Хозяйка Мертвой воды. Флакон: Пар, моторное масло и магия (СИ)
Тощий и одноглазый, перехватив меч поудобнее, хищной пружинистой походкой двинулся на Альберта. Офицер отсалютовал дуэлянту и, балансируя на одной ноге, принял стойку готовясь встречать своего визави.
Но тут следом за тощим на хромого офицера Его Величества двинулся и здоровяк. Ди подметила, что здоровяк изменился с того момента, когда она его впервые увидела и дело совсем не в ожогах, что своими пузырями украшали его истерзанную кожу. Он и впрямь стал больше и даже шире, и дело тут не в пословице, что у страха глаза велики. Входя в комнату этот урод пригнулся, чтобы не удариться лбом о немалый дверной проем, сейчас же он втянул голову в шею, и все равно его макушка касалась лепнины высоких потолков! На его фоне высокий и тощий убийца мистера Пиквика и вовсе казался неважным и даже не опасным, несмотря на меч в его руках.
Тем временем, хищные движения и ложные выпады тощего оставались неинтересны Альберту что сейчас стоял с саблей, лицом к врагу, он был в своей стихии. Воин по призванию и статусу, а в руке верная сталь клинка, и это радовало душу боевого офицера!
Выпад тощего и… он ошибается! Такое не прощают! Росчерк кривой сабли Альберта, распоров шерсть дорогого костюма, оставил кровавый автограф на груди убийцы. Тощий, не привыкший к боли отступил, держась за исполосаную грудь и теперь вперед выступил здоровяк, ставший монстром. Иначе эту гору вздутых мышц было уже не назвать!
Кажется он рос на глазах, точно тесто у зазевавшейся хозяйки. Немаленькие апартаменты Дианы, откровенно были малы этому человеку-горе, паркет стонал и трескался под тяжестью его тела. Последние обрывки одежд он скинул, точно змея сбрасывает кожу, и теперь нагой двигался на искусного, но такого маленького по сравнению с ним офицера Его Величества.
Однако Альбер Кроу не желал отступать, стоял на одной ноге, точно стойкий оловянный солдатик из старой сказки которую Диане читала Сиси в годы ее детства.
Монстр оконячательно начал терять человеческий облик. Маленькая уродливая одноглазая гипертрофированая голова смотрелась гротескно на вздувшемся, от нечеловеческой силы, в его теле. Нечто махнуло рукой, желая сбить Альберта с ног, и острая сталь сабли приняла удар на себя, рассекая плоть и отрубая фаланги пальцев.
Обрубки, что раздулись до толщины человеческой руки, с гулким стуком упали на паркет. Монстр взревел и, отдернул покалеченную руку назад, не просто сбив с ног хрипящего напарника — неловкое движение вышибло израненного душегуба из комнаты. Его темный силуэт, точно снаряд баллисты, вылетел сквозь застекленную дверь балкона и скрылся за мраморными перилами, рухнув с высоты третьего этажа.
То ли от отчаяния, то ли от обиды, монстр бросился на Альберта в убийственной атаке, желая снести офицера, словно цунами. Увы, «стойкий оловянный солдатик», как и в сказке был одноногим. Не увернуться, не отскочить, а посему Альберт бросился навстречу, прекрасно понимая, что даже если он затыкает до смерти эту гору мышц, с комком первородного гнева внутри, монстр все равно успеет завершить свое черное дело.
Альберт схлестнулся со здоровяком и тот подмял его под себя. К счастью, ударить монстр не мог, так как погреб под собой Альберта, но и офицер был беспомощен, хоть и пронзил нутро выродка боевой саблей.
Ди встрепенулась, желая помочь незнакомцу, только вот чем? Спихнуть этого гомункула не в ее силах, тогда что? Стоять и смотреть, как за нее погибает уже второй ее защитник?
Но защитников оказалось трое. Второй не успел на помощь первому. Альберт — воин по призванию, но в силу увечья опоздал и мистер Пиквик сейчас лежал на полу у кровати Ди. Зато третий защитник успел как раз вовремя. Он был храбрый смелый и отчаянный, несмотря на юный возраст. Мальчишка появился в дверном проеме, как раз перед тушей монстра, что прижимал собой Альберта, грозя раздавить его.
В недорогой кепке-восьмиклинке, что в квартале Горшечников носили все, от шпаны до старших мастеровых и лидеров банд. В штанах на подтяжках, новых, а не донашиваемых за кем-то, с пневмопистолем в руках, стоял подросток, направив смертельное оружие на маленькую голову выродка. Его рука дрожала, как и сам парнишка, но твердости хватило, чтобы потянуть за спусковой крючок, выпустив сжатый в баллоне газ, что разгонял свинцовый шарик.
Сам выстрел прозвучал, как хлопок в ладоши — треск костей слышался намного громче. Голова чудища — назвать человеком это существо не поворачивался язык — подалась назад. Свинцовая горошина, вошедшая в лобную кость, вышла из затылочной, выплескивая содержимое черепной коробки. Гигант как-то неловко дернулся и затих, испуская дух и погребая под своей тушей Альберта, который, если до сих пор не оказался раздавлен, то вскоре задохнется под тяжестью здоровяка.
«Все закончилось!» — пришла в голову Дианы мысль и девушка обмякла, чувствуя сильную усталость. В комнату влетел еще один подросток, худощавый, в такой же как и у первого клетчатой кепке. Следом за ним показался хмурый высокий джентльмен с пневмопистолем на изготовку, а за ним в комнату вошла Хельга.
Хельга подскочила к Диане, несколько раз легонько ударила по щекам, приводя в сознание и раздвигая пальцами веки. Убедившись, что с ней всё в порядке, она кинулась к бездыханному управляющему — рыцарю, который сегодня отдал жизнь за Диану. Первому рыцарю! А ведь был и второй! И возможно его, стойкого оловянного солдатика, еще можно спасти! Эта мысль позволила Ди собрать немного сил, чтобы поднять дрожащую руку и указав на образину с развороченным черепом, прошептать непослушными от накатывающего обморока губами.
— Под ним мой рыцарь, мой стойкий оловянный солдатик, — затем сознание покинуло ее слабое тело.
Храбрая девушка что недавно выдавила глаз и откусила пальцы убийце, умиротворенно закрыла глаза и провалилась в сказочное видение, в котором она принцесса, а рядом с ней три рыцаря: улыбчивый и розовощекий мистер Пиквик, уверенный в себе офицер, с такой же, как у неё колодкой на ноге и мальчик в недорогой одежде и вооруженный грозной пистолью.
Хельга скорее не расслышала, а интуитивно догадалась, что хочет сказать Диана. В своем стиле начала сыпать приказами. Вчетвером — она, шофер и малолетние помощники — им не удалось освободить Альберта из-под туши монстра, лишь сдвинуть, освободив голову и грудь придавленного офицера.
Альберт Кроу не дышал. Сорвав с волос спящей Дианы ленту, Хельга туго перетянула свои волосы и склонившись над Альбертом совершила немыслимое — приникла к его синеющим губам.
Молчаливый прежде шофер хотел упрекнуть взбалмошную и своенравную целительницу в грехопадении, глумлении над телом достойного мужа своей страны. И только он открыл рот, чтобы призвать к благоразумию свою подопечную, как сэр Альберт закашлялся и пришел в себя.
Бодигард осенил себя святым кругом. Вот только что сэр Альберт Кроу был мертв, но поцелуй этой девушки вырвал его из цепких лап смерти! Бодигард прошедший войну и видавший многое, осел на пятую точку, осознавая увиденное.
Но не надолго. Причина его душевных метаний, и беспокойства тронула его за плечо, и пыталась всучить ему валявшийся на паркете меч.
— Мистер Джон, Альберта надо вызволять, но это… — она указала на тушу монстра, которая еще прижимала к полу нижнюю часть туловища Альберта. — Мы даже вытянуть не сможем.
— Ч-ч-что вы от меня хотите? — телохранитель игнорировал меч-бастард, который протягивала ему розоволосая ведьма из лесов Скив.
— Придется Вам, Джон, поработать мясником, — невесело произнесла она и все же вручила окровавленный меч в его руки.
* * *На Раудвилль давно опустилась ночь. Уже не слышны голоса праздных прохожих, ржание коней, запряженных в конные экипажи и гул парокарет. Даже ночные гуляки и те притихли.
В лаборатории Гелиота Нейжи слышался монотонный гул десятка голосова. Вокруг стола со стальным големом собрались мастера пяти школ магии первого, второго и даже третьего круга.