Проверка - Книга первая
– Сволочь! – кричала она, забыв об осторожности и о том, что говорил орк. – Верни меня обратно! Ну что тебе стоит? Зачем тебе ребёнок? Мамочка, как я хочу домой!
Наконец эти крики и рыдания стихли. Вход был свободен от веток, которые зверюга разбросала по всей землянке, и было видно, как быстро начало светать.
«Успокоилась? – спросил Настю паладин. – С тобой уже можно говорить?»
«Идите вы все! – непонятно ответила девочка. – Я не останусь здесь и минуты. Сейчас же всё на себя цепляю и иду в нашу пещеру. Лучше резать орков, чем ещё раз вот так...»
Она передёрнула плечами и принялась привязывать к поясу сумки и колчан.
«Я тоже хотел предложить уйти, – сказал Лор. – Настя, послушай... Не бери сейчас сумки с золотом. У твоего орка вчера закончилась еда, и он обещал прийти вечером, а если не появился, скорее всего, с ним приключилась беда. Если это так, тебе нельзя оставаться одной в пещере, а уходить к людям будешь в эту сторону. Так зачем же таскать туда-сюда лишний груз? Оставь пока я яме и присыпь листвой. Если твой орк жив, он потом сбегает и принесёт».
«Да, рыба должна закончиться, – согласилась Настя, – а его почему-то нет. Ты прав, сейчас закопаю здесь. Тогда быстрее доберёмся до пещеры. Скажи, почему ты не снял мне страх?»
«Я испугался за тебя, – ответил Лор. – Была уверенность в том, что орк не придёт, а если бы тебя разорвал этот сарпан... Боюсь, что мой меч здесь и сгнил бы. Это укрытие должно промокать в сильный дождь. А без меча моя душа истаяла бы без следа».
«Так бы и говорил, что перепугался из-за себя, – сказала девочка. – Больно я вам нужна!»
Она зарыла в листву сумки с золотом, сунув перед этим в карман шорт горсть монет, и налегке побежала в сторону пещеры. Пробежка длилась меньше часа и вывела к реке.
«Здесь она немного шире, – сказал Лор. – Нужно идти против течения».
«А ты всё ещё видишь моими глазами?» – спросила девочка, поворачивая влево.
«Ты не отменяла своего разрешения, – ответил он. – Я тебе не мешаю и смогу вовремя дать совет».
«А я? – подала голос Элла. – Разреши и мне смотреть и слушать, иначе толку от меня будет чуть. Если не захочешь, чтобы мы что-нибудь видели или слышали, всегда сможешь отменить своё разрешение на время или совсем».
«Ладно, можете смотреть и слушать, – согласилась Настя, – но больше ничего!»
Через десять минут она была уже в том лесу, где охотилась на индюков, и вскоре вышла к пещере. В нескольких шагах от входа лежал орк, точнее то, что от него осталось. У Чупчи было надорвано правое ухо, и у лежавшего орка оно было таким же. Кто-то отрубил ему руки и ноги и вырезал внутренности. Вся поляна была залита запёкшейся кровью.
«Он тоже хотел меня сожрать, только испугался богини, – сказала девочка, – а потом привык и оценил полезность. Он спасал меня, чтобы не остаться без мяса, но мне его жаль».
«Отсюда нужно быстрей уходить», – посоветовала Элла.
«Сначала постираю одежду, а потом попробую кое-что забрать, – ответила ей Настя. – У меня не хватит сил, но можно попробовать убрать камень рычагом. Палки у нас были».
Девочка не знала, для чего Чупче жерди, которые он принёс из лесу. При ней он ими не пользовался. Первым делом она сбегала к реке и постирала трусы и шорты, а потом положила их на горячие камни. Стараясь не смотреть на то, что осталось от хозяина пещеры, вошла в неё и осмотрела четыре камня, служившие тайниками. Орки их не двигали, поэтому можно было надеяться, что клады Чупчи лежат на своих местах. Настя выбрала крепкую жердь не из самых тяжёлых и после получасового труда сдвинула тот камень, за которым лежала сумка с кинжалами.
«Хорошее оружие, и дорого стоят, – сказал Лор, – только тебе далеко идти, а это лишний вес, который пояс полностью не уберёт. Если не считать стоимости камней, эти кинжалы потянут только на пять золотых, а с камнями – на полсотни. Стоит ли возиться?»
«Я не хочу идти к жрецам, – сказала девочка, – по крайней мере, пока не узнаю, можно это делать или нет. Тысяча лет – это очень много! И с твоим золотом светиться... Не знаю я, чем это может кончиться, и вы этого не знаете!»
«Хочешь продать кинжал?» – спросил паладин.
«Конечно! На нём не написано, что ему тысяча лет, просто дорогая вещь. И с одеждой не буду ждать до города. Сами стреляйте своих кроликов! Я не пошью из них юбку. Ты знаешь, как выделывать шкуры? Вот и я не знаю! Вроде бы их очищают, а потом замачивают в моче. Где и когда я буду этим заниматься? А если просто высушить, они будут слишком жёсткие. Возле каждого города должны быть деревни. Увеличу себе иллюзией возраст, представлю какое-нибудь платье и продам один такой нож в дом побогаче. Пусть мне не дадут его цены, но будут хоть какие-то деньги, и можно разжиться одеждой, а остальное уже без спешки сделать в городе».
«Можно и так, – сказала Элла. – Непонятно только, почему ты боишься обменять золото».
«Боюсь, потому что ничего у вас не знаю, – ответила Настя. – Откуда мне знать, может быть, запрещено ходить в вашу столицу, или вообще нельзя заниматься раскопками. Может, это право короля, а тут появляюсь я и начинаю сорить новенькими монетами, выпущенными во времена империи. Подождём. Я думаю, что будет нетрудно об этом узнать. Жаль, что сюда не ходят гробокопатели. Можно было бы нанять одного или двух».
«С такими опасно связываться, – сказал Лор. – Это должен быть совершенно безбашенный народ. Ты долго будешь здесь сидеть? Бери кинжалы и пойдём, а то досидишься до возвращения орков. Они сразу поймут, что здесь кто-то был. Ты от них не уйдёшь».
«Я отдыхала. Сейчас проверю тот камень, за которым лежал пояс. Может, там есть что-нибудь ценное. За третьим камнем лежит книга, а есть ли что-нибудь за четвёртым, я не знаю. Но это и не важно, потому что у меня хватит сил только на один камень».
На этот раз она, несмотря на усталость, справилась быстрее. За отодвинутым камнем лежал стеклянный шар диаметром сантиметров десять, в котором клубился дым.
«Джинн... – растерянно сказал паладин. – Даже не знаю, повезло тебе или нет».
«Забирай и быстрее уходи, – поторопила Элла, – а то действительно кто-нибудь заявиться и придётся пробовать этого джинна. Только лучше бы его на всякий случай во что-нибудь завернуть. Шары просто так не бьются, но всё равно...»
«Не во что мне его заворачивать, – сказала Настя. – Понесу в руке. Не объясните, что в этом шаре? А то не все слова в переводе означают то же, что у нас».
«Если коротко, то это довольно сильное оружие, – объяснил Лор. – Джинн – это стихийный дух. Шар сделан так, что его трудно разбить случайно, но он легко разбивается, если кинуть в противника. Дух огня сожжёт всё, до чего сможет дотянуться, пока не потратит свои силы. Дух воздуха уничтожит смерчем, ну а духов воды применяют в морях и больших реках, чтобы топить вражеские корабли. Ловить стихийных духов и заключать их в шары – это сложная и опасная работа, поэтому они дорого стоили. Я не знаю, как с этим сейчас. Для тебя они так же опасны, как и для других, потому что бьют не магией, а стихийными силами».
«Ладно, немного отдохнула, так что теперь дойду, – сказала девочка. – Хоть и не хочется ночевать в схроне Чупчи, но одну ночь придётся это сделать. Если выйти сегодня, я далеко не уйду, и нужно будет спать в том же самом лесу, только под деревьями и без укрытия».
«Не беспокойся, сегодня гостей не будет, – успокоил паладин. – Ты смертельно ранила сарпана и возле входа всё забрызгано его кровью. Запах будет держаться несколько дней, забивая твой. Никто не подойдёт к твоей землянке».
После орков в пещере не осталось ничего съестного, а на охоту или лазанье по деревьям не было сил, поэтому обедала и ужинала водой из ручья. Лор немного успокоил насчёт здешних тигров, но Настя всё-таки запасла два хороших кола, которые весь вечер заостряла кинжалом. Ночь прошла спокойно, хотя она раз десять просыпалась и хваталась за колья. Утром обвешалась сумками и оружием и, стараясь уберечь от них ноги, зашагала прочь от развалин столицы бывшей империи. До самого вечера пришлось идти голодной. Птицы в лесу были, и можно было остановиться и поохотиться, но не было огня. Это Чупча с его медвежьей силой легко добывал огонь трением, у неё ничего не получилось бы. Плодами можно было насытиться, но от такой еды не прибывало сил, а орешник не попался. Спасение пришло в виде небольшой лесной реки, в которой Настя искупалась. Когда мылась, увидела на песчаном дне много раковин. Не слишком вкусная и питательная пища, но девочку она поддержала и позволила на время заглушить голод. Незадолго до ночлега она услышала в отдалении рёв сарпана, поэтому решила ночевать на дереве. Нашла упавший ствол и подсунула под него сумки. Зарывать в листья не хотелось из-за обезьян. Они редко спускались с ветвей, но могли испортить её вещи и разбросать золото. Освободившись от сумок, Настя вскарабкалась на большое дерево, плоды которого можно было есть, и там заночевала, привязав себя к одной из веток. Спала она очень недолго и беспокойно, но всё-таки смогла отдохнуть. Перед тем как спуститься, позавтракала небольшими сладкими плодами. Обеда опять не было, но удалось к концу дня выйти к выложенной плитами дороге. Они потрескались и во многих местах были покрыты почвой. Кое-где прямо посреди дороги росли деревья.