( Не) Любимая жена (СИ)

- Это твоя работа, Мари, – снисходительно заметил мужчина.
- Да, но она нагрубила мне, - обиженно выпятив губы, сказала она.
- Нагрубила?
- Сказала, что уволит меня, и никто ей не указ, – шмыгнула носом служанка.
- Ничего не бойся, никто тебя не уволит, – мужчина погладил свою даму сердца по ножке, заползая пальцами под подол, и звонко хлопнул по бедру. – Иди, работай, крошка, на мою жену не обращай внимания.
- Хорошо, господин Родерик. Если что-то нужно, только позовите, – расплывшись в улыбке, Мариса направилась к выходу.
Я быстро отскочила и пошла в ту сторону, куда уже ушла Рейка. Надо же, какой мерзавец! При живой жене спит со служанкой. Не нашлось, что ли, лучше кандидатуры. То же мне, мужик! Кипя от негодования, я зашла в столовую и впервые не скривилась от дизайна комнаты.
Столовая была светлая, с двух сторон застеклённая панорамными окнами и без вычурных картин. Длинный стол в комплекте со стульями и аквариум с рыбками возле третьей стены. Чуть в стороне была тумба и небольшой столик с двумя стульями у окна. Я показала Рейке на маленький столик, у окна и она переложила столовые приборы.
Завтрак прошёл изумительно, меня брат называет психом-одиночкой, я очень комфортно с самой собой сосуществую. Будь то приём пищи, досуг, работа или банальные покупки. Я всё делаю одна, мне так удобно, нет никаких раздражителей. Конечно, я не запираюсь в своей комнате, как асоциальный тип, но и не ищу компанию. Так же и с вдохновением, если рядом будет кто-то, вдохновение улетит и не вернётся. А стоит остаться одной, мне не мешает музыка, сериал или уличные звуки, я полностью ухожу в картину и творю.
Пока я рефлексировала, попивая чаёк и рассматривая пейзаж за окном, прошёл час. И где-то зазвонил звонок. Кажется, пришла некая Ларета одевать меня. Я оказалась права, в столовую выплыла очень эффектная женщина, за ней по воздуху плыла стойка с вешалками. От удивления совсем позабыла о манерах, пялилась на чудо-чудное.
- Доброе утро, Лили, - лживо улыбаясь, мадам остановилась возле меня.
- Здравствуй, – поднялась и, обойдя дамочку, схватилась и покрутила стойку.
Обычная, никаких гидравлических подушек или ещё каких-то чудных техник. Это же сон, тут может быть всё что угодно, даже небо розовым. Резко вскинулась и посмотрела на небо. Оно действительно было розовым. Вот это да…
- Что это с тобой? – сморщив нос, спросила Ларета.
- Ничего, что ты для меня приготовила? – отмахнулась я, продолжая вживаться в роль. Очень интересно, чем же закончится этот сон. Хотелось увидеть родителей. Я их с семи лет не видела.
Всё, что мне показывала эта дамочка, было ужасным, безвкусным и глубоко ранило мою нежную душу художника. Как же так, что в моём собственном сне я не могу одеться так, как я хочу.
- Оставь всё, я выберу что-нибудь, – вздохнула я.
- Пикник через три часа, хоть раз в жизни не подводи мужей, – настоятельно порекомендовала Ларета.
- Мужей? – нахмурилась я.
- Дадарио и Родерик всё делают для тебя, ты живёшь, горя не зная, и вместо того, чтобы быть благодарной, подарить им долгожданную дочь, ты превращаешь их жизнь в ад.
- Покинь мой дом, Ларета, – сухо потребовала я, разозлившись. Женщина удивилась такой реакции, её брови взметнулись на лоб. Поджав губы, она резко дёрнула подолом и, развернувшись, вышла из комнаты.
Потянула за собой стойку и пошла в свою комнату. Я была преисполнена гневом. Оказывается, эти два красавчика – мои мужья. И это мне они изменяют. Точнее один из них изменяет. Ну что ж. Пока не проснусь, устрою им фирменный вынос мозга. Заметив Рейку, притормозила.
- Принеси ко мне швейные принадлежности, – приказала я, вживаясь в роль хозяйки этого дома.
- Да, госпожа, – присела служанка и убежала.
У меня было три часа, но я управлюсь и за полтора. Дождавшись девушку, выхватила из её рук сундучок и занялась своим образом.
К обеду я была во всеоружии. Из трёх платьев взяла всё самое лучшее и крутилась у зеркала, любуясь своим нарядом. Платье получилось лёгкое, Удлиненный низ и открытые плечи удачно сочетались с фактурой и выгодно подчёркивали хрупкость моего тела. Волосы я не стала убирать наверх, с висков взяла прядки и заколола на затылке. На шею же надела кулон с небольшим камушком и серёжки. Они нашлись на туалетном столике. Завершал образ мои белые плетённые босоножки на каблучке.
 
Я как раз красилась, когда без стука ко мне вломился один из «мужей». Он окинул меня удивлённым взглядом, заметил беспорядок на полу, слегка нахмурился, но промолчал.
- Поехали, Лили, – довольно миролюбиво приказал мужчина.
- Подожди минуту, докрашусь, – ответила я, старательно вырисовывая стрелки.
В отражении видела, как он поджал губы, опустил глаза в пол и руки сунул в карманы. Злится. Пусть радуется, что я вообще одета. Только встреча с родителями держит меня в тонусе. Так бы прибила этих двух.
Уронила карандаш в специальную деревянную шкатулку и полезла искать тушь. Туши не было, нашлась помада.
- Лили, не испытывай моё терпение, я же могу и оставить тебя дома, – процедил сквозь зубы этот муж.
- Конечно-конечно, милый, только губы подкрашу, – проворковала я, стреляя в него глазками. Этот опять запыхтел. Докрасив губы, развернулась к нему и лучезарно улыбнулась. – Я готова!
- Отлично, пойдём, – отрывисто бросил он и быстрым шагом вышел из комнаты.
Подхватила небольшой клатч, в котором лежали носовые платки, пара непонятного вида монет и горный хрусталь, и вышла за предполагаемым мужем. Кажется, этого зовут Дадарио, а тот, кто мне изменяет, – Родерик.
Выйдя из дома, я наткнулась на доисторическую машину. Открытый экипаж на колёсах, как у телеги. На таких ездили в восемнадцатом веке. Надо же, какое у меня умное подсознание выдумало такое. На месте водителя сидел мужчина в чёрном, в шляпе-цилиндре. Типичный кучер из викторианской эпохи. А вот на пассажирской лавке нас ждал злючка-муж. Дадарио не утратил свои манеры и помог взобраться в их авто и занял место напротив меня, рядом со своим другом по интересам.
До пункта назначения мы добирались молча. Мужчины сверлили меня взглядами, я же рассматривала красивые локации и диву давалась увиденному. Всё так красиво, красочно, улицы будто сошли с моих картин. Такие сочные цвета, природа обворожительная, небольшие улочки с каменными мостовыми.
А когда увидела помпезный дворец, просто онемела от восторга. Он был просто огромен и нависал над городом как гигантская скала. Я, запрокинув голову, разглядывала фасад, округлые окна и французские балкончики, увитые вьющимися цветами, не замечая, как мужья уже спустились и ожидают меня.
- Лилиана! – рявкнул нервный Родерик. От его окрика вздрогнула и посмотрела на мужчину. – Спускайся, хватит витать в облаках!
- Незачем так кричать, рассмотреть пейзаж можно же, – проворчала я и, закатив глаза, схватилась за ладонь Дадарио. – Спасибо, милый, – улыбнулась этому красавчику. Он хотя бы не рычит так уж сильно.
Родерик перехватил мою вторую руку и, сжав до боли, повёл вперёд. Я поморщилась и попыталась вытащить пальцы из его руки. Он сжимал сильнее и, кажется, сломал мне там кость. Дёрнула конечность.
- Тебя не учили быть нежнее с женщинами? – возмутилась, разминая пальцы. – Ты мне руку сломал, идиот.
- Как ты меня назвала? – мужчина жёстко схватил за подбородок, причиняя очередную боль моему временному телу, и приблизился вплотную, буквально нависнув. – Забылась, дорогая жёнушка?
- Отпусти меня, изверг, – прошипела и с силой топнула каблуком по его ноге. Мужчина зарычал и оттолкнул меня в руки Дадарио.
- Для неё пикник окончен! Пусть кучер отвезёт домой, поговорим вечером, – отдал приказ Родерик, смотря на второго мужа.
- Нет, нет, я хочу увидеть родителей! – запаниковала я и барахталась в сильных руках Дадарио.
- Сама виновата, нужно было слушаться нас, – покачал головой второй и толкал в сторону машины.
Кое-как извернувшись, оттолкнула Дадарио и, обогнув Родерика, побежала туда, где раздавались звуки музыки и смех женщин.