( Не) Любимая жена (СИ)

- Мы ещё не обсуждали наше будущее.
- Вы, люди, так любите мусолить, обсуждать, раздумывать! – грозно рыкнула орчиха, подавшись вперёд. – Он в тебя влюблён, разве не видно? Посмотри, как внимательно следит за нами.
Повернулась и заметила Йоргена в метрах пяти от нас. Он стоял, широко расставив ноги, скрестив руки на груди, и смотрел прямо на меня.
- Бдит. Боится, что обижу. Боится, ляпну что-то, и ты убежишь от него.
- Я уже замужем, Йонда. И мне сказали, что пока брак не аннулируется, больше замуж не смогу выйти, – призналась орчихе, отворачиваясь от Йоргена. – Поэтому, простите, но выйти замуж за вашего брата не смогу.
- За кем замужем? За нагами? – прищурилась женщина. – Тебя обманули. Наги не проводят такие ритуалы.
- Нет, не за нагами. Откуда вы вообще о них знаете? – теперь мне пришлось удивляться. Ведь Йорген обещал никому не говорить.
- Они отправляли запрос ещё в тот день, когда тебя привёз Йорген. Я им соврала, – спокойно так ответила императрица.
- Что вы сделали? – я вскочила, уронив кресло.
- И твои письма не отправила, – добила меня эта женщина. – Йорген даже не знает об этом, и, скорее всего, мы сильно поссоримся.
- Вы не имели право! Обо мне вы подумали, пока устраивали судьбу брата?! – я нависла над женщиной вдвое больше меня, гневно выкрикивая.
- Что случилось? – к нам подошёл Йорген.
- Твоя сестра не отправила мои письма. Твоя сестра обманула нагов!
- Йонда! – рявкнул орк, зеленея на глазах.
- Остынь! - рыкнула орчиха и, встав, грохнула кулаком по столу, да с такой силой, что он разломался надвое.
Напитки, салаты и прочие продукты, лежащие на столе, разлетелись в разные стороны. Часть из них попала на меня. Но сейчас меня это не волновало. Я была в бешенстве и пыхтела, готовая вцепиться в лицо этой императрице.
– Я сделала это ради тебя. И сделаю снова, если потребуется. Прекратили истерику оба, придут ваши наги в полдень, и соединишься с ними!
- Манипуляторша! Думаете, я после всего приму Йоргена? Вы даже не представляете, через что прошла за эти дни!
- Представляю. Кейден рассказал, – грустно вздохнула Йонда. – Ты для родного брата тоже сделала бы всё. Оставлю вас наедине. Поговорите.
Орчиха ушла, по дороге приказав двум оркам прибраться. Я возмущённо испепеляла взглядом спину удаляющейся императрицы. Йорген тронул за плечо, подняла голову.
- Я не знал о своеволии Йонды. Пойдём в портальную, отправлю тебя к нагам, – орк был потерянный и очень злой. Он еле сдерживался и старался говорить спокойно.
- Они сами придут через пару часов. Я не злюсь на тебя, – с усилием ответила, сжимая кулаки.
- Я злюсь, – буркнул орк. – Провожу тебя к беседке и переговорю с сестрой. Подождёшь?
– Лучше проводи меня в ванную, нужно умыться. Под мороком не видно, но я вся липкая.
- Хорошо, – не стал спорить мужчина и завёл в дом. Узнал у пробегающего слуги, какие гостевые комнаты свободны, и проводил к одной из них.
Я попросила дать мне время побыть одной. Сказала, что сама спущусь вниз, и закрылась в комнате. Мне просто нужно было уединение. Нужно было подумать. Ведь я моих нагов почти записала во враги народа. А они искали меня, место не находили. Просто не представляю, как теперь всё сложится?
С мыслями об Арно сняла морок и зашла в ванную. Даже в волосах были фрукты. Гадина, а не императрица! Дал бы мне кто дубинку, я б показала ей семейное насилие. Вымывшись до скрипа, завернулась в полотенце, вышла из душа и остановилась возле зеркала. Опять глаза опухшие и нос красный. Пора перестать плакать. Совсем скоро я встречусь с любимыми. И навсегда оставлю империю орков…
За окном раздавались голоса двух родственников. Вышла из ванной и подошла к тяжёлым и тёмным занавескам. Комната была в мужском стиле: тёмно-синие обои, массивная мебель орехового цвета, плотные гардины, не пропускающие свет. Слегка приоткрыла занавески и посмотрела, как ругаются брат с сестрой. Очень уж эмоционально они это делали. Прям как мы с Борей. Боря такой же, как и Йорген. Спокойный и степенный мужчина. Только со мной он может самозабвенно орать и скандалить.
 
- Кажется, кто-то из нас ошибся комнатой, – услышала за спиной до боли знакомый голос и резко задёрнула занавески, погружая комнату в темноту.
Я боялась повернуться к нему. Стояла, сжимая полотенце на груди, и ждала, когда он уйдёт. Император Фестельхейма продолжал стоять на пороге и смотрел на мою спину, чуть подрагивающие плечи и волосы. Как назло, клинок, который я нашла в доме Йоргена, лежал там же, где и талисман с мороком. Как же мне не везёт во дворцах императоров. Зажмурилась и, прокляв всех на свете, глубоко вдохнула.
- Явно это были вы, – грубо ответила, чуть изменив голос. Позади услышала шумный выдох, и мужчина мягкой поступью подошёл ко мне. Почувствовала его дыхание на макушке.
- Повернись! – властно, но тихо потребовал он. Почувствовала запах дорогого алкоголя. Кажется, император выпивший.
- Уходите.
Сжав мои плечи, он круто развернул на себя и уставился в лицо, так как глаза я зажмурила и нос сморщила. Понадеялась, в темноте не узнает и, извинившись, что обознался, выйдет. Я же больше не калека. Не в инвалидном кресле. Нужно было просто отойти, дойти до комода, взять клинок и закончить желаемое. Убить того, кто виноват во всех моих бедах. Вот только меня пригвоздила его аура. Пьянила близость, окутывал его запах. Как бы сильно я ни проклинала его, меня тянуло к нему с невероятной силой.
Император Фестельхейма ласково погладил по щеке большим пальцем, зарылся в мокрые волосы и, склонившись, поцеловал. Старалась поджать губы. Хотя кого я обманываю? Сама потянулась, выпуская из рук полотенце, обвила его шею руками и позволила целовать меня. Порочно, жёстко, жадно.
Я зарывалась в его волосы, тянула на себя, царапала бархатистую кожу под пальцами и сгорала от его собственнических поцелуев. Он же распалялся сильнее, бессвязно шепча что-то. Подхватил под попу и уложил на кровать.
- Ты просто призрачное видение, мечта, морок, – шептал он, клеймя поцелуями шею, откидывая в сторону полотенце и сжимая оба полушария.
Я задыхалась от страсти, выгибалась в умелых руках и позволяла ему всё. Он торопился, боясь потерять меня. Его жесты были рваные и грубоватые. Рывком отстранившись, он с наслаждением смотрел на моё тело. Я загнанно дышала, мысленно требуя от него продолжения. Меня возбуждало его неприкрытое обожание и собственное желание.
- Не медли, - простонала я, тянясь к мужчине.
Больше слов ему не нужно было. Он грубо снял с себя одежду, набросился на губы в жадном поцелуе и резко соединил нас. Из глаз брызнули слёзы, я закричала и оттолкнула его. Мужчина был ошеломлён.
- Ты девственна? – зашептал он, сцеловывая слёзы с щёк и припухшие губы. – Прости, прости, малышка.
Он снова начал заводить меня, целовал и ласкал губами напряжённые вершинки, поглаживал мои складочки и почти довёл до края пропасти. Почувствовав, что я расслабилась, он медленно вошёл вновь и замер.
Я обвила его шею руками и поцеловала, получая плавный толчок. Подстёгивая его к действиям, закинула ноги на бёдра и прижалась теснее. Постепенно мужчина нашёл нужный нам ритм и задвигался, вонзаясь с каждым разом резче, мощнее, глубже. Не стесняясь никого, я громко стонала, расцарапала его спину и выгибалась дугой, показывая чудеса гибкости. Мы пришли к долгожданному экстазу вместе и, разбившись, упали на влажные простыни.
Мой нечаянный любовник перекатился на спину и прикрыл глаза, восстанавливая дыхание. Я же раздумывала над двумя загадками этого дня. Как я оказалась девственницей, будучи замужем за двумя мужчинами? И как бы так извернуться, достать клинок, вонзить его в императора и незамеченной уйти?
Мужчина повернулся ко мне и снова поцеловал, его руки гладили спину, лаская и заводя вновь. Я пропадала от него, забывала себя, теряла весь здравый смысл. Сама перевернула его, укладывая на лопатки, и села на вновь вздыбленную плоть.