Человек с одним из многих лиц

Они достигли Бандона в восемь часов двадцать семь минут утра, и ровно через семь секунд — его противоположной границы. Городишко оказался невеликим даже по провинциальным меркам. Все, что здесь имелось, — только перекресток, паб, церковь и около двадцати домов. А еще начальная школа и пара детских площадок.
— Где, черт возьми, все люди? — изумился Пол.
— Ну, — протянула Бриджит, — здесь наверняка есть какие-то фермы, но в целом да — городок небольшой. Что будем делать?
  
И вот он — настал тот самый момент.
Бриджит не знала, что делать, и, судя по выражению лица Пола, он понимал не больше, чем она.
— Может, притворимся, будто мы собрались сюда переезжать? — предложил Пол. — И просто постучимся в разные дома?
— Или можно зайти в паб, — добавила Бриджит, — пообщаться там с местными.
— Херня это все!
Бриджит удивилась. Ей казалось, что Банни еще спит.
— Переезжать сюда? Куда именно? Вы решили, что здесь может продаваться дом, о котором не слышал ни один местный? А паб? Трое незнакомцев вдруг приперлись в чертовом «Бентли» и принялись задавать вопросы. Вообще ни разу не подозрительно…
— Хорошо. Тогда что нам делать?
— Заверни вон там, а потом поверни еще раз и езжай обратно. Припаркуемся возле школы. Пожалуй, там самое отдаленное место. А затем… — он сделал паузу, чтобы они могли задать нетерпеливый вопрос.
Бриджит взглянула на Пола, но он, очевидно, не собирался этого делать. Тогда Бриджит закатила глаза и спросила сама:
— Что затем?
— Мы пойдем на мессу!
— Это и есть твой великий план? — саркастически спросил Пол. — Воспользоваться силой молитвы?
Театрально вздохнув, Банни выпрямился на сиденье.
— Маленькие города состоят из двух материй: людей и зданий. Чего бы мы ни искали, лучший способ найти — высматривать то, чего здесь быть не может. А лучший способ увидеть большинство людей в одном здании за один раз — это…
— Месса, — закончила Бриджит.
— Месса, — повторил Банни.
— Пожалуй, вы не просто приятный человек, Банни.
Вместо ответа Банни оглушительно пернул.
Припарковав машину, они прошли к церкви пешком, рассчитав время так, чтобы оказаться там за пятнадцать минут до десятичасовой мессы. Они старались не привлекать к себе внимания, хотя это было легче сказать, чем сделать. Пол нес на себе внушительную коллекцию разнообразных травм, а Банни выглядел так, будто проиграл битву мусорному баку. Наверняка и Бриджит производила не особо привлекательное впечатление, но она решила на этом не зацикливаться.
Оказавшись внутри, троица заняла скамью в дальнем конце зала и постаралась слиться с обстановкой. К моменту появления священника церковь относительно заполнилась — в нее пришло до сотни прихожан, по подсчетам Бриджит. Не такая уж плохая посещаемость. Правда, для их целей это не очень помогло. Бриджит сравнивала каждого мужчину и каждую женщину, проходивших мимо, с теми мысленными образами, которые хранились в ее воображении. Она пыталась представить, как Фиахра Фэллон и Сара-Джейн Крэнстон могли бы выглядеть сейчас. Даже с учетом трудной жизни или обширной пластической хирургии не нашлось никого, кто хотя бы отдаленно их напомнил. Возможно, на полуденной мессе повезет больше…
Банни стоял справа на коленях, обхватив голову руками. Вероятно, мать всех похмелий наконец дала о себе знать.
— Все в порядке?
— Через три ряда на дальней стороне, коричневая вощеная куртка, — ответил Банни, не поднимая головы.
Бриджит посмотрела в указанную им сторону. Она припомнила, что человек в вощеной куртке вошел один. Ему было лет тридцать пять, не больше. Мужчина носил прическу в виде крысиного хвоста и выглядел очень странно. Но в силу молодости он вряд ли имел отношение к делу «Рапунцель». В то время он разве что газеты разносил.
— Почему он?
— Потому что, — прошептал Банни, — его здесь быть не должно. Как только начнется причастие, ты, — он указал на Бриджит, — немедленно вернешься со мной к машине, а ты, — он указал на Пола, — пойдешь за ним. Узнай марку его автомобиля, модель, номерной знак.
— А когда он успел стать главным? — слишком громко возмутился Пол.
Человек, сидевший перед ними, обернулся. Пол виновато махнул ему рукой. Затем взглянул на Бриджит и увидел, что она внимательно на него смотрит. Пол неохотно кивнул, ничего более не сказав.
Бриджит выскочила вместе с Банни в самом начале причастия, мысленно извинившись перед своей матерью. Она слишком хорошо помнила, как однажды, будучи подростком, тайком удрала с мессы. Узнав об этом, мать поступила хитро: вместо того чтобы наказать дочь, она наказала себя. Две недели она не выходила из дома, сетуя на то, что не сможет показаться людям на глаза, поскольку все теперь узнали, насколько беспутную она вырастила дочь. Это случилось задолго до того, как Бриджит впервые услышала термин «пассивно-агрессивное поведение». Тем не менее выходка матери сработала. С тех пор Бриджит всегда сидела на мессах так долго, что священники регулярно подходили и спрашивали, все ли с ней в порядке.
— Так кто же это был? — спросила Бриджит, пока они возвращались к школе скорым шагом, но так, чтобы не привлекать излишнего внимания.
— Мелкий гнусный говнюк по имени Джонни Кэрролл.
— Вы уверены?
— Я никогда не забываю лица. Особенно тех, кого сажал за решетку двенадцать лет назад.
— Ого, а за что?
— Ну, скажем так: ты совершишь огромную глупость, если наймешь его в няньки.
До маленькой школьной парковки они добрались менее чем за десять минут. Возле «Бентли» околачивались двое мальчишек, побросав на землю свои велокроссовые велосипеды, и смотрели на машину так, будто она прибыла с другой планеты. Тот, что повыше, взглянул на Бриджит и Банни с нескрываемым разочарованием, после чего ударил своего сопливого земляка по затылку.
— Так и знал, что это не Канье [91], писька лживая!
Пол появился через десять минут — пошатываясь и весь в поту от быстрой ходьбы. Восстанавливая дыхание, он прислонился к машине.
— «Форд-Мондео», красный, ноль четыре джи семнадцать четыреста тридцать пять… номер сто сорок семь тридцать пять.
— Куда он поехал? — спросил Банни.
— Не знаю, — ответил Пол, после чего нервно добавил: — Я не видел, чтобы он садился в машину.
— Что?! Тогда какого хрена ты решил, что она вообще его?
— Ну он… вроде как возле нее стоял. Что машина его, можно было понять по языку тела и… — Пол смутился. — Какой-то старик зачем-то решил со мной поговорить.
— Зачем-то?! — воскликнул Банни. — Ты в сельской местности, городской пижон, здесь люди вежливые! Мама Мария и все святые! Я поручил тебе одно простое дело! Почему я все должен разгребать сам?
— А почему бы и нет? — огрызнулся Пол.
— Потому что даже Джонни Кэрролл — хоть он и дуб дубом — все же узнает человека, когда-то сажавшего его в тюрьму. Нам еще повезло, что я выбрался из чертовой церкви незамеченным!
— Да пошел ты в свою грязную жопу, Банни!
На парковке воцарилось раздраженное молчание, когда оба мужчины прислонились к машине и уставились в разные стороны. Бриджит тяжко вздохнула: расследование явно будет непростым. Может, стоит вернуться на дорогу? Или еще раз прочесать город до полуденной мессы, или…
Вдруг Бриджит распахнула водительскую дверь и проворно запрыгнула внутрь.
— Если кому-то вдруг интересно, мимо только что проехал красный «Мондео».
Когда они вырулили на дорогу, «Мондео» уже скрылся из виду. Бриджит вдавила педаль газа в пол, чтобы, проехав три тревожных километра, вновь взять «Мондео» на прицел — как раз вовремя, чтобы заметить, что он поворачивает на перекрестке налево.
  
— Не подъезжай слишком близко.
— Но и не отставай далеко.
— Притормаживай…
— Так, чтобы это не бросилось в глаза.
— Заткнитесь вы оба! — не выдержала Бриджит. — Это не первая погоня в моей жизни!
На самом деле первая. Она имела в виду, что много раз видела погони по телевизору, но постеснялась сказать об этом прямо. Правда, она не помнила, чтобы кто-то успешно справлялся с уникальной проблемой незаметного преследования, когда на дороге нет других машин. К тому же непрерывные советы несколько портили напряженный момент. Джеймс Бонд уж точно не потерпел бы такую фигню.