Белоснежка и магистр-чудовище, или Как не вернуться в сказку

Старший брат стоял, уперев руки в бока, его лицо было искажено смесью гнева и недоумения. Он словно видел меня впервые. Его голос дрожал от ярости, в то же время в нем слышалось что-то похожее на страх. Я почувствовала, как внутри меня все сжалось. Его слова были как удар под дых.
– Как ты могла предать нас? – повторил он, но уже тише, будто боялся, что его услышат другие.
  
Я стояла не в силах пошевелиться. Мои ноги словно приросли к полу. Кровь отхлынула от лица, и я ощутила, как волнение медленно сковывает тело. Предать? Что он имел в виду? Я не могла поверить в то, что услышала. Происходящее казалось каким-то ночным кошмаром, от которого я не могла очнуться.
– Еще ведь рано, я не опоздала… – прошептала я, надеясь, что мои слова успокоят старшего брата. Но тот лишь покачал головой. Его взгляд стал еще более невыносимым.
Стрелки часов показывали ровно семь утра.
Задержав взгляд на циферблате, я замерла. Что-то было не так. Часы показывали семь, но по моим ощущениям время ускорилось. Все вокруг казалось слишком реальным, слишком четким. Я не понимала, что происходит, но знала, что это имеет значение.
– Вот это что? – старший брат указал на большой конверт, лежавший на столе. Взглянув на него, я так и застыла. Конверт был запечатан большой сургучной печатью. На ней я рассмотрела драконью морду. Ее глаза сверкали, словно живые, и я почувствовала, как по спине пробежали мурашки.
– Не знаю… Кому мне писать, если, кроме вас, я никого не знаю? – растерянно пробормотала я. Мой голос дрожал, и я ощущала, как слезы подступают к горлу. Я не хотела плакать, но не могла справиться с эмоциями.
Старший брат нахмурился. Он сделал шаг вперед, но конверт снова сдвинулся с места, словно избегая его прикосновения. Один из братьев, тот, что стоял рядом с ним, демонстративно протянул руку, но конверт вновь ускользнул, как будто его удерживала невидимая сила.
– Открывай! – скомандовал старший, повысив голос. – Это не просто конверт – внутри что-то важное. И оно предназначено только тебе.
Преодолев волнение, я шагнула к братьям и снова встретилась с их взглядами. Старший нахмурился и раздраженно, с нетерпением прошипел:
– Не томи…
Я вздрогнула, но все же взяла конверт. Бумага была прохладной на ощупь, и я почувствовала, как во мне поднимается волна тревоги. Братья не препятствовали, но их напряженные позы говорили о том, что они не собираются отступать.
– Да что с тобой?! Вскрывай уже! – рявкнул младший, подойдя ближе и нависнув надо мной. Это еще больше напугало, но я заставила себя подавить страх.
Я сломала печать, и из конверта выпал лист бумаги. На нем был небольшой текст, написанный аккуратным почерком, а внизу стояла размашистая подпись. В углу листа была печать, напоминающая герб.
– Печать академии магии? – прошептала я, не веря глазам.
– Читай! Мы не видим текст, ясно же, что он предназначен только для тебя! – Старший брат схватил меня за плечо, больно сжав его.
– Если для меня, то почему я должна читать его вам? – внезапно почувствовав прилив смелости, упрямо посмотрела на него.
Нет, я уже прочла текст. Он был коротким, но содержал слова, которые я не могла забыть. Они были как приговор для меня.
Братья убьют меня, если я им расскажу…
 
Глава 3
 
– Розги, ко мне! – скомандовал старший, и три длинных прута с треском повисли в воздухе, готовясь опуститься на мои плечи.
Я вздрогнула, ощущая, как холод пронизывает тело. Ноги подкосились, словно земля ушла из-под них, и я едва удержалась на месте. Сердце колотилось, как бешеное, накатывала паника.
Сглотнув комок страха, попыталась взять себя в руки, но пальцы предательски дрожали. Письмо, которое я держала, казалось мне спасительной соломинкой, но оно дрожало вместе со мной. Я зачитала текст вслух, надеясь, что голос не выдаст моего волнения, однако слова звучали глухо и неестественно:
«Добрый день, дорогой магически одаренный! Белла Снежкова приглашается на факультет травоведения. В связи с тем, что в мире не хватает магов вашего профиля, вы приглашены на обучение на безвозмездной основе. Ваше содержание берет на себя королевская казна. Ждем вас в ближайшее время на регистрацию в учебном заведении. Магистр Андрэ Чудовищев».
– И все? – брат прищурился. Его взгляд, холодный и острый, словно нож, пронзил меня насквозь. – Ты уверена? – спросил с насмешкой, отчего у меня внутри все сжалось от обиды и страха.
– Все! – ответила я твердо, но голос предательски дрогнул. Во мне бушевала буря эмоций: радость, надежда, страх и отчаяние. Я знала, что правда на моей стороне, но слова застревали в горле.
– Тогда это ерунда. Ты никуда не идешь, – отрезал старший брат, и его слова прозвучали, как приговор. Остальные переглянулись, и я почувствовала, как в комнате стало холоднее, будто сама тьма сгустилась вокруг нас. – Приготовь завтрак. Нам пора по делам.
Слезы уже наворачивались на глаза, но я не могла позволить себе слабость. Опустив голову, чтобы не видеть выражений их лиц, побрела на кухню. В голове роились мысли, каждая из которых была как удар молота. Я знала, что, если сейчас же не начну действовать, упущу свой шанс. Но как? Как я могла противостоять братьям?
Приготовив завтрак и отдав его братьям, я поднялась к себе в комнату, закрыла дверь и прислушалась. В доме было тихо, но эта тишина была обманчива. Я чувствовала, что за мной наблюдают.
Разложив на столе выкройки рубашек, которые должна была сшить для братьев, взяла иголку с ниткой, ножницы. Руки задрожали. Я понимала, что должна сделать это, но сердце все равно сжималось от страха.
В доме по-прежнему стояла тишина. Я сидела, глядя на выкройки, и пыталась сосредоточиться, но мысли все время возвращались к письму. То, что было написано в нем, давало мне шанс выбраться из этого дома. Шанс на свободу, на жизнь, на будущее. Только как я могла воспользоваться этим шансом, если братья просто не позволят мне так поступить?
По спине пробежал холодок. Что-то вновь было не так. Я встала из-за стола и подошла к окну. Прижалась лбом к стеклу, пытаясь разглядеть что-то во дворе. Там было пусто. Ни движения, ни звука. Лишь легкий ветерок шелестел листьями деревьев.
Вновь села за стол и взяла иголку. Руки все еще тряслись. Я понимала, что должна была действовать быстро, пока братья не вернулись. Но как? Как мне выбраться из этого дома? Как найти способ использовать информацию из письма? Я чувствовала, что время уходит, и с каждой минутой становилось все труднее.
Вытащила из кармана письмо и снова вчиталась в строки. Дрожь пробежала по рукам, когда я прикоснулась к желтоватой бумаге, словно она была пропитана чем-то древним и опасным. Письмо было написано аккуратным, почти каллиграфическим почерком, каждая буква пульсировала от напряжения, как будто пыталась вырваться из письма. Дословно:
«Воспользуйтесь артефактом переноса, выданным вашим родным в качестве гарантии вашего обучения в академии. Если он утерян, вы можете его призвать».
Как призвать? Этот вопрос вертелся в голове, словно заевшая пластинка, вызывая головокружение и тошноту. Артефакт, который братья всегда носили с собой, был символом контроля и их власти. Он был не просто предметом – ключом к их силе, положению, безраздельному господству. И теперь мне нужно использовать его? Использовать то, что принадлежит им?
Но ведь его пропажу сразу заметят. Братья всегда были бдительны, как хищники, особенно когда дело касалось их вещей. Как я могла забрать артефакт, не привлекая внимания, не вызвав гнева? Их жестокие глаза, холодные и беспощадные, всегда следили за мной, как будто они знали, что я мечтаю о свободе.
  
Как? Как мне это сделать? Как я смогу вырваться из оков, не потеряв себя?
Решившись, я раскроила ткань на две нижних сорочки и приступила к шитью. Рубашка брата лежала на виду, словно прикрывая меня.