Зачёт по демонологии, или пшёл из моей пентаграммы (СИ)
Это то, что делает этот мир - цепляет, подхватывает водоворотом. Сначала ты вроде бы не хочешь ни во что вовлекаться, но потом обрастаешь связями и вопросами без ответов. Пытаться что-то отстоять, кого-то защитить, найти пропитание, выжить, вырваться из нищеты и серости, найти смысл - вот что значит быть человеком в этом мире. И за каждое право, за каждый вдох надо драться. И казалось бы, сегодня Мер просто защитил меня. Но сколько пройдёт времени, прежде чем он научится наносить превентивные удары?
Впрочем, скорей всего, немного; принц - отличный манипулятор, а остроухий очень быстро учится... почти пугающе быстро.
- Ладно, - сказал Дан, - А вот напомните мне, пожалуйста, почему господин ректор отлучил от занятий на месяц ещё одного старшекурсника?
- О, - у Марисоль трагично задрожали губки, - Он посягал на мою честь!
- Предположим, - покивал он, - По его утверждению, он просто погнался за обнаглевшей тварью в лице Мера...
- И ему сказочно повезло, что это была я, - захлопала Марисоль ресничками.
Принц сдавленно фыркнул.
- Ну, в остальном все вполне неплохо: остальных ваших недоброжелателей, говорят, уже к концу недели выпишут. Могут быть, правда, проблемы с тем, что везде видит маленьких смеющихся кукол, но я верю в наших лекарей. В любом случае, я чрезвычайно вами горжусь: вы полностью подтвердили статус друзей принца. Вы этого достойны!
- Правда? - прозвучал холодный голос, - А вы достойны того, чтобы быть нашим другом? И неужели не видите сами? Мы. Не. Заинтересованы. Да за вами толпы бегают в надежде на милость, вот с ними и дружите!
Ой, Лис, ну зачем?!
- Ай-ай, - принц насмешливо покачал головой, - Неужели непонятно: друг, который руководствуется выгодой, так же легко продаст. Да и говорить они мне будут то, что, по их мнению, я хочу услышать, а не то, что должно быть сказано. Опять же, чему можно научиться у тех, кто даже соперничать с тобой всерьёз не осмелится, даже если вообще может. И на что они мне? Право, знаменитое светлое чудовище, а такое наивное!
Мы все подобрались. Я стиснула зубы. Он знает, кто такая Лис - значит, она уже мертва, и мы, наверное, тоже.
- Не знаю, о чём вы, - что-что, а лицо она держать умела. Принц улыбнулся и переплёл пальцы.
- Ладно вам, - сказал он с вальяжной миролюбивостью греющейся на тёплом камне кобры, - Разумеется, я изучил вас всех - внимательнее, чем остальные. Но я не буду задавать вопросов и не позволю делать это другим. Я не стану спрашивать о твоем отце, Лис (хоть и не отказался бы послушать о секретах светлых целителей), промолчу и о особенностях строения горла Монти. Хотя ты и сам должен знать, что уникален - по всем правилам, ребёнок, пораженный уродствами, сходит с ума... Но ты живое доказательство того, что этот факт лжив, что бывают исключения. Позже я постараюсь разобраться в том, кому же так выгодно уничтожать всех вас поголовно, не разбираясь. Это интересный вопрос...
Мы все смотрели на высочество со смесью шока и ярости, словно у него выросла вторая голова и попыталась нас сожрать. Он же улыбался, да так безмятежно, словно не сидел в окружении опасных колдунов, которым уже нечего терять, а пил шампанское на светском рауте.
- О чем ещё стоит молчать.... - продолжил он, как ни в чём не бывало. - О том, что случилось с палачами, которые приехали в захолустную деревеньку, чтобы уничтожить очередного младенца-подменыша, например. Не сверкай так глазами, Дени, мне не важно, куда этот так называемый маленький уродец потом делся. Ещё я не спрошу у Мера, что он за тварь (хотя мне в целом безумно интересно, потому я узнаю - когда-нибудь). Сана я просто поздравлю с тем, что его семья так разбогатела за последние несколько лет: все же, чистильщик отхожих мест - не лучшая работа для отца пяти детей... их было шесть, так ведь? Но у семьи не хватило денег вылечить младшего. Но теперь-то все изменилось, да? И, разумеется, я верю, что тут не замешено несанкционированное колдовство, ибо каждый в нашей славной Империи может дослужиться до сборщика податей за год.
Сан побледнел. Ему, возможно, было хуже, чем всем нам, ведь под ударом была его семья - по-настоящему любимая. Если бы факт мошенничества подтвердился, его отца ждала бы казнь, тут сомневаться не приходится.
- Ах да, Ана, ты, разумеется, не можешь знать, что случилось с уважаемым колдуном Маради, - продолжил между тем говорить принц, - А ведь тот был большим любителем древних тайн и красивых маленьких девочек. Хотя, говорят, последние годы у него была лишь одна фаворитка, которую он даже чему-то учил... Впрочем, та девица, наверное, сгинула в магическом огне, сожравшем особняк.
Я сглотнула; этих подробностей, как и о младшем брате Сана, я просто не знала. Ана же застыла, а облик Марисоль чуть дрогнул, обнажая потемневшие от ярости глаза.
- Мой принц, - её голос был густым, как патока, - Это не лучшая идея - начинать дружбу с шантажа.
- Возможно, - сказал Дан, вдруг разом посерьёзнев, - Но, уж простите, тут у меня есть пробел в образовании: я веду переговоры, как меня учили. Собрать информацию, найти рычаги давления, применить их, а после - посулить выгоду. Ах да, о выгодах! Я могу предложить вам перспективы, и не строго определённые, а лично вам интересные. Будь то личная лаборатория с возможностью неограниченно творить, месть, свобода выбора, благо семьи... в общем, я стану вашим союзником. Вы сможете пожелать, и будьте уверены: если это не повлечёт совершенно катастрофических последствий для страны, я найду способ помочь.
- Пожелать? - вдруг коротко усмехнулась Лис, - Месть? А что, если я хочу вашей смерти?
Я застыла, чувствуя, как время словно бы замедляется, посомневалась миг - и мысленно потянулась к печатям.
То, что вытворила Лис, конечно, дурость, но я не оставлю её. Должен быть способ промыть принцу мозги, должен быть способ её спасти. Глупо, но в тот момент я поняла, что готова драться с принцем всерьёз, а не играть в поддавки, как в тренировочном бою. Сколько нового узнаешь о себе и таких якобы знакомых людях, когда все висит на волоске! Я думала, была уверена, что остальные оставят светлую саму платить за длинный язык, но, видимо, я совсем не знала людей и здорово недооценивала их. Но...
.. вот я замечаю краем глаза, как слегка уплотняется иллюзия Марисоль, позволяя Ане под её прикрытием готовиться к бою. Быстро переглядываюсь с Монтей; на его лице не дёргается ни единый мускул, но я понимаю по глазам: я - защита, он - нападение. Сан тянется к печенюшке с совершенно придурковатым видом, активируя под столом несколько артефактов замысловатым жестом руки - он в игре. Со стороны Мера приходит волна успокаивающей энергии, густой и сильной - он тоже. И пусть ситуация безнадёжная, пусть мы почти мертвы, но я вдруг почувствовала, что вот сейчас, сейчас я настоящая колдунья из рассказов Мера, весёлая, свободная и злая, а мы - настоящий Круг. И куда уж там вечно интригующим, жадным до власти маразматикам, что правят этой страной! Сейчас сила - мы, и сомнений нет.
Воздух накаляется, жду сигнала от Монти, прикидывая, каких от прекрасного ждать сюрпризов...
И тут принц расхохотался.
- Мать-Тьма, - сказал он сквозь смех. - Да вы же просто потрясающие! Часть меня почти хочет позволить вам напасть - это было бы интересно, серьёзно. Одна проблема: после того, как мы тут порезвимся, Академию Чернокнижия придётся отстраивать. Бюджет к этому пока не готов, точно вам говорю! Касаемо же тебя, Злобный Светлый Лучик, ты не то чтобы оригинальна в своих желаниях - меня кто только не хочет убить. Другой вопрос, что они не такие смелые, как ты, и за все эти годы ни одна лицемерная скотина из Чёрного Дворца так и не соизволила сообщить мне о своих намерениях лично. А я бы оценил такой жест по достоинству, между прочим!
Увидь кто наши лица в тот момент, наверное, в истерике бы от смеха зашёлся - так мы были неописуемо хороши. Даже невозмутимый Мер смотрел на высочество изумлённо, словно впервые увидел и пытается понять, где раньше были его глаза.