Обряд (СИ)

— Что это? — потрясенно ахнула ведьма, застывая на месте не решаясь вторгнуться в эту красоту.
— Это мой мир, — негромко ответил Мердо, довольным произведенным эффектом и добавил еще тише, — здесь всегда тепло и светло не смотря на то, что твориться за стенами замка.
Ведара с восторгом посмотрела на отлитых из бронзы животных в натуральную величину, которых расставили на дорожке. А сама дорожка освещалась магическими фонариками, что парили в воздухе над головами прогуливающихся.
  
— Кто бы мог подумать, что у вас у вампиров такой прекрасный и богатый мир!
Мердо на подобное замечание ничуть не обиделся.
— Вообще-то я говорил только о себе, а не за всех. Но в любом случае у нас больше времени на совершенствование, чем у кого бы то ни было.
Они, не торопясь пошли по аккуратным тропинкам, вдыхая аромат распустившихся ночных цветов и неторопливо беседуя об отличиях человеческой жизни от представителей Высшей Расы.
— Вы упомянули о некой Книге? — напомнила Ведара, когда разговор плавно перешел на различия в питании, от чего женщина начала дергаться помимо воли.
Мердо чуть улыбнулся, правильно расценив тактичный намек своей гостьи и послушно ответил:
— Я так понимаю, вы намерены посетить храм Баст? В каждом крупном храме нашей богини имеется особая книга, в которую богиня сама вписывает имена истинной пары и обозначает дату Обряда. Как-то повлиять на это мы не можем. Хотя некоторым удается доказать Баст, что они готовы к браку именно сейчас, но это редкость. Обычно с того момента как вампир встречает свою alere и до Обряда проходит не меньше года и до тех пор, пока имена счастливчиков не появляется в Книге Обрядов, избранниц оберегают и не выводят в свет. Но все это касается только дворян.
Услышав о том, что на разрешение недоразумения с Шайенном у нее есть достаточно времени, Ведара незаметно перевела дух. Уж за год они как-нибудь разберутся!
— От чего оберегают? Или то, что произошло с теми четырьмя девушками у вас не такая уж и редкость?
— Нет, но обидеть могут так же, как и везде. Или у вас искоренили всю преступность?
Вопрос звучал резонно, Ведара согласно кивнула и продолжила копаться в местных традициях:
— А кто вообще имеет доступ к Книге? Мне интересно, кто мог быть в курсе того, что девушки скоро выйдут замуж, их ведь всех убили незадолго до самого Обряда, верно?
Мердо тяжело вздохнул, его напрягала эта ситуация и хуже того, он чувствовал, что это не конец и жертвы еще возможны.
— У каждого крупного лорда, недалеко от его постоянной резиденции есть главный храм богини Баст, где под контролем Верховной Жрицы храниться книга. Это касается только графств, маркизатов и герцогств. Владыка своим присутствием не освящает Обряды Обретения, у него своих дел полно.
Ведара шла чуть впереди, она чувствовала себя неуверенно в общества его светлости и делала все, чтобы не оказаться с ним лицом к лицу или пересечься взглядом.
— Как только в Книге появляются имена, Верховная Жрица обращается ко мне, и я приглашаю в свой замок новую истинную пару, гостят они где-то около недели и потом уезжают обратно, готовиться к главному дню в своей жизни.
— То есть до того, пока Верховная Жрица к вам не обратиться, никто кроме нее об alere не знает? Ну, теоретически.
— Об этом, как я уже сказал, не принято говорить, — согласился граф, с интересом глядя на быстро мрачнеющую ведьму.
— Я пытаюсь понять, в какой момент происходит утечка и убийца узнает о будущем Обряде, если вы не объявляете о нем по всем своим землям. Сколько обычно гостей у вас собирается в то время, пока здесь отдыхает пара?
Мердо наконец понял, почему его ведьма так сурово хмурит тонкие брови, несмотря на царящий вокруг ночной покой и красоту, и сам посерьезнел.
— Около двадцати-тридцати гостей, иногда больше. Это надо спросить у сенешаля, он всегда и всему ведет учет. Но ведь леди Элизабет была убита до того момента, как была принята в моем замке.
— Это меня и смущает, так-то можно было бы вычислить одни и те же лица, которые присутствовали при всех парах и искать среди них, но Элизабет выпадает. Вы никому не говорили о том, что ее имя появилось в Книге? Может, пока вы разговаривали с Верховной Жрицей, кто-то был рядом?
Его светлость с сожалением покачал головой, он только помнил, что кроме их двоих в кабинете больше никого не было. Что ж, у Ведары появился еще один повод наведаться в Храм к богине и уже не только личный. Женщина плавно остановилась и с лукавой улыбкой попросила Мердо встать сзади нее и изобразить удар по голове. Мужчина, услышав столь странную просьбу поспешно отошел от ведьмы на приличное расстояние и уже оттуда позволил себе возмутиться:
— Госпожа Вольт, это переходит границы, даже ради вас…
— Ваша светлость, сожалею, что вы не так меня поняли, но я имею в виду всего лишь эксперимент, нужно не ударить, а только изобразить! — быстро затараторила Ведара, любуясь вытянувшимся от гнева и изумления лицом Мердо.
Яркие голубые как василек глаза мужчины неуловимо потемнели: чтобы он, да поднял руку на женщину? Он ни разу в жизни не позволил себе тронуть не то, что женщину, а даже мужчину, если он был явно слабее его. Это ведь какой урон по достоинству!
— Это всего лишь эксперимент! — еще быстрее проговорила ведьма, но Мердо все равно дернулся, стоило ему представить, как он заносит руку.
Но отказывать женщине в помощи, когда она просит, тоже нельзя, поэтому он заколебался и, в конце концов, решился.
— Это выглядит не очень хорошо, но раз вам это нужно для дела и только изобразить, я готов.
Ведара согласно закивала и повернулась к нему спиной, надеясь, что он не успеет передумать. Мердо занес руку и резко опустил ее на голову ведьме, едва коснувшись темени. Волосы у нее были жесткие и тяжелые, неуловимо пахли ромашкой и мелиссой, но были такими блестящими, что вдруг захотелось провести по ним ладонью и расправить так, чтобы они укрыли плечи ровным плащом. Подобное желание было ему не слишком понятно, в виду того, что в своей скорби он вообще забыл, как это, хотеть к кому-то прикоснуться. И зажав себя в кулак, его светлость с трудом отстранился от ведьмы. Она почувствовала перемены и, потрогав место предполагаемого удара, проворчала:
— У убийцы удар ниже, но не на много.
Граф комментарий услышал, сложил руки на груди, и скептически оглядев опечалившуюся женщину, не удержался от язвительного замечания:
— Как это грустно, что это не я, не так ли?
— Наоборот, это хорошая новость, — быстро нашлась ведьма, сообразив, что ее слова прозвучали двусмысленно, — это можно было бы сделать и в вашем кабинете, но у Тейрка бы тогда случилась настоящая истерика. Ваша светлость, а у вас какой рост?
Мердо на миг прикрыл глаза, чтобы не засмеяться в голос: эта женщина со своей прямолинейностью и неистовым желанием добиться своего приводила его в восторг.
— Какой вам нужен, пусть такой и будет. Я уже согласен взять всю вину на себя, но только если под суд вы отведете меня лично.
— Ваша светлость, — укоризненно покачала головой Ведара, но щеки коснулся едва заметный румянец.
— Сто восемьдесят пять, — вампир незаметно приосанился, ему было чем гордиться, — и прошу вас, зовите меня по имени, хотя бы в те моменты, когда рядом никого нет.
Ведара постаралась не выказать своей радости и, поджав губы, кивнула. Нечего ему видеть, как ей приятно это слышать.
— А Верховная Жрица у вас случаем не высокая, где-то под метр восемьдесят?
Мердо с понимающей усмешкой отозвался:
— Она вам где-то по плечо.
  
— Жаль, но ничего, — не теряя воодушевления, заявила Ведара, — послезавтра я поеду в этот ваш храм. Есть у меня уже кое-какие мысли, даже скорее убеждение, но, если все подтвердится, вам это все вряд ли понравится.
— Вы меня пугаете, — честно признался вампир, — а в храм вам нужно только за этим подтверждением?
Ведьма, сама не зная зачем, вдруг призналась: