Приключения рождественского пудинга

У него были бесцветные бегающие глаза, которые наблюдательные люди часто ассоциируют с обманом.
– А что сейчас с этой квартирой? – поинтересовался Пуаро.
– Я все еще приглядываю за ней, сэр. Майор Рич платит мне, чтобы я содержал ее в порядке до тех пор… до тех…
Глаза слуги забегали.
– Именно, что до тех пор… – согласился Пуаро, а потом добавил безразличным голосом: – Должен сказать, что майор Рич почти наверняка предстанет перед судом. Слушания, вероятно, начнутся в течение ближайших трех месяцев.
  
Бёрджесс покачал головой. Казалось, что он ничего не отрицает, а просто не может поверить в происходящее.
– Мне кажется, это просто невозможно, – сказал слуга.
– Что майор Рич оказался убийцей?
– Да вообще всё. Этот сундук…
Сыщик бросил взгляд через комнату.
– А, так вот он, этот знаменитый сундук…
Сундук оказался громадным предметом обстановки, сделанным из темного полированного дерева, с бронзовыми украшениями, большой бронзовой ручкой и древним замком.
– Неплохая вещица. – Пуаро подошел к нему.
Сундук стоял у стены возле окна, рядом с современной подставкой для грампластинок. По другую сторону от него находилась полуоткрытая дверь. Она была частично закрыта большим разрисованным кожаным экраном.
– Дверь ведет в спальню майора Рича, – пояснил Бёрджесс.
Пуаро, кивнув, посмотрел на противоположную стену комнаты. Там стояли два стереофонических проигрывателя, каждый на своем столике, от которых шли похожие на змей электрические шнуры. Несколько удобных кресел и большой стол. На стенах набор японских гравюр. Комната была приятная, комфортабельная, но вовсе не роскошная.
Сыщик посмотрел на Уильяма Бёрджесса.
– Когда вы все это обнаружили, – начал он, – для вас это, должно быть стало шоком.
– Конечно, сэр. Я этого никогда не забуду. – Слова полились широким потоком. Возможно, слуга считал, что чем чаще он рассказывает эту историю, тем быстрее сможет от нее избавиться. – Я убирался в комнате, сэр. Стаканы и все такое. Как раз остановился, чтобы поднять с ковра пару оливок – и увидел темное ржавое пятно на ковре. Нет, сейчас этого ковра нет. Его забрали в химчистку. Полиция с ним уже закончила. «Что же это такое?» – подумал я. И еще пошутил: «А что, если это кровь! Но откуда она взялась? Откуда натекла?» А потом увидел, что течет она из-под сундука – вот по этой стороне, где есть трещина. И тогда я сказал, все еще ни о чем не догадываясь: «Какого черта?» А потом вот так приоткрыл крышку, – эти слова Бёрджесс сопроводил движениями, – и увидел скрючившееся тело мужчины, лежавшего на боку – вроде бы как он спал. А этот жуткий иностранный нож или кинжал торчал у него из шеи. Я этого никогда не забуду, никогда… До конца жизни! Я был в шоке, потому что не ожидал ничего подобного. Ну, вы меня понимаете…
Он глубоко вздохнул.
– Крышка выпала у меня из рук, и я выбежал из квартиры на улицу. Я искал полицейского, и мне повезло – он оказался как раз за углом.
Пуаро задумчиво следил за ним. Если это была игра, то очень талантливая. Но в итоге сыщик решил, что это никакая не игра, а простое изложение фактов.
– А вам не пришло в голову сначала разбудить майора Рича? – спросил он.
– Ни на минуту, сэр. Все этот шок – мне просто хотелось выбраться из комнаты, – слуга сглотнул, – и позвать на помощь.
Детектив понимающе кивнул.
– Вы сразу поняли, что это мистер Клэйтон?
– Должен был, сэр, но, мне кажется, я ничего не понял. Конечно, вернувшись назад с полицейским, я сказал: «Боже, да это же мистер Клэйтон!» А полицейский спросил: «А кто это такой?» А я ответил: «Он был здесь вчера вечером».
– Ага, – сказал Пуаро, – вчера вечером. А вы не помните точно, когда приехал мистер Клэйтон?
– Нет, сэр. Но это было, мне кажется, где-то без четверти восемь.
– Вы хорошо его знали?
– Они с миссис Клэйтон часто бывали здесь за те полтора года, что я работаю у майора.
– Выглядел он обычно?
– Кажется, да. Может быть, немного задыхался, но, я думаю, это из-за того, что он спешил. Надо было успеть на поезд – так, по крайней мере, он сказал.
– Полагаю, у него с собой был чемодан – ведь он собирался в Шотландию…
– Нет, сэр. Думаю, что внизу его ждало такси.
– А он был расстроен, когда не застал майора Рича?
– Вроде бы нет. Просто сказал, что напишет записку. Он вошел сюда и остановился у письменного стола. А я вернулся на кухню и немного задержался с этими яйцами с анчоусами. Кухня в самом конце коридора, так что оттуда почти ничего не слышно. Я не слышал ни как он вышел, ни как вернулся хозяин, но я, в общем-то, и не должен был.
– А потом…
– Потом меня позвал майор Рич. Он стоял возле этой двери. Сказал, что забыл купить турецкие сигареты для миссис Спенс, поэтому мне надо сбегать за ними. Ну, я так и сделал. Принес их и положил на стол вот сюда. Естественно, я решил, что мистер Клэйтон уже уехал на вокзал.
– И никто больше не входил в квартиру, пока майор Рич отсутствовал, а вы занимались на кухне?
– Нет, сэр, никто.
– И вы в этом уверены?
– А как такое возможно, сэр? Им ведь надо было бы позвонить в звонок.
Пуаро покачал головой. Действительно, как? Он уже знал, что Спенсы, Макларен и миссис Клэйтон могли отчитаться о своих передвижениях с точностью до минуты. Макларен сидел со знакомыми в клубе, Спенсы встретились с друзьями, чтобы пропустить пару рюмочек до начала вечеринки, а Маргарита Клэйтон как раз в это время говорила по телефону с приятельницей. Хотя никого из них Пуаро и не подозревал. Существовало множество более удобных способов убить Арнольда Клэйтона, вместо того чтобы тащиться за ним в квартиру, в которой находился слуга и хозяин которой мог вернуться с минуты на минуту. Нет, он просто надеялся на некоего «таинственного незнакомца»! Кого-то из «безупречного» прошлого Клэйтона, кто узнал его на улице и проследил до квартиры, а потом напал со стилетом, запихнул труп в сундук и скрылся. Мелодрама в чистом виде, никак не связанная с причиной или возможностями! В стиле романтических средневековых романов – отсюда и испанский сундук…
Пуаро вернулся к сундуку и поднял крышку. Поднялась она очень легко и практически бесшумно.
– Его оттерли, сэр, – раздался слабый голос Бёрджесса. – Я за этим проследил.
Пуаро наклонился над сундуком. Негромко воскликнув, наклонился еще ниже. И ощупал сундук пальцами.
– А эти отверстия – на задней стенке и на боковой – на ощупь их проделали совсем недавно.
– Отверстия, сэр? – Слуга тоже наклонился над сундуком. – Возможно, следы какой-то живности… Я имею в виду жуков, или что-то в этом роде. Которые точат дерево.
– Живности? – повторил Пуаро. – Интересно…
Он вновь пересек комнату.
– Когда вы вошли сюда с сигаретами, что-то в этой комнате изменилось? Ну хоть что-нибудь? Может быть, были передвинуты стулья, стол или что-то в этом роде?
– Странно, что вы заговорили об этом, сэр… Сейчас, когда вы об этом упомянули… да, изменилось. Экран, который защищает от сквозняка из спальни… он был немного сдвинут влево.
– Вот так? – Пуаро быстро переставил экран.
– Еще чуть-чуть… Вот сейчас точно.
Раньше экран закрывал половину сундука. А сейчас он скрывал его почти полностью.
– А почему вы думаете, что его подвинули?
– Я не думаю, сэр.
Еще одна мисс Лемон!
– Мне кажется, – задумчиво продолжил Бёрджесс, – так майор освободил проход в спальню. На тот случай если б дамы захотели скинуть там свою верхнюю одежду.
– Возможно, вы правы. Но может быть и другая причина. – Слуга вопросительно посмотрел на детектива. – Сейчас экран полностью закрывает сундук и ковер под ним. Если б майор Рич ударил мистера Клэйтона кинжалом, то кровь сразу же протекла бы в щели в днище сундука. Кто-то мог это заметить – точно так же, как это заметили вы на следующее утро. Поэтому экран и передвинули.
  
– Мне это не пришло в голову, сэр.
– А какое здесь освещение? Яркое или тусклое?