Хроники пилота: Звездолет для бунтаря (СИ)

Я взбежал по ступенькам, но Ковалев мгновенно оказался рядом. С широкой, излучающей невероятную доброжелательность улыбкой, будто мы с ним лучшие друзья, приобнял за плечи, подвел к терминалу.
— Ну вот, Рей, как мы с тобой договорились, ты теперь можешь выбрать любой космолёт.
Одной рукой нажал пару кнопок. И на всех трех дугообразных экранах высветилась изумрудным сетка. А в каждом квадрате вращался летательный аппарат.
  
— А это что? Почему отмечено серым? Еще не сделали такой?
— Это звездолёты. Мы же не собираемся лететь к звездам, — Ковалёв хмыкнул. — Нам лишь нужно добраться до центральной палубы, а оттуда до Земли. Давай выбирай и отправляемся. Рекомендую вот этот.
Он нажал на клавишу и весь центральный экран занял аппарат, чем-то похожий на мой спейсфайтер, строгие хищные контуры, фюзеляж в защитных серебристо-бело-зеленых пятнах, черный нос. И красные пятиконечные звезды на крыльях.
— Штурмовик класса «Истребитель лис», — объяснил Ковалёв. — Экипаж — четыре человека. Первый пилот, второй пилот, штурман и бортинженер, он же стрелок. Как раз для нас. Сейчас мы с Ларри сходим в раздевалку, подберем противоперегрузочные костюмы. И отправляемся. Маршал уже беспокоится, что мы застряли.
Внезапно Ковалёв нахмурился, прислушался к чему-то. Подошел к экрану, пощелкав кнопками, начал с кем-то разговаривать.
— Миссия меняется, — Ковалёв закончил разговор и повернулся к нам. — Мы летим на Луну. Я разблокирую другой космолёт.
— На Луну? Это еще что такое? — не выдержал я.
— Луна — это естественный спутник Земли. Там находится колония, где добывают Гелий-3. Ты знаешь, Рей, что такое Гелий-3? Не знаешь. Гелий-3 — это источник термоядерного топлива. Мы доставим туда груз и заберем готовое топливо. И не делай такую тоскливую рожу, Рей. Тебе поручается ответственное задание. Доставить этот космолёт на Луну. Понятно?
Я промолчал, возразить было нечего. Этот ублюдок подчинил меня, сделал рабом. И я даже в морду ему дать не мог.
Когда Ларри и Ковалёв вернулись в лётных противоперегрузочных костюмах, полковник подошел к Дарлин, мягко сжал ее руку в своих ладонях.
— Дарлин, а я хотел вас попросить составить маршрут до Луны, — низко пророкотал он. — По вот этим координатам.
Девушка высвободила свою руку, выпрямилась. Глаза сузились, губы сжались, ноздри прелестного носика трепетали. Она молчала, но я понимал, что ей неприятны эти слова полковника.
— Да, я всё сделаю.
— Отлично. Все отправляемся на нижнюю палубу, там нас ждет великолепный летательный аппарат, который поведет лучший пилот во Вселенной!
Как мне хотелось дать Ковалёву в морду. Руки чесались, напряжение росло, как в суперновой, еще немного и взрыв. Рвануло бы так, что все бы разнесло на клочки. Но я лишь сжал кулаки, ногти впились в ладонь до боли.
На нижней палубе, куда мы спустились на лифте все вчетвером, действительно поджидал нас космолет. Но вовсе не такой изящный, с хищно-летящими линиями фюзеляжа. А больше похожий на буханку хлеба с крыльями. Тупорылый, выкрашенный унылой защитного цвета краской. Утыканный движками сверху, снизу, по бокам.
Широкий люк в центре медленно откинулся, обнажив шлюз декомпрессии. Но сейчас в нем не было необходимости. Мы находились в ангаре, где сохранялась нормальное давление, воздух. Зажглись в проеме круглые светильники. Спустился автоматически трап, я забежал внутрь. В кабине расположился в кресле первого пилота, капитана. Панель управления передо мной самая обычная. Много экранчиков — квадратных, круглых, овальных, кнопок, рычажков. Над моей головой выступала дополнительная панель с весело перемигивающимися светодиодами, кнопками, рычажками. Всё абсолютно мне знакомо — спасибо полковник Ковалёв, теперь я добавил в свою базу данных информация о пилотировании всех летательных аппаратов землян.
Вскочил с места и решил осмотреть груз. Но тут же наткнулся на скрывающие какую-то тайну плотно сдвинутые монолитные створки из толстого металлического сплава.
— Что ты тут потерял? — Ковалёв возник рядом со мной, прожёг злым взглядом.
— Я должен знать, что там, проверить всё ли хорошо закреплено.
Включил рентгеновское зрение. Легко проник взглядом внутрь, ярко-зеленые линии обрисовали контуры высоких фигур. В рост человека, но более массивные, явно очень тяжелые.
— Роботы? — как ни в чем не бывало спросил я полковника.
— Да. На шахте произошел взрыв, завалило несколько роботов-рудокопов. Надо их заменить.
Я задумался. Какая срочность в том, чтобы прямо сейчас лететь на Луну, доставить груз, который может подождать? И почему полковник так напряжен, явно нервничает. И что ему сказал Туровский, с которым я подслушал разговор?
— Иди в кабину, — прошипел Ковалёв. — Все тебя там ждут, Рей, — сменив тон, доброжелательно добавил полковник.
Ну, конечно, ведь мимо нас, грациозно и мягко ступая, как дикая кошечка, прошла Дарлин. Обвела нас взглядом, взмахнув пушистыми ресницами. Хмыкнула и направилась к кабине.
Я вернулся к своему креслу, легко перепрыгнул через спинку, лихо приземлился на мягкое сидение, которое там приятно обволокло мою задницу, напомнив, что я чудовищно устал, и хочу послать всех куда-нибудь в черную дыру. Но вынужден подчиняться.
— Я составила маршрут до колонии на Луне, — проворковала Дарлин. — Вот.
— Загрузи в бортовой компьютер, — Ковалев сзади оперся на спинку моего кресла, оттянув немного назад.
Сжал челюсти, чтобы не сказать что-нибудь грубое, я переслал информацию в компьютер, и тот отозвался цепочкой символов, которые шустро пробежали по экранчику слева. А я углубился в проверку чек-листа. С каким-то внутренним наслаждением пощелкал рычажками, удовлетворенно наблюдая, как загораются нужные светодиоды. Мне так не хватало этого. Раньше со всем справлялся мой нейро-интерфейс. А теперь я мог физически ощутить прикосновение ко всей этой системе управления.
— Ладно, поехали. Все на месте.
Я машинально обернулся на голос полковника, проверил, что Ларри тоже зашел внутрь.
— Всем пристегнуться, — крикнул я.
И мы ринулись в глубокую тьму космоса.
— А ты знаешь, Рей, — начал как-то задумчиво Ковалёв. — Раньше. Лет тридцать назад до Луны приходилось лететь трое суток. Представляешь? И люди там побывали всего один раз. Сто лет назад. Сложно, дорого. И опасно. Ох, как опасно! А сейчас? Мы соорудили там колонию по добыче Гелия-3 и летаем туда… ну просто, как в соседний район наше столицы. Час всего. Можешь себе представить, какой это невероятный прогресс?
— Я должен восхититься? — поинтересовался я, не скрывая насмешки. — На моем звездолете я мог добраться туда за секунды.
— Ну, конечно, мог. Но сколько бы ты сжег топлива? Это не то, Рей. Совсем не то. Вот наш космолёт, самый обычный трудяга-грузовик с движками на термоядерном топливе. И это так обыденно, и в то же время прекрасно.
— А ты, романтик, Ковалёв, — не удержался я от сарказма. — В самой обычной вещи увидел что-то романтичное.
Ковалёва прорвало, он начал с жаром рассказывать, сколько земляне построили заводов, космодромов, звездолётов, космических станций. На меня его слова не произвели никакого впечатления. Но Дарлин? Он явно красовался перед ней, пытался привлечь внимание. А мне хотелось задать ему один вопрос — он-то, полковник государственной безопасности, какое вообще отношение имел ко всем этим прекрасным вещам?
Залитая мертвенно-бледным хрустальным светом серая громада Луны начала быстро заполнять обзорный экран, темные округлые, похожие на огромные моря проплешины, длинные борозды, удивительно правильной формы кратеры.
  
Я включил боковые движки, наш летун, нехотя вращаясь направился к орбите Луны. Я выровнял траекторию полета.
Вид унылой, дымчато-серой, казалось, бы мёртвой пустыни оживлял комплекс сооружений. Высокое строение в пару этажей, со сходящими в треугольнике стенами из стеклянных панелей, напоминало огромное вымершее животное, будто бы вылезшее из морских глубин, чтобы устало раскинуть сапфировые плавники из солнечных батарей. И застыть так навеки. Вокруг здания поменьше, утопленные в поверхность полусферы с выходящими из них длинным прямыми коридором. Несколько буровых установок на круговых площадках жадно вгрызались в грунт. Их окружали на тонких ножках-фермах голубые цистерны, похожие сверху на детские надувные шарики. На фоне высокой темнеющей провалами горы выстроились в несколько рядов ферменные конструкции с космолётами. И уходящая за горизонт, над которым гордо проплывал бело-голубой шар Земли, взлетно-посадочная площадка для космолётов, где на краю в ряд стояло несколько аппаратов, схожих с тем, на которым мы летели сейчас.