Калейдоскоп ужасов: Захватчик
– Беа! Чарли! Ужинать! – раздался с лестницы мамин крик.
– О каком ужине может идти речь, если еще не разобрали кухонную коробку? – проворчала Беа.
– Может быть, там пицца? Или даже бургеры! – с полным надежды взглядом прошептал Чарли.
– Ты правда веришь в это? – Беа отрицательно покачала головой. Их родители называли фастфуд и рестораны быстрого питания «поставщиками яда», а вот еда, которую они готовили дома, была, конечно же, безумно здоровой: рататуй, жареные овощи с вареным коричневым рисом. ВзБеатый тофу.
– Наверно, нет, – вздохнул Чарли.
За обеденным столом их ждал свежий хлеб, арахисовое масло, клубничный джем и кувшин с водой из-под крана.
– Наш первый ужин в новом доме, – сказала мама, наливая воду из кувшина в бумажные одноразовые стаканчики. – Так себе, конечно, но все наладится, как только мы найдем кастрюли и сковородки.
– И продуктовый магазин, – добавил папа.
Беа была безумно рада сэндвичу с арахисовым маслом и джемом. Она была уже на грани из-за всего странного и нового, что окружало ее теперь, а еще хуже становилось при мысли, что уже в понедельник ей предстоит идти в другую школу. Так что сейчас вкус масла и джема казался единственной знакомой вещью.
Глава 2
Беа стояла перед туалетным столиком в своей комнате и внимательно рассматривала свое отражение в зеркале. Она не ощущала себя сногсшибательной, но надеялась, что выглядит вполне нормально для своего первого дня в школе. Нормально, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Девчонки в средних классах всегда жестоки, и то, что Беа была обречена получить прозвище «новенькой», отнюдь её не успокаивало.
Сменив три наряда, Беа остановила свой выбор на джинсах в обтяжку и свободном голубом свитере, который хорошо сочетался с ее голубыми текстильными слипонами. Она не могла принять, что ее распущенные светло-русые волосы торчат в разные стороны точно так же, как и у ее брата, поэтому зачесала их в высокий хвост. Родители Беа пока не разрешали ей ярко краситься, хотя ей очень хотелось бы сделать макияж смоки, как из видеоуроков в интернете. Что ж, по крайней мере, они разрешили ей пользоваться тушью и блеском для губ при условии, что она купит их на свои карманные деньги. На свой тринадцатый день рождения ей разрешили проколоть уши, и сейчас в ее мочках сверкали крошечные серебряные гвоздики.
– Ну… все не так уж и плохо, – со вздохом решила она. Будто могло быть иначе. Разве у нее был выбор?
– Ты выглядишь очаровательно! – сказала мама, когда Беа зашла в кухню.
Беа поморщилась.
– Фи. Звучит так, будто я маленький пушистый котенок или что-то в этом роде.
– Что ж, для меня ты куда очаровательнее, чем котенок, – заметила мама. – Садись за стол и налей пока себе апельсинового сока. Маффины вот-вот будут готовы.
Судя по фруктово-коричному запаху, Беа догадалась, что мама готовит свои фирменные маффины из цельнозерновой муки с яблоками и грецким орехом. Не то чтобы они были невкусными: плотные, совсем не воздушные и, лишь слегка сладковатые благодаря сиропу из сока агавы и, конечно же, безумно полезными. Беа же мечтала о маффинах с черничной начинкой, приготовленных из белой муки и сахара, по своему виду и вкусу напоминающих уже, скорее, пирог.
В кухню, сонный и растрепанный, вошел Чарли и плюхнулся на свое место за столом.
– Ну что, ребята, как настроение перед первым днем в школе? – спросила мама, ставя перед каждым блюдце с горячим маффином.
– Нервозное, – выпалила Беа, удивившись своей внезапной искренности.
– Почему? – слегка недоумевал Чарли.
– Вырастешь – поймешь, – Беа знала, что это самая известная и противная фраза, которую только может произнести старшая сестра, но он сам напросился. Нечего постоянно вести себя так раздражающе спокойно.
Расслабленность Чарли, несмотря на переезд, новую школу, да вообще всё вокруг, жутко бесила. Но он учился в начальной школе, а начальная школа была совсем не такой, как средняя. К тому же Чарли – мальчик. А мальчишки всегда легче заводят новых друзей. Это как отвести свою собаку в парк знакомиться с другими собаками. Ты просто отпускаешь ее с поводка на лужайку, и через секунду она уже вовсю резвится и играет с остальными такими же псами. Девочки не такие. Они больше похожи на кошек. Поначалу им нужно оценить друг друга, а уж потом решить, будут ли они мурчать или шипеть в ответ.
– Дайте я сфотографирую вас в первый день в новой школе, – сказала мама, потянувшись к своему смартфону.
– Ну мам, это же не первый день в детском саду.
Иногда Беа казалось, что мама нарочно ее злит.
– Да, но это твой последний год в средней школе, а у Чарли – в начальной. Такой первый день никогда больше не повторится, так что живо придвинулись друг к другу и улыбнулись!
На получившемся фото Чарли добродушно смеялся, а Беа улыбалась так вымученно, будто ее ткнули острой палкой в бок.
* * *Снаружи одноэтажное кирпичное здание средней школы Гранта ничем не отличалось от старой школы Беа. Внешнее сходство еще больше подчеркивало то, что внутри этого здания были сотни незнакомых Беа лиц.
Сначала она посетила классную комнату, а затем пошла на уроки английского и математики, перемещаясь из кабинета в кабинет по звонку, как программированный робот. Все вокруг знали друг друга и уже давно разбились на группы по интересам: закоренелые отличники, ловившие каждое слово учителей; спортсмены, говорившие только о спорте сутки напролет; геймеры – эти мечтали о том, как поскорее добраться домой и засесть за очередную компьютерную игру. Беа не видела группы, частью которой она могла бы стать… или хотела бы стать.
Начался обеденный перерыв, и Беа подошла к школьному кафетерию. Вокруг было столько учеников, все они разговаривали и смеялись между собой так, что Беа не могла вынести этот гул. Прогуливаясь вдоль школьного коридора, она достала и начала жевать яблоко, которое ей дала с собой мама в пакете для ланча, стараясь выглядеть так непринужденно, как будто не могла позволить себе отвлечься от своей насыщенной, невероятной жизни на что-то столь приземленное, как обед в кафетерии. Беа остановилась около школьной доски объявлений с надписью: «Кружки и факультативы». Здесь висели десятки бумажек. Кто-то искал участника в музыкальную группу, рядом разместили приглашения в движение «4-Эйч» [2] и шахматный клуб, но Беа привлекло только одно – отбор в танцевальный кружок.
Беа начала брать уроки танцев, когда ей было всего шесть, и не потому, что ее заставили родители, как было у многих ее одноклассников, а потому, что она сама этого хотела. После школы она проводила все свободное от учебы время в танцевальной студии – брала уроки балета, джазового танца и степа. Мисс Лиза, ее учитель танцев, стала для Беа второй мамой, а некоторые ученицы, особенно ее лучшие подруги Люси и Мэдисон, были ей как сестры. Больно даже подумать, как они теперь далеко.
Когда Беа танцевала, вся ее застенчивость и переживания исчезали. Музыка заполняла мысли, а затем и тело. Она двигалась без раздумий и сомнений, так же естественно, как течет полноводная река. Если и было что-то, что Беа знала о себе наверняка, так это то, что она умела танцевать.
Отбор был назначен на среду в спортзале после школы. Она придет.
После перерыва шел урок естествознания, затем обществоведение. С каждой минутой Беа чувствовала себя все более невидимой, пока другие ребята вокруг нее общались друг с другом, переговаривались, перешептывались. В коридоре, убирая учебник по обществоведению в свой шкафчик, Беа неожиданно услышала:
– Привет.
Обернувшись, она увидела мальчика, ниже ее ростом, в очках и футболке с персонажем из какой-то видеоигры. Парень не был похож на кого-то из тех, с кем обычно общалась и дружила Беа, но он был первым «неучителем», который заговорил с ней за весь день.
– Привет, – ответила она.