Возвышение на краю империи (СИ)

— Это ваше право. Я предупреждал.
— Конечно-конечно, — закивал Федя, делая знак служанке, чтобы та подложила ещё салата. — Ты предупредил, мы услышали.
Перевожу взгляд на Джан:
— Настолько уверена в нашем успехе?
— Уверена в тебе. Ты справишься, а мы тебе поможем. Я вытащу секретные разработки из чужих снов…
— А я, — встрял Федя, — призову то, что тебе нужно.
— Из других реальностей тоже что-нибудь позаимствуем, — глаза морфистки загорелись. — У нас будут лучшие мехи в России.
  
— На всей планете! — подхватил Федя.
Мои губы тронула улыбка.
— Спасибо, друзья.
— Мы тебе не друзья, — строго поправила Джан. — Мы — твоя семья.
* * *
Любопытство — наше всё.
Тем более, когда запечатанный конверт присылает начальник СБ.
Вскрыв донесение, я прочёл его по диагонали. Потом изучил более вдумчиво и неторопливо. Если верить написанному, получалось, что Орловы потерпели очередное поражение. Весь их экспедиционный корпус был разбит наголову. Спаслось не так уж много людей. Преимущественно левитаторы и прыгуны. Дирижабли захвачены, мехи горят или заморожены, но самым интересным было то, что главный удар нанесли геоманты. Скоординированный удар по площади.
По словам Багуса, финны не смогли бы набрать группу высокоранговых геомантов на своей территории. По официальным сведениям «их там нет».
И вообще.
Уже появились сведения, что в мятежный Оулу по морю прибыли десантные корабли. Что там подвезли непонятно, но мятежники добивали уцелевших пилотов империи с помощью мехов. На поле боя заметили «Истребителей» из Наска и штурмовых «Тигров», выпускаемых Ганзой.
В Неваполис срочно вылетели представители Турова, Фазиса и Москвы. По непроверенным данным, приглашение получили и другие клановые лидеры.
Информация была тревожной.
Но с одной небольшой поправочкой.
Великое княжество Финляндское расположено вдалеке от моих земель. И меня вся эта нездоровая суета не затрагивает. Пока, во всяком случае.
Что касается телевизионных новостей, то по Первому Московскому говорили о «продолжающихся столкновениях», но не вдавались в подробности. То же самое — на Фазис-ТВ. Чтобы поймать «питерский» канал, Бродяга проложил кабель, но… Там вообще всё было чудесно. Как будто в Оулу ничего не происходило. Ноль упоминаний.
Хмыкнув, я выключил зомбоящик.
Телевизор распался на атомы протоматерии.
До четырёх пополудни я изучал бизнес-план моих аналитиков, продумывал ближайшие шаги и не реагировал на происходящее в мире.
В половину пятого я созвонился с Мещерским и назначил встречу в сонном конструкте. Предупредил Джан о запланированном разговоре. И с чистой совестью отправился в гости к Маро.
Нормальные люди ходят в гости с конфетами или коньяком, пьют чай, играют в настольные игры. Бухают, песни поют и всячески веселятся. У кого что. А вот я, направляясь в усадьбу Кобалия, прихватываю с собой оружие. Всякий раз — новое. То кусаригаму, то меч-трость, то боевую рапиру, то утяжелённый шест или ещё что-нибудь в этом духе. Сегодня я зачехлил два топорика.
Время пролетает быстро.
Близится Великий Турнир, и Маро сконцентрировалась на подготовке. Я знаю, что моя соседка владела многими разновидностями холодняка, но больше всего любила катану. То есть, все понимают, чем она будет вооружена на арене. А вот её противники — другой разговор. Более того, я слышал о бесах-универсалах, которые столетиями оттачивали искусство боя, меняя клинки. И не только клинки. Разведка Эфы доложила, что Туров может выставить бойца, с которым вообще ничего непонятно. То есть, у него лет пятьсот за плечами, и он может убить человека хоть топором, хоть зубочисткой. Поэтому Маро работала по всем направлениям.
Парные секиры — такое себе оружие.
Во-первых, топор нужен для рубящего урона с полноценным замахом. Тут главное — вес самого топора. И длина рукояти имеет значение. Но это для двуручных секир. С одноручными такое не катит, поскольку для работы с ними вам придётся накачать мышцы как у Конана-варвара. Приходится оптимизировать размер и массу. А это сказывается на длине. И дистанции поражения. Чтобы не подпустить врага, потребуется фланкировка, но рано или поздно вы остановитесь…
Хватает нюансов, короче.
Я оттачиваю резкие рубящие удары с замахами и без. На минимальной дистанции. Плюс броски. И в подбородок снизу обухом можно отлично зарядить, выбив половину зубов своему оппоненту.
Про спарринг рассказывать не буду.
Мы с Маро в очередной раз убедительно доказали, что топоры против катаны — ничто. Я ещё неплохо держался, по её словам. Тут прикол в том, что меч универсален и обладает большей скоростью, как ни крути. Даже с учётом фланкировки я всегда проигрываю на длинной дистанции. Просто потому, что не могу достать своего противника. А мастерства бессмертной не занимать, поэтому она всегда использовала естественное преимущество.
По идее, секира наносит более мощный урон, если тебе удастся достать соперника. И соперник должен быть неповоротливым, с доспехами и щитом. Всё это можно прорубить. Если против тебя стоит трёхсотлетний бес, который с детства практикуется в боевых искусствах… Картина Репина «Приплыли».
— Что думаешь по Финляндии? — спросила Маро, когда мы пили чай на террасе.
— Ничего не думаю, — хмыкнул я. — Это проблема Орлов.
— Верхушка Эфы придерживается иного мнения.
— Правда?
— Хочешь знать, какого?
— Удиви меня.
Во время беседы я украдкой наблюдал за своей бывшей одноклассницей. Всё никак не могу привыкнуть к тому, что молодая девушка с течением лет не стареет. Ну, не то чтобы не стареет, а не растёт. Никаких возрастных изменений. При этом Маро во всех смыслах близка мне по духу. Это мудрая женщина, с которой есть о чём поговорить. Увлечённая клинками и боевыми искусствами в целом. Со своими скелетами в шкафу… а у кого их нет?
И мне иногда кажется, что наши отношения… могли бы выйти на иной уровень. Маро не догадывается о моём истинном происхождении, но в её запорошенных временем глазах частенько мелькают подозрения. Я помню эпизоды, когда между нами что-то вспыхивало. Как правило — во время поединков. Это сложно объяснить. Наши клинки скрещиваются, и наступает единение душ.
А ещё мне кажется, в ней накопилась жизненная усталость.
Как и у меня.
Разница в том, что я хотя бы тела меняю.
— Они думают, — сказала Маро, делая экономный глоток из пиалы, — что Финляндия… вроде как начало новой игры. Не только против Неваполиса. Против всей империи.
— Паранойей попахивает.
— Кто бы говорил.
Мои заморочки с едой в незнакомых местах, напитками у чужих людей и перчатками во всех домах без исключения стали предметом шуток для окружающих.
— Сама что думаешь?
— Мне некогда думать, Сергей. Хочется поспать и отдохнуть. Выходных почти нет, додзё — это уже постоянная работа.
— Тренировочную программу Багус составлял?
— Кто ж ещё.
— Мало ли.
— Я работаю и с другими. Но он лучший.
Что меня ещё поражает в Маро, так это полное нежелание заводить семью. Вроде бы у неё был отец, какие-то связи в прошлом. Возможно, дети. Но очевидно, что при отсутствии бессмертия в крови все эти люди умерли. Я бы мог навести справки через СБ, но не стал этого делать. Не в случае с Маро. Мне нравится эта женщина как человек, и я решил не лезть в её прошлое.
— Как оцениваешь свои шансы?
Бессмертная пожала плечами.
— Стараюсь об этом не думать. Выбран путь, я иду по нему.
— Мастер Мерген однажды выиграл Турнир. Но не похоже, чтобы он купался в лучах заслуженной славы или ворочал миллиардами.
  
— Ты же знаешь Мергена. Ему плевать на всё это.
— Как и тебе.
— Отчасти.
— Что значит — отчасти?
Маро осеклась.
Словно сболтнула лишнее.
— Забудь. У меня есть договорённости с Трубецкими. Я бьюсь не за деньги, но свою часть уговора им выполнить придётся.