Проклятая Черной Луной (СИ)
— Благодарю, господин Джао, — склонила голову девушка. Ики Чен едко сверкнула глазами.
— Интересно, в чьем сундуке нашелся столь старомодный наряд. Вы как будто и сами играете в какой-то пьесе, — оскалилась она.
— Жаль, женщин не пускают на сцену, — покачал головой генерал-губернатор. — Уверен, госпожа Чен, Вам бы блистать в театре с Вашими талантами.
— Вы слишком высоко меня оцениваете, господин. Но, если бы Его Величество это заинтересовало, я уверена, госпожа Мин наверняка бы распорядилась о том, чтобы девушки подготовили представление.
— Какая славная идея, — просиял генерал-губернатор. — Как Вам такое, Ваше Величество?
— Стоит ли утруждать юных дев, столь занятых охотой на мужей?
— Иногда полезно отвлечься, — улыбнулась Ики.
— Как Вам угодно, господин Джао, — вздохнул император. — Госпожа Кин, будет Вам угодно составить мне компанию за ужином?
Яра поклонилась, принимая приглашение.
Столы снова составили полукругом. Император в этот раз обошелся без шатра. Его посадили в центре. По правую руку от него села Яра, а рядом с ней император попросил посадить Ики Чен и только после нее — генерала-губернатора. Среди мужчин уже пошли шепотки о том, что Джао недолго осталось править колонией. Мужчины говорили о делах и политике, стараясь не затрагивать тревожные предзнаменования. Яра старалась прислушиваться, ловить какую угодно информацию, лишь бы не ощущать рядом с собой присутствия Ики. Но у девушки были другие планы. Она изо всех сил старалась втянуть Яру в разговор.
— Скажите, госпожа Кин, какой портной сшил Вам это одеяние? Работа такая тонкая и искусная, как будто сами демоны потрудились?
— Умелые руки способны на многое.
— Но ни одни руки не сотворят такое за считанные часы, — приторно промурлыкала она и понизила голос. — Будет так неловко, если кто-то узнает, что Вы явились в наряде из чужого сундука.
— Не сомневайтесь, госпожа Чен, все обязательно узнают об этом, — прошептала Яра, сохраняя спокойствие на лице. — Как и о том, что в женском доме есть коварная змея, которая способна оставить другую девушку даже без смены белья. Как думаете, захочет ли кто-то видеть такую девушку своей женой?
Ики рассмеялась, прикрывая свой аккуратный ротик рукавом.
— Но как же доказательства?
— Слухов достаточно.
— О, уж Вам ли не знать, госпожа Кин? Весь двор судачит о Вашей дружбе с госпожой Мотоко. Но я Вас не сужу, ни в коем случае. Женщины с ее прошлым могут поделиться весьма… полезной информацией касаемо супружеских отношений. Или их части, — обнажила зубы Ики.
— Госпожа Чен, скажите, — обратился к девушке генерал-губернатор, — а ездите ли Вы верхом? Может, согласитесь составить нам компанию на следующей прогулке? Сегодня в мужском шатре мы убедились, что женское общество очень… освежает. Благодаря госпоже Кин.
Старик не хотел зла, но невольно он сам вложил Ики в ладонь нож. И девушка не тратила ни секунды на раздумия о том, нанести ли удар.
— О, это так лестно для меня. Но, боюсь, я не столь ловка и опытна в мужском обществе, как госпожа Кин, — она произнесла это громко. Так, что разговоры поблизости затихли, а все взгляды уперлись в Яру. Даже император, до этого беседовавший с казначеем слева от себя, обернулся.
Больше всего на свете Яре захотелось, чтобы земля разверзлась, и ее утянуло прямо в черную бездну. Нужно было как-то спасать положение. Это напоминало танец на подожженном канате над бассейном с крокодилами. Куда ни ступи — любой шаг будет смертельным.
— Не принижайте свои способности, госпожа Чен, — раздался голос с другого края стола. Госпожа Мотоко приподнялась, чтобы ее стало лучше видно. — Ваше любопытство дает Вам неплохую фору.
Ики покраснела и поджала губы. Опустила взгляд. Приличным девушкам было непозволительно даже заикаться о плотских утехах. А госпожа Мотоко… В ней сосредоточилось все вожделение мира, все распутство. И для приличной девушки не было ничего хуже, чем ее комплименты. Некоторые гостьи прикрыли рукавами рты. Мужчины послали Ики игривые взгляды. О Яре все и позабыли. Только один человек смотрел на нее, не отрываясь.
Шани. В ее глазах застыла мольба о помощи. И Яра сделала первое, что пришло в голову. Изящным движением танцовщицы, она вытянула руку и невесомо коснулась бокала с вином. А тот полетел прямо на колени к Ики Чен, покрывая светлый наряд алыми пятнами. Девушка дернулась, словно на нее вылили чан кипятка. Яра аккуратно придержала ее за плечи и принялась торопливо извиняться. А затем, попросив прощения у всех присутствующих, вывела Ики Чен из-за стола.
Ики игнорировала Яру. Позволяла вести себя через парк, пока они не скрылись из виду. И только тогда она повернулась к Яре и прошипела.
— Хороших друзей ты себе нашла, ничего не скажешь.
— Ики, ты ведешь себя просто непозволительно. Я готова была простить тебе платья, но это… Чего ты хочешь? — она с трудом держалась, чтобы не встряхнуть девушку за плечи. Ики поджала губы и, вырвавшись из хватки Яры, направилась вперед. Яра поспешила следом. — Ики, я не враг тебе. И никогда им не была. Почему ты так себя ведешь?
Ики круто развернулась и смерила Яру презрительным взглядом.
— Потому что ты жалкая. Ты и Шани. Вы жалкие. Вы готовы согласиться на все, что угодно, лишь бы побыстрее выйти замуж. А я не такая. Я себе цену знаю. И я не позволю кому-то вроде тебя помешать мне. Я достойна самого лучшего.
Слова хлестнули Яру больнее плети. И с языка сорвалось то, что ни в коем случае нельзя было произносить.
— Или ты пытаешься доказать, что не зря родилась, лишив этим свою мать способности ходить.
Ики издала утробный рык и бросилась на Яру. Девушка сделала шаг в сторону, и Ики полетела на землю, сдирая локти и подбородок. Она неуклюже повернулась, села. Осмотрела руки, отерла лицо и разревелась, как маленький ребенок. Как в тот день, когда конь скинул ее в навоз.
— Что тут происходит? — на дорожке показалась Шани. — Ики?
— Это все она! — младшая указала дрожащим пальцем на Яру и принялась размазывать сопли по лицу. Шани смерила Яру полным злости взглядом и, словно позабыв о своей ноше, помогла Ики подняться. Девушка все еще рыдала и судорожно хватала ртом воздух.
— Ну, тише-тише. Все хорошо. Дай посмотрю, — она достала из рукава платок и принялась стирать грязь с ссадины на подбородке у сестры. Еще один гневный взгляд в сторону Яры.
— Шани, прости. Я хотела…
— Не сейчас, — прервала ее Шани, убирая платок обратно. — Мы идем к госпоже Мин. Все. Или ты хочешь прогуляться в одиночестве?
Глава 8. Услуга
Если Яра и успела допустить мысль о том, что Харука Мин сделала ее своей любимицей, то теперь сомнений не оставалось — ей показалось. Да, старуха поделилась с ней нарядом из своих запасов, помогла сделать макияж и пожелала ей удачи с такой теплотой, что на глаза Яры чуть не навернулись слезы. Теперь же сваха смотрела на нее с неприкрытым горьким разочарованием.
Рядом стояла Ики Чен, прижимавшая к рассеченному подбородку платок сестры. Позади, как молчаливые свидетели, стояли Хана Кин и Шани Чен. Остальные девушки еще развлекали гостей в саду.
— Вы испытываете мое терпение, — стиснула зубы старуха. — Я считала вас лучшими, а вы! Что вы позволяете себе устраивать? Еще и под боком у императора?
Ее взгляд резанул обеих, девушки синхронно опустили головы.
— В чем заключался ваш первый урок, Ики Чен?
— Что мы здесь все сестры, — пробубнила юная невеста.
— Именно. Вы сестры. Не те, что таскают друг друга за волосы и воруют наряды, а те, что делятся друг с другом мудростью, поддерживают ту, что оступилась. А ты что себе позволяешь? Принижать Яру Кин при всем дворе? Ты могла с тем же успехом измазаться в навозе и заявить всем, что у тебя новые духи.
— Госпожа Мин, — взбрыкнула Ики. Старуха удивленно выпучила глаза. Никто не смел перебивать ее во время отповеди. — Вы говорили, что Вы беспристрастны, но сами стремитесь изо всех сил помочь паршивой овце. Почему вы не обратите свое внимание на других девушек, не меньше нуждающихся в Вашем покровительстве?