Эльфийские глупости (СИ)

– Не могу, – с сожалением покачала головой Амайя. – Боги непреклонны. Они требуют, чтобы я совершила путешествие только с нашими мальчиками.
– Мало ли кто и чего требует, – буркнул Тириэль, не желая расставаться с женой и тремя сыновьями в угоду высшим сущностям.
– Не говори так, – мягко пожурила его Амайя. – Боги хотят шиалам блага. Давно пора устранить эти дикие законы. Мать клана не имеет права их насаждать. Ты и сам все понимаешь, но все равно упрямишься. И я знаю, как тебя переубедить.
Амайя скользнула ладонью по животу мужа, спустилась ниже и принялась гладить мгновенно твердеющий ствол.
– Это не поможет меня переубедить, – дрогнувшим голосом выговорил Тириэль.
Его дыхание участилось, сердце подскочило к горлу, внутри закипела кровь. Двадцать лет брака ни на грамм не охладили его страсти к супруге. Его вечная спутница навсегда останется для него самой желанной и единственной женщиной в мире.
– Посмотрим, – с лукавым блеском в черных глазах промурлыкала Амайя, опускаясь перед мужем на колени.
– Духи Леса! – застонал Тириэль, стоило Амайе провести по его подрагивающему стволу горячим языком и очертить рвущуюся наружу головку. – Ты сводишь меня с ума! Остановись, и давай поговорим серьезно.
Амайя открыла блестящую головку, накрыла ее ртом и втянула как можно глубже. Тириэль задрожал.
– Я прощу тебя, – пробормотал он, теряя связь с реальностью.
Амайя оторвалась от него, ухватила ствол крепкой рукой и начала двигать вверх-вниз.
– Уверен, что хочешь меня остановить?
Тириэль стиснул зубы и зажмурился.
– Ну же, скажи мне, – потребовала Амайя.
Она ускорила движения рукой, а губами и языком принялась ласкать головку. Тириэль вцепился в спинку рядом стоящего кресла и попытался сохранить равновесие.
– Говори, – приказала Амайя, одной рукой скользя по стволу, а второй накрыв тугую мошонку. – А то я могу сейчас встать и пойти на кухню. Там как раз обед должен поспеть.
– Нет! – рявкнул Тириэль, хватая жену за плечи и толкая на кровать. – Будь все это проклято! Я на все согласен, только не уходи.
Амайя расхохоталась, спустила с плеч рукава платья и оголила полные груди. Тириэль пожирал ее ненасытным взглядом, а она принялась пальчиками теребить свои соски. Он выругался сквозь зубы, задрал подол ее платья и широко развел ноги жены, подтягивая ее бедра к краю постели.
Дома белье Амайя никогда не носила, зная, что муж может захотеть ее в любой момент, да и она его тоже. Так что Тириэль со стоном рванулся вперед и заполнил жену до отказа. Амайя выгнулась и громко застонала, цепляясь пальцами за простыни. Тириэль начал двигаться так неистово, что Амайя только и могла извиваться и покрикивать от нарастающего возбуждения. Внутри все скрутило от напряжения, Амайя готова была вот-вот взорваться. Тириэль еще больше ускорился и захрипел:
– Я поеду с тобой. Скажи, что согласна, иначе я остановлюсь.
Амайя зарычала от досады, но Тириэль скользил внутри нее до того сладко, что выпустить его она никак не могла. Амайя обвила ногами его талию и вжала в себя с невероятной силой.
Тириэль зашипел и чуть не кончил, но удержался и сменил угол проникновения. Амайя закусила нижнюю губу и принялась подмахивать ему бедрами, надеясь наконец получить разрядки.
– Не хитри, – ухмыльнулся Тириэль и прижал ее сильными ладонями к постели. – Скажи, что согласна, и дай нам наконец расслабиться.
– Согласна! Давай уже!
Тириэль с победоносным видом ухмыльнулся и несколько раз так глубоко и резко вошел в жену, что та зашлась криком в оглушающей внутренней пульсации. Тириэль ощутил, как туго сжимаются ее мышцы вокруг него, и мгновенно взлетел на вершину удовольствия. Содрогаясь всем телом, он излился и замер в объятиях супруги. Его вечная спутница вновь подарила ему неземное блаженство, и он готов был на что угодно, лишь бы оградить ее от любых невзгод.
Тириэль вытянулся рядом с женой, укрыл ее одеялом и с довольной улыбкой проговорил:
– Я еду с тобой.
Амайя надулась и глянула на него из-под насупленных бровей.
 
– Ты опять перехитрил меня! Если бы не твои уши, я бы решила, что у тебя в роду были гномы.
Тириэль рассмеялся, обнял супругу и уткнулся носом в ее шею.
– Прости, родная. Я не могу тобой рисковать. И мальчиками тоже. Да, ты сильная и обязательно со всем справишься, а наши сыновья уже прошли обряд посвящения в воины. Но я умру от тревоги за вас, если останусь в землях людей, пока вы будете у шиал.
– Поэтому ты непременно полетишь с нами, – улыбнулась Амайя и поцеловала мужа в кончик носа. – Я уже отдала все необходимые распоряжения на этот счет. Но только…
– Как?! Зачем тогда заставила волноваться? – с обидой спросил Тириэль.
– Ты не дал мне договорить, – попеняла ему Амайя. – Ты полетишь с нами, но только до подножья Змеиных гор.
Тириэль с раздражением передернул плечами.
– И не злись, – погрозила ему пальчиком Амайя. – Это предел того, на что я могу пойти и не прогневить богов. Или так, или лучше оставайся дома.
– Я лечу, – тут же отрезал Тириэль.
– Вот и отлично, – расплылась в ослепительной улыбке Амайя. – А что до того, почему я раньше не сказала, так ты бы начал требовать еще больших уступок. И, в конце концов, уговорил бы меня невесть на что. Ты вечно так делаешь. Поэтому все справедливо.
Она оторвалась от мужа и поднялась, приводя наряд в порядок. Тириэль смотрел, как жена убирает пышные груди за вырез платья и тут же захотел, чтобы она снова их оголила. Амайя поймала его взгляд и замотала головой.
– Нет, нет и нет! Даже не думай. Я уже и так задержалась сверх всякой меры. Меня ждут в кухне.
– Подождут, – отмахнулся Тириэль.
Амайя бросилась к двери, надеясь выскочить в коридор раньше, чем муж ее настигнет. Но не тут-то было. От лесного эльфа еще никому не удавалось уйти. Он мгновенно оказался рядом, подхватил жену на руки и вернул туда, где ему больше всего нравилось ее видеть.
– Тири, пожалуйста! – взмолилась она. – Я, и правда, опаздываю.
– Мне так нравится, как ты меня называешь, – проурчал Тириэль, поднимая измятый подол ее платья и устраиваясь между бедер супруги.
– Ах! – задохнулась Амайя, когда муж облизал ее складочки и проник внутрь языком. – Тири, нет! Прошу!
Но Тириэль и не думал останавливаться. Его язык выводил круги над самой чувствительной точкой жены, и скоро Амайя уже извивалась перед мужем, умоляя продолжать и выкрикивая его имя на все лады. Тириэль мог слушать супругу бесконечно долго и намеревался остаток жизни провести, как можно чаще давая ей повод так его звать.