знаю, что он там решил бросать, да меня это и не волнует. А вот что меня волнует, так это то, что твой сын очень плохо обращался с моей дочкой, — на последних словах его тон становится еще выше и жёстче. — Наташа сказала, что он ей изменял! Это как понимать, Кристина!? Моя дочь захлебывается слезами из-за того, что твой Леша оказался полнейшим козлом, позволяющим себе такое отношение к девушке!
— Кхм, — мама всегда так делает, когда пытается подобрать дипломатичные слова. — Ты уверен, что все так однозначно?
— Увереннее некуда. Я в шоке, Кристина, от вашего сына! Вы как его воспитывали!?
— Знаешь, что, Егор? — шипит мама после паузы в несколько секунд. — Из-за твоей вертихвостки мой сын отказался от своей цели, от своего будущего! Остался тут подтирать твоей Наташе слюни, потому что сама она даже этого не умеет…
Они говорят что-то еще. Я продолжаю смотреть на белый потолок и люстру в стиле хай-тек, понимая, что сейчас происходит ровно то, чего я всегда опасался: конец тридцатилетней дружбы семей из-за того, что у нас с Наташей ни черта не вышло. Ее отец не потерпит и косого взгляда в адрес Натальи. Моя мать же не терпит, когда что-то идёт не по ее плану. 
Именно это я и предвидел.
Входная дверь снова хлопает, и я слышу возмущённый голос отца:
— Что тут происходит? 
— Жена твоя пускай тебе расскажет, какого вы воспитали сына! — Дядя Егор не сбавил оборотов, а даже наоборот, еще сильнее разошёлся. — И как он поступил с моей дочерью!
— Максим, — влезает мама. — Ты представляешь, это из-за Натальи Леша бросил Гарвард! Эта девица обработала ему мозги по полной программе!
— Выбирай выражения, когда говоришь о моей дочери!
— Егор, не повышай голос на мою жену!
Я понимаю, что если это не остановить, то скандал наберёт еще большие обороты. Встаю с кровати и направляюсь вниз. О том, какой накал страстей царит в холле, заметно даже невооруженным глазом. Искры так и летят. Как только я появляюсь, возмущённые голоса затихают и головы поворачиваются в мою сторону.
— Егор Владимирович, позвольте прояснить ситуацию, — сходу начинаю. — Мы с Наташей действительно встречаемся, но я не изменял ей. Она прочитала старую переписку с моей бывшей девушкой. Объяснить все Наташе у меня не было возможности, потому что она сразу вспылила и убежала домой. Я поговорю с ней, когда она успокоится.
— Увижу тебя возле своей дочери — убью, — прилетает мне моментальный ответ. При этом своим гневным взглядом он меня уже расчленил.
Егор Владимирович разворачивается и быстро выходит из дома.
Вот и прояснил ситуацию.
— Леша, — как только за дядей Егором закрывается дверь, мама направляет свою воинственность на меня. — Значит, это ты из-за Кузнецовой решил не ехать в Гарвард!?
— Да, — честно отвечаю.
Мать фыркает.
— Из-за этой вертихвостки!?
— Наташа не вертихвостка, — поправляю ее.
— Самая настоящая вертихвостка! Она промыла тебе мозги…
— Кристин, хватит уже, — вмешивается отец. — Леша сам решит, где он будет учиться.
— Он уже решил! Он поступил в Гарвард, а из-за Кузнецовой теперь ставит крест на своём обучении! У нашего сына была цель!
— Мам, успокойся, а.
— Это просто уму непостижимо! — возводит руки к потолку.