Грани Власти (СИ)
— Это какая-то шутка? — холодно осведомилась Исабель, глядя на меня в упор.
— Мадам, о чем вы? — слегка пожал плечами я. — Не вы ли сами напросились на встречу с векселедержателем?
— Да, но… — Исабель нахмурилась, а в следующее мгновение в ее глазах мелькнуло понимание.
Она оценивающе прищурилась и поджала нижнюю губу, сделавшись еще больше похожей на птицу.
— Выходит, это твоих рук дело? — холодно произнесла Исабель.
— Если вы о том, что я скупил ваших векселей на две тысячи империалов, тогда вы правы. Это моих рук дело.
Узкие ноздри Исабель задрожали. Ее тонкие губы были слегка поджаты. Весь ее вид выражал разочарование и презрение.
Дед Макса входит в золотую сотню, и две тысячи империалов — это не та сумма, которая способна нанести ущерб его огромному состоянию. Но даже такой отток наличных денег из оборота станет для него неприятным фактом.
Должен заметить, векселя Легранов и других крупных торговых домов обошлись мне дороже векселей дворян. Это потому, что купцы более платежеспособные ребята. В этом я уже успел убедиться.
Снабжая деньгами Захария Берона, дабы не обрушить цены на драгоценные камни в Эрувиле, Михаэлю Руппу, ювелиру, с которым я вел дела, даже пришлось выезжать из столицы и распродавать мои камни в других крупных городах Вестонии.
— Прошу вас, мадам, — опередил я тетку Макса. — Будьте моей гостьей. Сейчас принесут закуски, фрукты и вино. Уверяю вас, нам есть, о чем поговорить.
Исабель на мгновение застыла, но потом, решив что-то для себя, молча направилась к столу. Грациозно опустившись в кресло, она также молча подождала, пока помощники Дормаля накроют на стол, и когда они вышли, наконец, обратилась ко мне.
— Должна заметить, что ты не перестаешь удивлять меня, — не меняя тона, произнесла Исабель. — Еще совсем недавно ты сидел по уши в долгах в той дыре на западе, и самая крупная сумма, которую ты пытался выклянчить у меня, была две сотни крон. Теперь же ты предъявляешь мне счет в две тысячи империалов.
— Мадам, я, конечно, предполагал, что вы были не самого высокого мнения обо мне, но сейчас, право слово, мне как-то даже не по себе, — произнес я, разливая вино по бокалам. — Неужели вы настолько не верили в своего племянника?
— Я верю своему опыту, — отрезала Исабель. — Невозможно за столь короткие сроки превратиться из нищего ничтожества в преуспевающего дворянина. Отец и остальные в семье считают, что у тебя появился очень влиятельный и богатый покровитель.
— Вы сказали «отец и семья»? — спросил я, сделав маленький глоток из своего бокала. — Смею предположить, вы иного мнения?
— Каким бы влиятельным и богатым ни был покровитель он не сможет помочь одержать победу в Великом Испытании, — ответила Исабель, внимательно следя за моей мимикой. — Да и серебряным крылом, которое ты носишь на груди, кого попало не награждают. Ты изменился, Макс… Настолько, что я склонна поверить в подмену или подселившегося в тебя злого духа.
Хм… Если бы ты только знала, насколько ты близка к истине.
Понюхав содержимое своего бокала, Исабель удивленно хмыкнула. Пригубила и на мгновение прикрыла глаза.
— Превосходно! — выдала она вердикт и поставила бокал на столик. — А ты знаешь толк в вине.
— Благодарю, — кивнул я. — Мой кузен — знаток в этом деле, и он любезно поделился со мной своими запасами.
— Итак, о чем это я… — побарабанив пальцами по подлокотнику, задумчиво произнесла она. — Ах, да! О разительных изменениях, что произошли в тебе, Макс. Им есть более правдоподобное объяснение…
При этом она посмотрела на меня так, будто уже все для себя решила.
— Вы меня заинтриговали, мадам, — произнес я.
Правда, мне уже было понятно, к чему она ведет.
— Теневой дар, — коротко сказала она и впилась в меня своими холодными глазами. — Именно он способен кардинально изменить человека. Особенно, если это дар страйкера. И мне кажется…
Она хотела еще что-то добавить, но не успела. С улицы донесся громкий полный боли волчий вой, которому тут же ответил радостный многоголосый рёв толпы.
Мы синхронно повернули головы к окнам. Я поднялся с кресла и предложил даме руку. Затем мы вместе подошли к окну, у которого я стоял несколькими минутами ранее.
Я чувствовал, как дрожала рука Исабель, но она всеми силами старалась не показывать своего трепета и волнения. Ведь прямо сейчас на специально сооруженном помосте палач под счастливый рёв толпы здоровенным топором рубил на части тело полуобратившегося вервольфа.
Краем глаза я следил за выражением лица тетки Макса. Вынужден отдать ей должное — самообладания ей не занимать. А еще я теперь полностью был уверен, кто именно является сердцем торгового дома Легранов.
— Говорят, что эта гильдия просуществовала в городе больше ста лет, — отстраненно произнесла Исабель. — А еще говорят, что глава этой стаи погибла во время штурма ее логова. На месте жрецов я бы взяла ее живьем, чтобы узнать побольше о делишках этих тварей. Хотя, полагаю, что многим высокопоставленным вельможам ее смерть более выгодна. В том, что их услугами могли пользоваться герцоги, я даже не сомневаюсь.
— Так или иначе, но даже простые исполнители многое рассказали под пытками дознавателям, — произнес я.
Исабель повернула голову и заинтересованно уставилась на меня.
— У них есть список подозреваемых, — продолжил я. — И он довольно длинный.
— Я даже не сомневаюсь! — губы Исабель искривила саркастическая улыбка. — Это ведь такой удобный момент, чтобы избавиться от неугодных.
— Вы говорите опасные вещи, мадам.
— Я всего лишь повторяю то, о чем говорит весь город, — небрежно отмахнулась Исабель.
— И все-таки в том списке есть и те, кто действительно виновен, — возразил я. — Собственно, именно об этом я и хотел с вами поговорить.
Исабель вздрогнула и резко развернулась. Ее птичье лицо исказила гневная гримаса.
— Что ты сделал, ублюдок⁈ — прошипела она. — Что ты им наговорил про нас? Это ты так мстишь нам?
Я молча достал из-за пазухи гроздь черных волчьих амулетов и показал их ей. На лице Исабель поочередно промелькнуло несколько эмоций: от непонимания и удивления, до отчетливого осознания и неверия.
— Два раза Ночные волки пытались убить меня, — начал говорить я. — Первый раз они напали на меня по дороге на Фронтир. Второй — уже на севере…
— Но я не… — полушепотом произнесла она, завороженно глядя на черные когти. Весь ее гневный порыв тут же улетучился.
— Я знаю. Теперь я точно уверен. Ваш отец тоже ни при чем.
— Кто? — выдохнула Исабель.
— Аделина Бошар, — ответил я. — Именно ее имя значится в том списке.
О результатах дознания, которое проводили королевские палачи, мне сообщила Сусанна. Король очень быстро наложил свою лапу на пленников. Жрецам он такой подарок отдавать не собирался. Оборотней те получили спустя неделю, полуживых и с отрезанными языками.
Но даже так кое-какая информация о фамилиях в тех списках все-таки просочилась. О том, что Аделина Бошар тоже там есть, Сусанне поведал ее сослуживец за немаленькую сумму. Ребята из отдела «Телег и повозок» были повсюду. И то, что среди них были те, кто любил золото, значительно упрощало нам задачу.
Исабель громко выдохнула и устало прикрыла глаза. Затем она снова посмотрела на меня.
— Откуда мне знать, что ты говоришь правду?
— Думаю, об этом вам скажут люди короля, когда придут к вам в дом. Это произойдет со дня на день. Они еще не заявились к вам только потому, что у них не хватает людей. Список действительно очень длинный. Королевские дознаватели в данный момент занимаются рыбой покрупнее. Но я уверен — дочь купца из золотой сотни стоит у них не на последних позициях.
— Безмозглая дура! — прошипела сквозь зубы Исабель и сжала кулаки. — Она погубила нас! Все, что мы так долго создавали, будет разграблено и растоптано… И где только она взяла столько денег? Я бы сразу заметила…
Исабель невидящим взглядом уставилась в окно и начала лихорадочно перебирать варианты.