Хозяйка Мертвой воды. Флакон: Пар, моторное масло и магия (СИ)

Охровый смок истаял, растворился, вместе с ним истаяло и навождение. Ясность ума вытеснила помешательство, и к людям вернулся ужас. Не от лилового дурмана, а от осознания содеянного. Старики и женщины рыдали над ещё не остывшими телами детей. Задушенных шелковыми поясами, забитых тяжелыми кулаками, исцарапанных и теперь обретших покой.
Твердо на ногах стояла лишь одна фигура в маске, закутанная в кожаный плащ, несмотря на зной уходящего лета. Плащ был увешан тряпичными мешочками, стеклянные мензурки блестели в лучах холодного солнца. Странного вида механическая маска скрывала нижнюю часть лица. Уверенность в его глазах не смогло развеять даже появление полдюжины Черных мундиров.
В суматохе, чувствуя опасность, мэр Раудвилля, сэр Эрих Ллит рванул к лестнице в ложе Высоких гостей. Прыть, которую проявил лорд вырвала из рук пажа полы мэрской мантии. Мальчик, видя как его сюзерен и заступник убегает последовал за ним, не желая оставаться среди Черных мундиров, что пленили в двимеритовый саркофаг убийцу молодой девушки.
Паж догнал своего господина лишь в тени перед запертой решеткой. Когда кто-то позаботился о безопасности высокородных особ, заперев на дворфский рунический замок проход в ложу.
— Господин Ллит… — затараторил испуганный светловолосый мальчишка.
— Мартин, — нервозность мэра смягчилась и тот прижал слугу к себе, желая унять его дрожь. Слишком заботливо для господина и простого слуги.
Излишне задержав руку на пояснице слуги, мэр опомнился и отвязал с пояса связку ключей на массивном кованом кольце и принялся выискивать подходящий.
— Сейчас, мой мальчик. Не бойся. Так, не этот, этот от сокровищницы, этот от главных ворот… — он перебирал массивные ключи в связке — Вот этот. Смотри-ка, подошел! — улыбнулся Эрих Ллит своему слуге и любовнику.
— Спасибо, господин, — голос мальчика изменился, стал ниже и раскатистее.
Да и не Мартин это был. На месте малолетнего, смазливого пажа стоял высокий краснокожий демон, с рогами и хвостом, что стегал по ногам тифлинга, выдавая его нетерпение и азарт.
— Что? Я не…
Договорить граф Ллит не смог. Голубая лунная сталь сверкнула у лица мэра, оставив тонкий длинный разрез от уха до уха и из него, пузырясь, хлынула густая кровь в такт ударам сердца. Эрих Ллит осел на колени, пытаясь руками закрыть порез на шее, а тифлинг ловко выхватил из его рук связку ключей. И двинулся дальше к воротам, что были украшены кованой виноградной лозой — символом правящей династии.
Псы войны Августа Крайтона оставили посты, чтобы своим появлением, а если потребуется, то и огнём боевой магии погасить волнение и мятеж. Маэстро Черных мундиров был готов и сам вступить в бой. Многие придворные злословцы и шептуны сомневались, не перегорел ли герой Третьего Мельхиорского похода, Вэйлизский Дракон Август Крайтон. Но королева-мать вряд ли станет держать на посту начальника Тайной полиции никчемного, хоть и родовитого, человека.
Седовласый старик вышел на середину трассы не таясь от охраны стадиона. Его иссушенные от старости глаза нашли Августа Крайтона. Вэйлизкий Дракон, вожак Псов войны был не только карающим перстом королевы Марии, но и её цепным псом. Как превратить опасную стаю в свору трусливых шелудивых собак? Правильно — вырвать клыки и лишить яиц вожака.
Тонкая, незаметная в полуденном свете молния сорвалась с пальцев Каина Брэдли, метнувшись к увлеченному командованием своими псами Августу Крайтону. Голубое лезвие стихийной магии рассекло раковину уха Вэйлизского Дракона, заставив того зашипеть от боли и искать глазами обидчика. Глаза Серого кардинала и мятежного лорда встретились, Каин Брэдли улыбнулся, обнажив резцы с инкрустированными магическими кристаллами, он добился желаемого эффекта. Полдюжины Черных мундиров взяли в полукольцо мятежного герцога, однако его это мало беспокоило, сейчас всё его внимание привлекал тот, кого он выбрал личным соперником.
  
Август Крайтон, скривился и оторвал руку от рассеченного уха, ухмыльнулся сопернику и медленно, не торопясь начал стягивать окровавленный шелк перчаток. Ладони Вэйлизийского Дракона были обезображены ожогами, а ногти черны. Он закатил рукава до локтей, встал в позу фехтовальщика и кивнул, давая сигнал, что готов к дуэли.
Каин Брэдли не преминул воспользоваться правом первого удара. Сложил ладони в жесте отрицания, концентрируя на кончиках пальцев первородные стихии, молнии и воды, соединил их в нечто новое в дикий яростный шторм. Шар свинцового тумана, напитанный молниями дикой стихии, метнулся к магу, который укрылся в огненном вихре. Дикий шторм врезался в ярящееся пламя, словно шрапнель в воду. Огонь силен, но ни ему тягаться с с энергией двух стихий ставших новым элементом.
Вэйлизийский Дракон остался цел только потому, что мятежный маг вплел лишь крохи манны в тугой клубок заклинания двух стихий. Огненный смерч был сильнейшей защитной магической конструкцией Августа Крайтона. Заклинание четвертого круга стихии Огня, того, что будучи использовано в замке, превратит гранит стен в мягкую карамель, едва не было повержено слабеньким конструктом Молнии и Воздуха восьмого порядка.
Торнадо исчез, оставив после себя горящую землю. Маг улыбался, а вот Серый кардинал утер пот со лба. Торнадо сжигал не только все вокруг, но и запасы магических сил, которые, отнюдь не безграничны.
Сведения, которыми располагал начальник Тайной полиции подтверждались. «Любой, даже самый слабый маг овладевший одной стихией — редкость. Заклинатель, подчинивший себе две стихии — уникум. А чародей, взявший силу трех первичных элементов — Каин Брэдли,» — любила повторять Старшая магесса. Ей покорились лишь Земля и Вода, этого хватило, чтобы стать грандмастером Цитадели Флай Ливисфарм.
Слабость магических сил и скудный запас манны Каин Бредли компенсировал искусностью комбинирования стихий. И с этим монстром сейчас сражался тот кого во времена второй Мельхиорской самого звали монстром. Август и не думал о победе. Тянуть время, выжидать, уклоняться и беречь ману — вот его план.
Его выкормыши, ученики и приёмные дети, которых он подобрал, спалив Черную Даму, вместе с её пряничным домиком. Ганзель и Греттель не обладали даром, но Вэйлизский Дракон создал из них монстров себе под стать. А отсутствие способностей к высшим практикам приёмыши конмпенсировали зачарованным оружием, артефактами и магическими кристаллами. И сейчас Мясники Цитирийских топей спешили Августу на помощь.
Ближайший к Августу боец плеснул в мятежного мага Водяным серпом. Улыбка, вот чем встртил Каин Брэдли щедро напитанное магией заклинание. Принял его, впитал, добавил толику стихии Воздуха и мельница водяных лезвий, прежде чем разлететься на брызги и ветер, порубила на гуляш стоящих напротив Черных мундиров. Под вихрем водяных лезвий не устояли ни жилы, ни кости, ни наплечники из лунной стали.
— Маги Воды, Воздуха, Молнии — покинуть строй! — прокричал Август Крайтон. Будто крик мог как-то помочь. — Он может преобразовывать и перенаправлять силу этих стихий.
Строй полумесяцем покинули трое. На место погибших и выбывших встали четверо. Теперь вместе с начальником Тайной полиции их вновь семеро, против одного мага. Но черт возьми, даже так перевес не в их сторону! Выпад, Огненным хлыстом, уклонение от Ледяных стрел и контратака Волной огня. Не бой, а побоище, в котором Август Крайтон, Вэйлизский Дракон, не загонщик, а жертва. Черные мундиры больше не пытались помочь своему командиру. Их атаки мятежного герцога лишь усиливали его. Настал черед Мясников Цитирийских топей.
Два болта, размерами с башенных скорпионов, вгрызлись в гранит у ног мага, который вошел во вкус, играя со своей жертвой. Убийственные снаряды вспучили камень, а через секунду, земля под ногами мага брызнула шрапнелью гранитных осколков.