Нож в сердце рейха
– Нужда будет, ты знаешь, где меня найти.
– Слушай, – остановил торговца Олег, – а ты побрякушки немецкие достать можешь? Железный крест, например.
– Завтра ближе к вечеру, ближе к 17:00, принесу. Может, еще что надо? Могу «вальтер» достать… Кобура-то есть, а что в кобуру засунешь?
– Неси. Разоришь ты меня вконец, – сокрушенно произнес Самойлов.
– Не разорю, – довольно гыкнул торговец. – А коли есть золотишко, так и пулемет принесу. Нужен?
– Нет, – мотнул головой Олег. – Пока пистолетом обойдусь.
– Как знаешь.
Осторожно поглядывая по сторонам, торговец не спеша удалился по аллее.
И немецкая форма – три комплекта, и оружие – все немецкое, и даже документы были, но они находились в тайнике в полуразрушенном здании поселка при станции Протопоповка, и идти за ними сейчас, рискуя жизнями товарищей, полагаясь на случай, Самойлов не мог, так как операция находилась еще в самом начале. Прежде всего необходимо выяснить расположение лаборатории и найти Лесковского. Вернее, найти Лесковского, а через него выйти на лабораторию. Потому-то Олег и пошел на эти непредвиденные расходы, связанные с покупкой офицерской формы и оружия.
На квартире Самойлова ждали Сергей и Федор. По их лицам Олег понял, что встреча удалась.
– Докладывай, контакт установлен?
– Установлен, – выпалил Федор.
– А теперь не спеша, подробно, дословно передай разговор с доктором.
Выслушав Федора, спросил:
– Как твое мнение, не выдаст?
– Нет, – уверенно ответил Федор. – Предать нас – значит подставить невестку, а Настю Антон Васильевич любит, это точно.
– А поможет?
– Обещал. Через два дня приглашал на обед…
– Через два дня я наметил встречу с другом детства, – в раздумье произнес Самойлов. – Думаю, буду готов.
– Слушай, Старый, а может, не нужно торопиться? Если Прохоров выяснит про Лесковского, зачем нам Артур Берг? Обойдемся без него, – резюмировал Сергей.
– Решим позже. Все равно я намеревался с Артуром встретиться вечером.
– А как же комендантский час? Патрулей будет немало. Ведь после 18:00 останавливают всех, в том числе и офицеров, – возразил Федор.
– По вечерам Артур ходит ужинать в ресторан. Во всяком случае, вчера он там был. Прослежу еще и сегодня. А в ресторане документы не проверяют. Видимо, патрулю запрещено заходить в ресторан…
– А вдруг есть особый, офицерский патруль? Специально для таких случаев? – не унимался Федор.
– Да я как-то об этом не подумал…
– Слушай, Старый, чего ты торопишься? Через два дня какой будет день недели? – поинтересовался Сергей. – Правильно. Воскресенье. Ты думаешь, у немецких офицеров не бывает выходных или хотя бы немного свободного времени? Бывает. Они тоже люди, хотя и фашисты.
– Погоди, как же я забыл, – воскликнул Самойлов. – Ведь в воскресенье никто работать не будет. У католиков великий праздник – Рождество Христово. С раннего утра народ в костел потянется… и Артур тоже. Он же католик. Вот где с ним надо встречаться: или по пути, или в самом костеле.
– А что тебе даст эта встреча? Ведь он немецкий офицер… Друг другом… Возьмет и пристрелит, а то и того хуже – сдаст гестапо. – Сергей, все больше распаляясь, продолжил: – Ведь как-то он дослужился до капитана. Просто так звания не присваивают, тем более выходцам из Советского Союза, и на теплое место не назначают.
– Наверное, ты прав, – согласился Олег. – Я тоже думал об этом. Конечно же, время могло Артура изменить. Но полковник Воскресенский не зря указал на друга детства. Его возможности намного больше, чем Прохорова, и это надо использовать. Рискую только я один!
Два дня прошли незаметно. Сергей с Федором подключились к слежке за Артуром Бергом, но капитан почти не выходил из комендатуры: офицерское общежитие, комендатура, столовая, вечером ресторан и опять общежитие.
«Пожар устроить, что ли? Вот тогда бы все разбежались из здания, словно тараканы», – не раз возникала горячая мысль у Сергея, но, оценив расположение охраны и свои возможности, он остывал.
Утром группа Самойлова была в костеле. Несмотря на войну, верующих было много. Отдельной группой расположились немецкие офицеры. Они сидели на мраморных лавках, склонив головы, время от времени крестясь.
Разведчики расположились так, чтобы видеть друг друга. Федор и Сергей, не забывая прикладывать пальцы ко лбу, отслеживали Олега, который должен был подать сигнал, когда появится Берг. Но служба уже заканчивалась, а капитан не приходил.
«Неужели прождали напрасно, – терзался мыслями Самойлов. – Ведь Артур верующий и не мог пропустить в такой праздник службу!»
Но вот пастор в заключение благословил молящихся, и народ потянулся на выход. Олег тоже хотел было показать товарищам, чтобы уходили, как в костел вошел капитан Артур Берг – небольшого роста, крепко сбитый, светловолосый и сероглазый. Со дня расставания Артур изменился, но не настолько, чтобы быть неузнанным. Сев на скамью, он углубился в молитву. Рядом с ним тут же пристроился Олег. Положив ладонь на колено капитану, он тихо по-немецки произнес:
– Привет, Артур! Не забыл друга детства?
Капитан Берг вздрогнул от неожиданности и, повернувшись вполоборота, внимательно посмотрел на говорившего. Олег видел, как у Артура округляются от удивления глаза.
– Как? Откуда? Как ты здесь оказался? – почему-то по-русски прошептал он. – Ты и в немецкой форме… ничего не понимаю…
– Выйдем, – предложил Олег. – Не в костеле же нам объясняться.
Он не спеша поднялся, перекрестился и пошел к выходу. Артур последовал за ним, а следом за немецкими офицерами костел покинули Сергей с Федором. На выходе они оказались за спиной капитана Берга. Почувствовав угрозу, он обернулся.
– Не волнуйся. Это мои люди, – поспешил успокоить друга детства Самойлов. – Если ты не против, пройдемся.
– Не думал, что наша встреча будет такой, – с явным огорчением произнес Артур. – Сколько лет прошло, как нас развела судьба? Одиннадцать?
– Одиннадцать, – подтвердил Олег. – Нам было по шестнадцать, когда дядюшка увез тебя в Германию.
– В дружественную по отношению к Союзу Германию, – уточнил Берг.
– Да. Но сегодня, через одиннадцать лет, Германия напала на Советский Союз, и ты в форме капитана вермахта.
– Но и ты тоже в немецкой форме…
– Только в форме, – многозначительно произнес Олег. – А ты, как я посмотрю, быстро вырос до капитана. Карьере не помешало твое рождение в Союзе?
– Только в самом начале службы, – неопределенно пожал плечами Артур. – После смерти отца…
– Как! Герхард Фридрихович умер?
– А ты не знал? – удивился Артур.
– Да я через год после тебя уехал в Москву и больше не приезжал в Саратов. Так что извини, не знал.
– Так вот, – после паузы продолжил Артур, – после смерти отца дядя меня усыновил. А так как он второй раз женился на вдовице, оказавшейся баронессой, я тоже стал важной персоной. Побывал во Франции, в Польше, сейчас Россия… А ты? Что с тобой? Как там тетя Маша, дядя Коля? У тебя еще сестра была, Сашенька, если мне не изменяет память.
– Да все нормально: живы-здоровы, живут в Москве, работают. Александра уже совсем взрослая, красавица, перед войной вышла замуж…
– А ты?
– Я замуж не выходил. Холост, – пошутил Олег и, чуть снизив голос, добавил: – Тоже капитан, и этим все сказано. Во Львове по делам.
– А не боишься, что я позову патруль? Вон стоят. Совсем близко…
– Не боюсь, – решительно произнес Олег. – Не успеешь и рта раскрыть, как тебе его тут же закроют мои ребята, и уже навсегда. Я не угрожаю тебе, Артур. Нет. Констатирую факт, который может свершиться.
– Верю. – И уже осуждающе Артур произнес: – Тоже мне, друг называется. – Помолчав, продолжил: – У тебя ко мне какое-то дело… Иначе бы ты не появился во Львове и не отыскал меня. Так?
– Все так. Не буду скрывать, очень надеюсь на твою помощь.
– Надеюсь, никого убивать не надо? – усмехнулся Артур.
– Нет, конечно. Нас интересует Арсений Лесковский…