Школа боевых фрейлин (СИ)

Наверное, мы немного расслабились, увлеклись ритмом и тем, что почти прошли испытание, поэтому не сразу увидели, что хвост гусеницы венчал нарост из целого пучка шипов. И он был уже слишком близко, чтобы отстраниться…
Острая боль резанула по бедру, и я закричала. Эта тварь всё же зацепила меня! Шипы прошли по касательной, вспоров брючину от бедра до самого колена.
Гусеница исчезла в тоннеле, как будто её и не было, а боль осталась. Я шипела сквозь  зубы, припав в спине Гра и с ужасом чувствовала, как немеет нога.
Дракокрыл остался невредим, но и он нервничал. При всей любви Гра к приключениям, даже для него это было слишком, тем более что нам не дали передохнуть и мгновения. Едва разминувшись с гусеницей, мы услышали нарастающий свист.
Звук был смутно знакомым, и я вспомнила, что зимой с таким звуком падают с неба разломки – магические заряды, которыми колют лёд на ближайшей реке. Сила разломок была такова, что перед ней не мог устоять даже метровый лёд. Куда уж нам с Гра!
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ 
Я невольно втянула голову в плечи, ожидая удара с небес. «Уходи! Спасайся! Прячься!» - вопили мои инстинкты, но тело не слушалось. Неужели гусеница была ещё и ядовитой, и сейчас яд медленно проникает в мою кровь?!
И тут Гра очень меня удивил. Он тревожно вскрикнул и резко, почти вертикально полетел вверх, навстречу свистящему звуку. Я подняла голову и сжалась, ожидая столкновения с неведомой опасностью, а надо было смотреть вниз. Туда, где прямо под нами стремительно выдвигалось широкое стальное лезвие.
Гра успел проскочить в паре сантиметров над ним, и я вздрогнула, услышав лязгающий звук за нашей спиной.
 - Спасибо! – сипло сказала я. Голос куда-то пропал, но я мысленно обняла драко. Если бы не инстинктивный рывок Гра, нас просто перерезало бы надвое, и сейчас мне совсем не хотелось думать, иллюзорной или настоящей была бы наша смерть. Я и так чувствовала себя живой только наполовину.
Гра тяжело махал крыльями, унося меня подальше от всех опасностей, и уже не было сил думать о том, что где-то впереди нас ждёт очередное препятствие. И когда она всё-таки появилась перед нами – последняя непреодолимая преграда, я посмотрела на возникшую ниоткуда сплошную стену с апатией. К этому времени онемение от ядовитых шипов распространилось уже до пояса, я абсолютно не чувствовала седла под собой. Единственное, что я ещё могла – тронуть драко рукой. Но он и сам уже замедлился, повис перед стеной.
 - Ищи, - просипела я. – Облетай.
И легла на спину Гра, повернув голову, чтобы тоже смотреть. Похоже, сейчас я только на это и была способна – вглядываться до боли в глазах.
Стена была так себе, обычные плотно сбитые доски. Но между ними не было ни одного просвета, ни единой щелки. А Гра тоже уже ощутимо слабел, как будто эта непроходимая стена выпивала из нас последние силы.
Наверное, я бы пропустила её – крохотную дырочку, оставленную жуком-древоточцем, если бы в глаза мне на мгновение не ударил узкий ослепительно яркий луч света.
 - Вот! – крикнула я без голоса.
Гра вытянул шею, увидел и дрогнул в нерешительности.
 - Надо! – прошептала я. – Спасай!
И мой серокрылый драко с разлёту ринулся грудью на сплошную стену.
Золотой свет расширился и принял нас, мигом залив всё пространство вокруг, потому что тоннеля больше не было, а был только ослепительно яркий солнечный свет и лёгкий, мирный летний ветерок.
Гра кувыркнулся в воздухе и почти упал на жёсткое покрытие площадки.
Откуда-то сбоку к нам бежали двое мужчин. Бежали в какой-то противоестественной тишине, и на мгновение мне показалось, что я оглохла, но тут же услышала ликующий детский крик:
- Она прошла! Она прошла тоннель!
Ему никто не ответил, и мальчик растерянно замолк, глядя, как меня вытаскивают из седла.
 - Почему она не встаёт? – спросил принц.
Старший тера коротко взглянул на него и неожиданно жёстко сказал:
 - Потому что человек – не игрушка. Если он ломается, он умирает.
 
 - Она умерла? – в голосе мальчика зазвенели близкие слёзы. – Но ведь она прошла тоннель! – растерянно повторил он.
 - Умрёт, если вы будете нам мешать.
Меня положили на землю.
 - Говорить можешь? – спросил тера, приподнимая мою голову.
 - Голоса нет, - просипела я. – И ног не чувствую.
 - Врач сейчас будет, - пообещал тера, и словно в ответ на его слова воздух в двух шагах от нас преломился и потёк. Из марева портала вышагнул мужчина. За ним шёл Поль.
 - Держите ей голову, - приказал врач, выдёргивая пробку из какой-то длинной узкой склянки и поднёс её к моим губам. – Пей! Это противоядие.
Прохладная чуть сладковатая жидкость полилась в моё горло.
 - Молодец, - чуть улыбнувшись, сказал врач. – А сейчас пойдём лечиться к доброму дяде Приту, - и мужчина легко подхватил меня на руки.
Немного гусеничной красоты))) Шипы, конечно, поболе.
  
Глава 17
 
  Тера Берн бесцеремонно ворвался в палату королевского госпиталя в самый неподходящий момент, когда доктор Прит осматривал мою израненную ногу.
Я подскочила, возмущённо потянув на себя простыню.
 - Ну-ну, - успокоил меня доктор и мягко отнял простыню. – Уверяю вас, этого старого циника не прошибить видом голых женских ног. Его интересует только одно – сможете ли вы завтра быть на королевском приёме.
 Берн усмехнулся, и внимательно взглянул мне в лицо.
 - Доктор Прит шутит. Уверяю вас, леди, меня интересует не только это. Ну что тут у нас?
Я вспыхнула, но, кажется, мужчины и правда забыли обо мне, склонившись над моей ногой.
Длинные багровые рубцы протянулись от бедра до колена. Открытых ран не было. Их и не могло быть, учитывая иллюзорность гусеницы, зацепившей меня своими шипами, но, похоже, мой организм не считал, что пострадал несерьёзно. Хорошо хоть, что после обезболивания я не чувствовала боли, зато теперь меня неудержимо клонило в сон.
Вряд ли ещё несколько дней назад я смогла бы поверить, что я усну, пока мои голые ноги разглядывают двое молодых мужчин. Я прикрыла глаза только на мгновение, а проснулась уже утром, от голоса доктора.
 - Пора вставать, моя самая красивая пациентка! – весело проговорил Прит, отдёргивая шторы. – Давайте посмотрим, как у нас дела. О, великолепно! Нога очистилась! А ну-ка, попробуй встать.
Я обрадованно спустила ноги и поднялась. Силы ещё не вполне вернулись ко мне, и ноги норовили подогнуться, но эта слабость не шла ни в какое сравнение с тем, что я чувствовала вчера.
 - Ну, как? – спросил врач.
 - Всё хорошо! – радостно ответила я, твёрдо решив, что ни на минуту больше тут не останусь. – Я могу идти?
 - Не так сразу, - улыбнулся Прит. – Сейчас за тобой придёт тера Берн, а ты пока позавтракаешь и переоденешься.
 - О! – с ужасом воскликнула я, увидев на плечиках бальное платье.
 - Приём у королевы уже вечером, - сочувственно посмотрел на меня Прит. – Но я настоял, чтобы тебя освободили от всех занятий, кроме репетиции. Её пропустить нельзя. Дирон и так уже рвёт и мечет, что по твоей милости генеральный прогон задержан на целый час.
Я вздохнула и отправилась мыть руки, потому что медсестра принесла завтрак.
 - Почему ты не пьёшь сок древа? – с интересом спросил доктор, когда я решительно отодвинула в сторону зелёную бутылочку. – Сок восстановит твои силы.
 - У меня аллергия, - призналась я. – Когда в последний раз меня пытались напоить соком в тю…не важно, где…я потеряла сознание.
 - Так серьёзно? – заинтересовался Прит. – Так ты уникальна не только тем, что первой из девушек прошла тоннель? Ты ещё и первая древесница с аллергией на сок древа!
Я прикусила язык, сделав вид, что увлечена содержимым тарелки, благо завтрак был горячим и вкусным.