Университет Специальных Чар. Книга 3. Маэстрине некогда скучать

– Артур, это невозможно, – тихо пролепетала Кармилла. – Ты разыгрываешь нас, да?
– Нет, мама. Я спас Мариэллу Монкар, вытащив из плена и подкинув в академический лазарет. А мне не позволила умереть в подворотне Мари́я Ка́менева, девушка из другого мира, когда ехала с чужим ребенком, на чужую должность, в чужом мире, пребывая в чужом теле. Она пробыла в Одимене всего-то пару дней, и можешь представить себе ее шок и ужас. Увидела на улице Барона, безуспешно пытавшегося хоть кого-то позвать мне на помощь. Рискнула, пошла спасать котят, как она думала. А спасла меня, валявшегося в помойке с проломленным черепом.
Кармиллу начала бить нервная дрожь. Светская леди не привыкла к подобным новостям, ее всегда щадили и берегли и родители, и супруг, и сын. Но, кажется, мама перестала понимать, где надо остановиться.
– Я… Я извинюсь перед ней. А́ртур, я правда не хотела. И я неправа, не нужно было…
– Да, не нужно было.
Резко отойдя от матери, Артур постоял, глядя в стену невидящим взглядом. Его душили злость и обида за Мари. Надо бежать к ней, она ведь там наверняка тоже вне себя от ярости. Как же его мама довела всегда невозмутимую девушку, что та разорвала помолвку.
Резко выдохнув, Артур подошел к сейфу, открыл его и вытащил тетрадь в картонной обложке. Мари попросила его некоторое время назад помочь с копиями, сама она не умела тиражировать и копировать. Да и уровень магии ей не позволял. Она даже сказала ему, что там и для чего. А он сохранил один экземпляр себе и припрятал. Почитал потом, обеспечил себе некоторое количество седых волос…
– Почитайте. Это то, разглашения чего так опасается маркиз Нобль. И да, тут все правда от первого до последнего слова. Подумай, мама, а как бы ты себя вела и чувствовала, оказавшись в том ужасе. А мне нужно найти свою невесту… бывшую. Барон, пойдем, малыш.
Мари он не нашел. Ее никто не видел. Вернулся в свои апартаменты и обнаружил там заплаканную матушку, которая все прочитала, прониклась и страшно раскаивалась и сочувствовала. Отец тоже был бледен и подавлен.
– Ну что, Артур? Ты нашел ее? Как ты сказал, Мария, да? Я хочу извиниться, – гнусаво, хлюпая носом, сказала Кармилла.
– Нет.
– Она говорила что-то про некоего Эррадо и планы, – припомнил отец.
– Демоны! – в сердцах всплеснул руками Артур.
Матери пришлось найти успокоительную настойку, она была на грани нервного срыва. Отец предпочел крепкие напитки. Артур же махнул рукой на родителей и ушел ждать Мари. Вернется же она рано или поздно.
Дождался, поговорил. А мама, судя по аромату ее духов в коридоре, не выдержала и пришла мириться. Но в итоге наверняка подслушала часть беседы. Ну что ж… Она это заслужила.
А Мари снова удивила его. Невероятная женщина. Надо скорее выпустить приказ про этого гронха. Артур негромко рассмеялся…
– Вы помирились? – едва вошел он в свою гостиную, с порога спросила Кармилла.
Они с отцом так и сидели там, ожидая его.
– Ты улыбаешься, – произнес отец. – Эта девушка, Мария… Она простила, гм, нас? Вы снова помолвлены?
– Нет, она отказалась выходить за меня замуж. Сказала, что не готова к такому.
– Но ты смеешься, – неуверенно заметила матушка. – Все не очень плохо? Можно еще исправить?
– Мам, пап, вы не поверите, – глядя на них сияющими от смеха и восхищения глазами, ответил Артур. – Мари ушла к демонам, потому что была в ярости и хотела направить ее на работу. А тут ей навстречу – сбежавший от студентов-первокурсников гронх.
– Что?! – опешил Пауль. – Девушка пострадала? Нужна помощь? Милла, ты почему не сказала?!
Кармилла, насупившись словно девчонка, промолчала. Она-то подслушала кусочек разговора, но признаваться в этом сыну не собиралась.
– Нет, пап. Помощь нужна если только гронху. Мари его избила ежедневником. У нее есть такой, в черной обложке и с надписью «Большие планы маэстрины». Вот гронх был погребен этими планами. Деморализован, забит и шокирован. Мари его подчинила, привязала к себе и даже имя ему дала. Причем сама в ужасе от этой твари и называет его «демоническая хтонь» и «цобачко». В ее мире ничего подобного не водится.
 
Пауль смотрел в ожидании фразы, что это шутка. Но Артур молчал и лишь улыбался все шире и шире.
– Это что, правда? Эта хрупкая девочка избила дикую нечисть своими планами?
Артур кивнул.
– И привязала ее к себе?
Снова кивок.
– И дала имя?
И вновь подтверждение.
– Так это что, у нас в Усаче теперь работает преподаватель с подчиненным и привязанным гронхом?
Артур снова кивнул, как заводная игрушка.
– Вот видишь? – жалобно промямлила Кармилла. – А я все испортила. Гронх большой? Я их только на картинках видела. Брр…
– Большой, но молодой. Мам, я тебя люблю, но пожалуйста, никогда больше не лезь в мою личную жизнь.
– Но вы не помирились? Я не пойму. Ты улыбаешься, но…
– Мари мне отказала, но не отвергла окончательно. Буду снова ухаживать и пытаться добиться ее расположения, – развел руками ректор Усача.
– Нахалка какая… – пробурчала обиженная за сына женщина.
– Мама!!!
– Кармилла!!!
– Нет, ну а что она о себе думает? – сконфуженно, но все равно возмущенно пробормотала мадам Гресс. – Да, я ее обидела. Но расторгать помолвку, бросать моего ребенка…
– Ну, вообще-то, мама, ты именно этого и добивалась. Разве нет? Ты приехала указать Мари ее место и сделать так, чтобы свадьба не состоялась. Она и не состоится.
– Артур, но я же извинилась! Я была неправа. И я завтра найду эту девочку и поговорю с ней. Объясню, что так нельзя. Что о нас люди подумают?
– Думаю, Мари это безразлично: что о ней подумают некие абстрактные люди, – усмехнулся Артур.
Давно он так не нервничал и не переживал. Сначала был в бешенстве из-за выходки драгоценной матушки, потом в панике, что Мари сбежала и не вернется. После вообще уже не знал, что думать, поскольку вещи оказались на месте, но Мари все не возвращалась и не возвращалась.
Вернулась, и у него чуть сердце не остановилось, когда он увидел, кто стоит рядом с ней. Доводилось ему однажды в ранней юности с такой тварью столкнуться. Тогда погибло несколько магов, он сам уцелел чудом. И он тогда не справился бы, зато потом, наученный жизнью, наращивал потенциал и учил многое из того, что не входило в программу обучения боевиков.
И напоследок разговор. Артур надеялся, что сумеет вернуть все как было, надеть браслет на руку невесты. Не вышло, невесты у него теперь нет. И как ее заполучить снова, он пока не понимает. Утешает одно: она все же не окончательно разорвала отношения с ним, хотя, кажется, хотела сначала. Читал он это в ее глазах, желание психануть, закатить скандал и поставить точку. Наверное, она так не поступила лишь потому, что была безумно уставшая. Повезло.
– Мама, я тебя очень прошу. Не лезь к Мари. Просто не трогай ее.
Мадам Гресс поджала губы, встала и с видом оскорбленной добродетели ушла в гостевую спальню. Они с отцом приехали погостить у сына, с которым давно толком не общались и не виделись, и уезжать раньше времени не собирались. Несмотря на произошедшее.
– Отец, не подпускай маму к Мари, отвлеки, увези, погуляйте в городе, – проводил ее взглядом Артур.
– Это будет сложно. Ты же ее знаешь. Кармилла была настроена весьма категорично и готова на все, чтобы не допустить свадьбы. Но после всего, что мы сегодня узнали… Сначала она рыдала над историей бедняжки Монкар, потом над тем, какая она сама гадкая и так обидела хорошего человека. Потом, когда подействовали успокоительные капли, вознамерилась все исправить. И я даже не представляю, как ее остановить.
– Может, увезешь ее? Она дома успокоится.
– Сам-то в это веришь? – усмехнулся Пауль.
Два Гресса переглянулись и скорчили лица. Да уж, Кармилла, она такая. А тут еще и натворившая дел и провинившаяся.
– Мне понравилась эта девушка, – сказал вдруг старший Гресс. – Есть в ней что-то такое… Внутренняя сила и достоинство. Ты бы видел, с какой улыбкой она слушала все то, что ей говорила Кармилла. Так смотрят на неразумных детей, которые несут полную чушь. А потом встала, невозмутимо разорвала помолвку и ушла.