( Не) Любимая жена (СИ)

- Куда меня везут? – хрипло спросила я и попыталась сесть, но не смогла. Ниже пояса я не чувствовала своего тела и испуганно уставилась на сиделку.
- В провинцию Фестельхейма. Там у Его Светлости поместье, – ответила женщина.
- Я не чувствую ног! – паника подступала к горлу.
- Из-за падения. Император в последний момент успел спасти вас, иначе бы разбились на смерть. Я позову ваших мужей, – сиделка ударила два раза по стенке повозки, и та остановилась.
- Не зови, прошу тебя, – зашептала я, ложась ровнее. Не готова их видеть, не готова вступать в перепалку. У меня одно желание – выцарапать им глаза. Я ведь их даже отпинать не смогу. Зажмурилась, не замечая слёз, текущих по вискам и волосам на подушку.
- Очнулась? – влетел в повозку Дадарио. Затаила дыхание, молясь, чтобы женщина соврала.
- Нет, ещё не пришла в себя, она стонала и плакала, – выкрутилась женщина.
Почувствовала тень мужа, нависшего надо мной. Он большим пальцем стёр слёзы и уложил ладонь на лоб. По векам ударило небольшое свечение, и от головы вниз прошлась холодная волна, вызвав озноб. Я стерпела, не подала виду. Главное – головная боль прошла, за это спасибо. Дадарио ушёл, выдохнула и посмотрела на сиделку.
- Спасибо, – прошептала, еле сдерживая слёзы. – Фестельхейм – это город?
- У вас ещё с памятью беда? – удивилась женщина, подсаживаясь ближе.
- Похоже на то.
- Фестельхейм – это одна из пяти империй Нодарии, – начала рассказ сиделка.
- Нодарии? – перебила её.
- Наш мир называется Нодария, – терпеливо объяснила она. – Сейчас мы едем на границы Фестельхейма и Шермана. Ваши мужья сказали: вы любите уединение и не хотите быть на глазах у высшего общества. Чистый воздух и природа пойдёт вам на пользу.
- Угу, спрячут меня подальше от глаз и пойдут дальше изменять, прожигать жизнь и пировать, – буркнула я. – Это они стыдятся калеки-жены.
- Зря вы так. Они за эти две недели не отходили от вас, наняли лучших лекарей.
- Рассказывай дальше, Шерман – это тоже империя? – нетерпеливо отмахнулась я.
- Да, это империя нагаатов.
- Нагаатов? Это кто такие?
- Вы даже про населяющие наш мир расы забыли? – удивилась женщина. Кивнула. – Нагааты – это змеелюды. Так же в Нодарии живут орки, ирлинги и фейри.
- Кошмар, – пробормотала и прикрыла глаза. – А я какой расы?
- Вы человек, - улыбнулась женщина. – В Фестельхейме живут только люди. У нас закрытая империя. Император может пригласить гостей из других империй, но это бывает очень редко и по особым случаям.
Возможно, и правильно делает. Что может сделать человек против всех этих рас? Стать едой для них разве что. Интересно, меня специально везут на границы? Чтобы по-тихому сплавить змеям? Я не верила, что мужья будут лечить меня. Но и впадать в депрессию не собиралась. Безвыходных положений не бывает!
- Как тебя зовут? – опомнилась я, посмотрев на сиделку.
- Тарика, госпожа, – улыбнулась она.
- Тарика, пожалуйста, не говори моим мужьям о потере памяти. Я заплачу тебе драгоценностями.
- Мне не нужны деньги, но я сохраню вашу тайну, госпожа, – женщина тепло улыбнулась и сжала руку.
Прикрыла глаза. Единственная добрая душа, что попалась мне, растопила глупое сердце.
 Глава 4. Ограниченные возможности - не приговор. 
Через один день мы, наконец, приехали в имение первого мужа. Ага, Родерик – первый муж. Дадарио подхватил меня на руки и отнёс в новую спальню. Я успешно притворялась спящей красавицей, ещё не выбрала линию поведения с деспотами. Но к вечеру меня раскусили. Не вовремя вошли и увидели, как я пытаюсь сесть. Правда, передняя часть перевешивала нижнюю, и я чуть не свалилась с кровати. Родерик успел подхватить и посадил ровнее.
- Хочешь закончить начатое и разбить свою тупую голову? – прорычал он, нависнув.
- Не дождёшься, – огрызнулась я.
Следом за Родериком зашёл Дадарио, незнакомый мужчина и Тарика.
- Здравствуй, Лилиана. Меня зовут Эндер, я лекарь, – улыбнулся незнакомец. – Позволишь осмотреть себя?
 
- Приступайте, док, – пожала плечами, мысленно удивившись: неужели мужья раскошелились на лекаря?
Эндер вместе с Тарикой уложили на подушки и под бдительным оком мужей провели осмотр. Ощупали конечности, приложили несколько кристаллов. Мужчина постоянно что-то бубнил себе под нос, а Тарика записывала в блокнот. Осмотр длился около двадцати минут и утомил. Так как вертели меня, как куклу: то на живот положат и обследуют позвоночник, то снова перевернут. Закончив со всеми манипуляциями, врач покачал головой и повернулся к мужьям.
- Боюсь, последствия необратимы. Она не сможет ходить, о детях тоже придётся забыть. Выносить плод в её состоянии невозможно.
- Нам нужно письменное заключение, – заявил Родерик и повёл врача из комнаты. Следом ушёл Дадарио.
Я в шоке проводила их взглядом и посмотрела на единственную, кто мне искренне сочувствовал – Тарику. Она подошла ближе, помогла сесть и крепко обняла. Слёзы не смогла удержать, горько орошая батистовое платье своей сиделки, я проклинала этот мир и чёрствых мужчин. Зачем-то же они женились на Лилиане? И ни у одного не возникли мысли задержаться, поддержать, посочувствовать.
- Не плачьте, госпожа, всё наладится, многие живут без детей. Вы же можете усыновить из приюта детишек, ваши мужья очень богаты и смогут себе позволить.
- Хватит! – прервала я Тарику. – Оставь меня одну.
- Я буду за соседней стенкой, только позвоните в колокольчик и мигом приду, – улыбнулась женщина и удалилась.
День прошёл в полном одиночестве. Я лежала, укрывшись одеялом, и размышляла о своём положении. Вариант, чтобы сказать мужчинам о переселении душ, даже не рассматривала. Облезут, да и не поменяется их отношение. Зачем двум красавцам, имеющим вес в обществе, калека-жена с чужой душой? Так и не поев, уснула, на этот раз мне приснились настоящие родители и Боря.
Утром нового дня меня разбудила Тарика. Она показала на коляску и улыбнулась.
- Лекарь оставил, – светилась от счастья женщина. Будто это машина.
Инвалидная коляска была на воздушной подушке и управлялась кристаллом, встроенным в подлокотник. Он, как рычажок, крутился в разные стороны.
- Давайте я вас искупаю, переодену и поедем завтракать на свежем воздухе, – предложила Тарика, - Не стоит замыкаться в себе и прятаться от мира.
- Хорошо, – апатично буркнула я и позволила Тарике пересадить меня сначало на коляску, а после в низкую ванну.
Мне было плевать, что чужая женщина моет меня. Плевать на всё, что она делает. После купания Тарика оставила меня и вернулась с двумя простыми платьями.
- Какое выбираете?
- Никакое.
- Так нельзя, госпожа, давайте вот это поярче, – она показала на розовое с белым платьишко.
- Пусть будет это, – безразлично кивнула, и меня одели. Волосы закололи наверх и усадили обратно в кресло.
- Вам нужно учиться управлять, поэтому просто езжайте за мной, – решила Тарика и вышла из ванной.
Со вздохом положила ладонь на кристалл, он засветился тускло голубым. Снизу коляски выехали мягкие пластины и сковали ноги, чтобы не дать мне упасть, так же и талию зафиксировали широким и эластичным поясом. Направила вперёд, и коляска плавно поехала. Поместье было в три раза меньше первого замка, в котором я проснулась, сразу после моей комнаты шла лестница. Коляска немного накренилась и полетела по ступенькам, с этим проблем не возникло. А вот увидев во дворе мужей, сидящих за столом, остановилась. Захотелось развернуться и поехать обратно в комнату, пересилила себя и подъехала ближе.
Первой начинать разговор не стала, намазала на хлеб масло, взяла пару кусочков сыра и приступила к завтраку. Мужчины тоже не спешили общаться, один читал желтоватую газету, второй наблюдал из-под опущенных ресниц. На завтрак была яичница с маленькими помидорчиками, вкусно. Отложив пустую тарелку, налила себе чай и сделала ещё один бутерброд с маслом и сыром.