Это кто переродился? Книга 4 (СИ)

И тут впереди все встало. Так резко, что Кирова едва не сбила девушку с ног. Она была вся мокрой от пота. Еле держалась на ногах…
— Дошли… дошли…
Кирова огляделась — вокруг по-прежнему тысячи людей, что грелись в сиянии Великого Хана. С их лиц ни на мгновение не сходило выражение бесконечной любви, преданности и обожания.
Кирова сглотнула. Десять тысяч шагов. Колонна встала.
  
И вот настал тот блаженный момент, когда она могла перевести дыхание, прижаться к чужому плечу, даже украдкой закрыть глаза, чтобы…
Снова подумать о том, какой ошибкой было остаться на день в Орде, ибо…
— … Вам оказана великая честь, — говорил евнух еще вначале этого долгого-долгого дня. — Провести целый день в Орде и увидеть Тень самого Великого Хана. Радуйтесь, ибо этот день длится уже месяц. И закончится он только тогда, когда Великий Хан сочтет нужным закончить его!
…Тогда во дворце ей снова нужно было решать вопрос здесь и сейчас. И в горячке событий она совсем забыла, что во власти Великого Хана были не только войска, кэшиктены, тысячи слуг, евнухов, тонны золота, сотни городов, помыслы миллионов подданных и то, что называлось Орда. Но и время, что тоже идет по повелению Великого Хана. И даже этот день, что грозил затянуться на месяцы…
А может, и на годы… Такое уже бывало, когда Кировой было всего двенадцать. Она с остальными наложницами запомнила этот день на всю жизнь — 15 сентября. День, который шел три года. День, который страшно измотал Орду. Тогда ей и удалось сбежать.
И вот, она снова здесь. В хороводе. А этот день… Казалось, он и не думал заканчиваться.
Хоровод набрал в грудь воздуха и гаркнул:
— Славься Великий Хан! Славься Великий Хан! Славься Великий Хан!
Молчала лишь Кирова, обнявшая уставшую девочку. А эти вокруг — они все кричали, доводя себя до исступления.
Вдруг послышался треск, и все голоса разом замолкли. По земле прокатилась дрожь, и ворота во дворце Хана начали медленно открываться. К ним вел всего один мост — очень тонкий, и по такому едва можно пройти одному. Шириной он был всего в полшага. Под ним зияла головокружительная пропасть.
Прямо у моста появился один из евнухов. К нему тут же потянулись люди, и он, схватив случайную руку, выдернул из толпы мужчину, стоявшего прямо перед Кировой. Сдерживать остальных кинулась гвардия.
Мужчина тут же рухнул на колени, крича о своей верности Великому Хану, а затем, завывая от счастья, кинулся вперед по мосту. Все провожали его, затаив дыхание.
— Он избран! Избран!
Повторяли они, но не Кирова. Закрывшись девочкой, она с удовольствием зажмурилась, уже зная, что будет дальше.
Секунда сменяла секунду, а она как могла, пыталась продлить этот миг, пока этот несчастный не…
Увы… Он и до середины не добрался. Его крик быстро утонул в пропасти.
Скоро колонна продолжила путь.
  
Глава 10
 
Куда мы едем на этот раз⁈
 
Где-то в каменном мешке.
Его ввели в допросную с повязкой на глазах, а затем с усилием усадили на стул, прикрученный к полу. Вергилий был сильно избит, однако с его лица не сходила обычная ухмылка. Руки же были связаны за спиной.
— Что на этот раз?.. Опять допрос? Сколько можно⁈ Убейте меня, и все на этом!
Повязку снимать не стали. Дверь захлопнулась у него за спиной с таким грохотом, что он вжал голову в плечи.
— Сволочи… Даже убить не можете… Я хочу в Башню! Хочу стать героем! Хоть так сдохнуть, а…
— Заткнись.
Прозвучавший голос заставил Вергилия завертеть головой.
— Брат⁈ Лаврентий? Сука, как ты меня напугал!
Встав из-за стола, Инквизитор подошел к брату и сорвал с него повязку. Без нее он выглядел еще хуже. Видеть мог только одним глазом, второй сильно заплыл.
— Дай закурить… не жадничай, — буркнул Вергилий, видя как его брат дымит сигаретой. — Мне все равно долго не жить.
Инквизитор исполнил его желание, и через полминуты они уже оба курили. Помолчали.
— Чего от меня еще нужно? — спросил Вергилий. — Я уже рассказал все — как годами копался в древних библиотеках, как в тайне занимался изысканиями, по кусочку восстанавливая утерянные знания о Древней магии, как и где проникал в Изнанку, как общался там с местными, как…
— Этого недостаточно, — сказал Лаврентий, присев на краешек стола. — Королеве, конечно же. И Кировой. Их интересует твои куда более ужасные преступления.
— ЧТО⁈ Какие еще преступления? Вам мало игр с Изнанкой?
Инквизитор кивнул и, взяв со стола листок бумаги, положил перед Вергилием.
— Здесь все. И даже не думай отвертеться, — сказал он, мрачно глядя на Вергилия. — Факты о том, как тебя завербовали люди из Царства, как тебя готовили, как передавали тебе запретные знания, как ты присягал на верность царю Павлу и как ты по его заданию должен был отравить Древней магией более сотни лучших родов Королевства, чтобы впоследствии дестабилизировать власть, а потом убить Королеву с Магистром и возвести на престол царевича Гедимина. В награду тебе обещали лучшие земли, титул великого князя, руку царевны Оксаны десять тысяч душ крепостных. Гедимин все подписал, он был очень покладист.
Вергилий недоуменно поморщился.
— О чем ты, брат? Какой Гедимин? Царевич?..
— Да. Он уже вторую неделю как сидит в соседней с тобой камере. Ты удивлен? Далее…
И Лаврентий положил перед ошарашенным Вергилием еще одну бумажку.
— … Тут излагается то, как тебя перевербовала Орда, чтобы ты сделал то же самое, но в пользу Великого Хана. И все ради того, чтобы, убив Дарью Алексеевну и Доминику Александровну, возвести на трон Королевства тайджи Угедея. Тебе за это обещали лучшие земли в Орде, титул бека со всеми привилегиями и доходами, триста нетронутых наложниц, саблю дамасской стали и коня из конюшен самого Великого Хана. Об этом нам с радостью рассказал темник Едигей — в доверительной беседе. Ему было не жалко сдать такое дерьмо, как ты.
Лаврентий на миг замолчал, оценивающе сверкнув пенсне. Вергилий же похлопал глазами.
— Чего⁈ Ты о чем? Какой еще Едигей?
Но Лаврентий молча вытащил третью бумажку.
— А вот здесь, — и он похлопал по ней пальцем, — сведения о том, как тебя перевербовал царевич Василий Олафович, считавшийся мертвым, чтобы ты сделал тоже самое, но в его пользу. Твоя награда — рука принцессы Марьяны и титул Короля после смерти Василия. Даже не спрашивай, откуда мы…
— Это бред! Я никогда…
— Не перебивай. Только ухудшишь свое положение, брат, — вздохнул Лаврентий, а затем взял со стола четвертый лист. — А вот тут ваши договоренности с неким Иваном Обуховым, о том, что ты…
— С кем⁈ С Обуховым? Да какого че…
Лаврентий не выдержал — ударил его кулаком в лицо. Вергилий захрипел. Кровь из разбитого носа закапала на пол.
— Помолчи, я не закончил, — сказал Инквизитор, расправив листок, на который попала пара капель. — О том, что вы оба планировали, убив Королеву Дарью, Магистра Кирову и всех их приближенных, встать во главе страны с тем, чтобы продать всех и вся Изнанке…
Вергилий захохотал — сначала тихо, а потом все громче и громче. И вот он уже ржал во все горло.
— Тебе весело?
— Да… Это такой бред, что над этим нельзя не смеяться…
— Зря, — покачал головой Инквизитор. — А Иван Обухов уже во всем признался. Мы пытали его почти сутки — он оказался крепким орешком. Но…
И Лаврентий дыхнул дымом в лицо брату.
— … У нас все признаются. Итак. Твоя очередь сознаваться.
— Что⁈ В чем сознаваться! Обухов — обычная крыса! Он оклеветал меня! Это бред! И про Орду, и про Царство, и про него тоже! Мы с ним встречались всего-то два раза!
  
— Увы, Вергилий, другие свидетели подтверждают его слова. Вы с ним встречались множество раз. Вашей базой, где вы обговаривали свои темные делишки, было место под названием «Золотой котел». Тебя часто там видели…
— Нет! Я был там всего раз!
— Значит был? — улыбнулся Лаврентий. — Хорошо.